Первое интервью президента Януковича: «Не сравнивайте меня с Ющенко. Мы разные люди»

В любом случае, это движение вперед. Потому что Тимошенко, фактически, заблокировала процесс формирования эффективной системы власти. И, зная принципы премьер-министра Тимошенко, я понимал, что она будет искать какие угодно оправдания, кого угодно будет обвинять в чем угодно, но никогда не ответит на вопрос: а какую же она лично несет ответственность?

Я этого ответа от нее не слышал никогда за все время, сколько ее знаю, где бы она ни была. Ее премьерство, особенно в последние 2 года, я бы сказал, характеризуется просто провальной, катастрофической потерей авторитета государства во внутренней и внешней политике.

Я бы сравнил последствия так называемой работы премьер-министра Тимошенко с трагедией в Чили. Там с ужасом говорят, что эта страна в результате землетрясения и цунами потеряла аж 15% ВВП!. И эта цифра совпала с тем, что потеряла Украина за последний год – 15% ВВП. Так у нас не было ни цунами, ни землетрясений. Точнее, это было цунами политики Тимошенко по Украине.

Действительно, это катастрофа. Я отрывками слушал выступления различных политиков в парламенте во время рассмотрения вопроса об ответственности правительства, выступление председателя счетной палаты Симоненко. А ведь он привел вообще ужасающие цифры. Кассовый разрыв только за этот год – 38 миллиардов гривен. И я смотрел, как в кулуарах показывают депутатов от БЮТ, и они с усмешкой говорят: «Мы посмотрим на тех, кто придет к этой власти, они увидят, куда они попали, они еще не понимают, какое они получат наследство». Меня это повергло в шок.

На самом деле, мы понимаем, что происходит в стране. Что все разрушено, что пуста казна — в этом нет никаких сомнений. И в том, что разрушены все системы государственного управления в стране, в этом тоже нет никаких сомнений.

Ведь много лет парламент не работал с правительством. Эти два последние года правительство Тимошенко не имело большинства в парламенте, правительство не работало с президентом, президент не работал ни с правительством, ни с парламентом. Местные администрации были отпущены в свободное плавание. Уровень коррупции вырос колоссально. Сегодня все мы прекрасно знаем, что во власть рвались для того, чтобы зарабатывать там коррупционным путем деньги, и считали, сколько можно заработать денег, на какой должности, в каком министерстве или ведомстве.

К сожалению, последствия этого политического цунами сейчас мы пожинаем. И сегодня восстановить систему управления, создать систему рабочих взаимоотношений между президентом, парламентом и Кабинетом министров – это первостепенная, главная задача, которую нужно решить.

Конечно, здесь я не считаю второстепенной задачей, например, проведение судебной реформы. Потому что судебная система разбалансирована, она тоже находится в непонятном состоянии. Сделали два шага по пути реформ – создали два специализированных суда и остановились. И сегодня неразбериха, люди путаются в этих судах, огромное количество дел накопилось нерассмотренных.

Вы называли главными проблемы низкой исполнительской дисциплины и коррупции в органах исполнительной власти. С этим, конечно, надо бороться. Главный вопрос: как?

Знаю, что делать и как. И делаю. Я думаю, что уже можно подводить маленькие итоги. Сегодня неделя после инаугурации, во вторник распалась коалиция, вчера отправили в отставку правительство. В первый день, вы знаете, чему я посвятил свои указы – экономическим реформам и борьбе с коррупцией. Я начал с выполнения обещаний, которые я давал людям во время избирательной кампании.

Сейчас я занимаюсь строительством эффективной системы власти. Без создания механизма реализации таких программ, — а это принятие законов, создание эффективного профессионального правительства, — без этого невозможно ничего делать. Этими вопросами я сейчас занимаюсь.

Уверен в том, что нам очень скоро удастся сформировать и профессиональное правительство, и организовать эффективную работу президента, парламента и правительства. Все, что нужно сделать для этого, я сделаю, я решу эту задачу.

Вы встречались с лидерами фракций. Вы почувствовали в них желание работать над тем, что Вы сейчас перечислили?

Я им четко сказал, что есть два варианта формата коалиции: первый — это большинство депутатов без «Нашей Украины», второй – с «Нашей Украиной» (войдут, минимум, 37 депутатов). Третий вариант, компромиссный – это роспуск Верховной Рады.

Они от меня это услышали. Я не могу по-другому. По-другому не поймут меня избиратели, не поймет украинский народ, те, кто голосовал за меня, и те, кто за меня не голосовал. Потому что людям надоели пустые разговоры, людям надоела бездеятельность парламента, политиканство, коррупция, протирание штанов и проедание народных денег — это все людям надоело. Я с этим покончу, и мы будем работать на страну

А какой вариант из перечисленных самый приемлемый для Вас?

Я – максималист. Для меня, чем многочисленнее в парламенте будет коалиция депутатов, тем лучше. Естественно, чем больше, чем «глубже» объединится парламент, тем будет лучше. А насколько он способен это сделать…

Юлия Тимошенко считала, что ей достаточно 226 голосов. Я считаю, что 226 – это очень неустойчивая коалиция, нестабильная. Почему Тимошенко не смогла работать эффективно? Потому что в большинстве было только 226 депутатов. А надо было ставить задачу, чтобы через месяц-два, может, три, пусть через полгода, было, например, 250. Тогда это была бы коалиция, тогда бы она эффективно работала, и принимала законы.

А вы посмотрите… Глава Верховной Рады говорит, сколько подается законов, а сколько принимается — 10%. Что это такое?! Ну зачем такой парламент нужен, для чего? Какую он несет функцию?

Меня критиковали за то, что я не хожу в парламент. Да мне было стыдно перед людьми, что покажут меня в неработающем парламенте! У меня такое состояние души было, что я приходил и не понимал: зачем я здесь нужен, если парламент не работоспособен! Политизация, политиканство, ложь, обман, коррупция — все это видят люди невооруженным взглядом. И сегодня мы или положим этому конец, и начнет работать парламент, или люди должны на выборах избрать новый состав Верховной Рады, тех, кому они доверяют.

Допустим, создается коалиция, для Вас принципиально, чтобы премьер-министром был член Партии регионов?

Для меня очень важно, чтобы премьер-министр был моим единомышленником, чтобы он вместе со мной нес ответственность; вместе с большинством в парламенте мы несли ответственность за ту программу, которую мы приняли. А основой этой программы будет моя программа, которую поддержало большинство украинского народа. Это же логично.

Я уже говорил сразу после выборов, что я готов эту программу расширить, добавить в нее что-то, включить вопросы, которые приемлемы для меня, и которые не вызовут противоречий, отторжения большинства в парламенте. Включайте такие предложения в эту программу.

Как только мы создадим правительство, первой нашей задачей будет принятие бюджета, а второй – под этот бюджет принять программу. Конечно, правильнее было бы сделать наоборот, сначала программа, а потом – бюджет. Но, к сожалению, как говорят, «застежки должны быть по одежке».

Мы будем иметь «дырку» в бюджете, то есть огромный дефицит, мы его уже имеем, а как его закрыть, как компенсировать? Нам придется брать кредиты на выгодных условиях. Конечно, мы будем искать пути, как их получить в этом году.

Очень важно, чтобы мы за этот год максимально решили вопрос преодоления кризисных явлений в экономике, чтобы мы выровняли кассовый разрыв в бюджете, и уже на следующий год вышли с максимальным дефицитом бюджета 2-3%.