Mail.Ru Почта Мой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоиск
http://news.mail.ru/economics/7502478/
| Экономика | «Вести.Ру»

МАК предотвращает катастрофы

20 лет исполнилось такой закрытой организации, как МАК — Межгосударственный авиационный комитет. Название этой организации вызывает ассоциации с расследованием авиапроисшествий.

Увеличить
Видимо, что-то случилось...

К сожалению, мы не можем отобразить эту картинку.
Сообщение об ошибке автоматически отправлено
в службу поддержки. Приносим свои извинения

 Но, прежде всего, МАК ведёт огромную работу по предотвращению. Например, сертифицирует самолеты и аэродромы, доводя их до международных стандартов ИКАО.

На карте Евразии — без малого 80 аэродромов, которые МАК сертифицировал. За этот год — Кемерово, Омск и Ульяновск. А еще пяти аэродромам МАК дал категории ИКАО для полетов в сложных метеоусловиях. Это — Анапа, Сургут, Внуково, Новосибирск и Хабаровск. Состояние аэродромов и стало первой темой разговора «Вестей в субботу» с председателем МАК Татьяной Анодиной.

МАК — это по-настоящему многопрофильная международная организация, зарегистрированная даже в ООН.

— Это последнее поступление? Как я понимаю, это самописцы с самолета Ил-76, который потерпел катастрофу в Пакистане. Самолет был зарегистрирован в Грузии.

Ошибки нет. Прозвучало слово «Грузия». Михаил Саакашвили мог выйти из СНГ, но грузинские авиаторы продолжают контактировать с МАК. Он — вне политики.

По словам Татьяны Анодиной, председателя Межгосударственного авиационного комитета, после пожаров бортовые самописцы находятся в ужасном состоянии. «Все спеклось, — показывает Татьяна самописцы грузинского Ил-76. — В таком состоянии находятся эти ящики. Восстановить данные — тяжелая работа».

— Пинцетом, наверное, иной раз приходится работать?

— Тут своя технология, которой занимаются только узкопрофессиональные специалисты. В мире они — штучные.

— А Як-42 практически сохранился?

— Вообще-то Як-42 — это звуковой. Параметрия тоже была в достаточно сложном состоянии. Ее приходилось восстанавливать. Я имею в виду записи параметрические.

Возникает закономерный вопрос: зная все это, не боится ли Анодина летать? Татьяна ответила вопросом на вопрос: «За сто лет авиации сколько, вы думаете, человек погибло?»

— Пара миллионов

— 50 тысяч.

— За все время? Во всех странах?

— Во всех странах.

— Это меньше, чем в одной России за год на дорогах получается.

Но как сделать еще меньше? В одной из лабораторий МАК показывают, как можно оживить даже самые поврежденные бортовые самописцы. Расшифровывают так называемые слухачи. Идет работа по расшифровке переговоров Ил-76, который разбился в Пакистане.

Если данных недостаточно, проводятся соответствующие эксперименты. Например, недавно на самой длинной в стране взлетно-посадочное полосе в Жуковском пытались повторить действия экипажа Як-42 в ярославской Туношне. А еще бывает компьютерное моделирование. Так был восстановлен плоский штопор, в который вошел А-310 «Аэрофлота в 1994 году над Междуреченском.

— Детский голос прозвучал.

— Совершенно верно. Никто не мог даже представить, что опытный командир может свое место отдать своему сыну! Кстати, мальчик первым сказал, что самолет начинает вращаться.

Главная цель расследования — это не только установление причин, но и профилактика. По предложению МАКа, после случая над Междуреченском ввели норму о так называемой стерильной кабине, но, к сожалению, к пилотам все равно заходят.

“Я иногда возвращаюсь к польскому случаю, — говорит Татьяна Анодина, — он просто один из самых болезненных и тяжелых. Нахождение в кабине любого руководителя недопустимо”.

Слухачей на весь мир всего семь. “С Польшей нам необходимо было, чтобы идентификацию голосов проводили польские специалисты, потому что очень долго было много вопросов, связанных с тем, что МАК принял решение, что кто-то еще присутствовал в кабине”, — отметила Татьяна Анодина.

— Да, главком ВВС.

— Совершенно верно. И еще директор протокола. Это установили сами польские специалисты.

В таких случаях на помощь МАКу приходят спецы из Петербурга — проводят спектральный анализ. Впрочем, польская история была исключением. Чаще всего бьются не литерные рейсы и не лайнеры крупных авиалиний, а самолеты компаний, в которых самолетов — один-два. Как подчеркнула Татьяна Анодина, все последние катастрофы это подтвердили. “Они не могут обеспечить безопасность. Значит, они не имеют права возить пассажиров”, — уверена председатель МАК.

— А сколько авиакомпаний должно быть в России?

— Дело не в количестве компаний. Десять компаний перевозят 80% пассажиров.

— И у них нет аварий?

— 35 перевозят 98%.

По данным МАК, вообще не было авипроисшествий не только у некоторых столичных авиакомпаний-гигантов, но и у таких региональных, как “Оренбургские авиалинии”, “Татарстан” и “Уральские авиалинии”. Конечно, к этому надо добавить и лидеров авиарынка СНГ. Кстати, для Анодиной СНГ — это не головная, а можно сказать “дочерняя” организация, ведь в условиях развала СССР свой МАК она 20 лет назад собрала на несколько недель раньше.

— А с кем трудно было?

— Как ни странно, с Украиной. Было очень мощное давление. Говорили: пусть эта организация едет в Киев или во Львов. Но тут помогла и моя профессиональная убежденность.

Сертифицируя совместные российско-украинские самолеты, будь то грузовик-гигант Ан-124 “Руслан” в компании с Виктором Ющенко или пассажирский Ан-148, на который она зашла уже вместе с Виктором Януковичем, Анодина действительно сохранила единство не только воздушного пространства, но и авиапромышленности.

Другое дело, что она, кавалер высшей международной Премии Уорнера, она, кто ввела в международный оборот понятие “ГЛОНАСС”, она, кавалер еще и высших советских орденов, наследие общесоюзного авиапрома оценивает трезво.

“Наша промышленность не привыкла работать в рыночных условиях. Она привыкла работать на госзаказе. Она не привыкла работать в конкурентной среде. У нее были свои заказчики”, — отметила Анодина.

— И закрытый рынок Советского Союза.

— Закрытый рынок не только Советского Союза, но и Восточной Европы.

— Соцлагеря.

— Совершенно верно.

Большим достижением Анодина считает то, что теперь российский авиапром — хотя бы и на примере нового Sukhoi Superjet — также готов ставить на свои самолеты другие двигатели, да и вообще не навязывать свою технику, а следовать пожеланиям клиента. А на подходе — модернизированный Ту-204СМ и совсем новый МС-21.

— Татьяна Григорьевна, у вас есть ощущения, что сейчас от штучного производства, которые было в 90-е, российский автопром вновь в состоянии перейти на серию?

— У меня не ощущение — уверенность есть.

Конечно, у МАКа, созданного за много лет до того как такая же организация появилась даже в Евросоюзе, — удивительный руководитель.

— Татьяна Григорьевна, вы — женщина, а мы все-таки в нашем евразийском пространстве живем в очень конкретном мире, где решение вопросов — выпить водки. Как обходитесь с мужчинами, которых большинство?

— Я работаю в авиации и как-то к водке не приучена, но на полигонах на Байконуре от холода мне иногда приходилось и это делать.

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Читайте также
Экономика | Ньюстюб

Строительство 3-й полосы в Домодедово не повлияет на количество рейсов

Строительство третьей полосы в аэропорту Домодедово не приведёт к сокращению количества рейсов. Площадку для строительства полосы уже расчистили, однако вопрос с финансированием пока не решён.