Предстоящие выборы фактически превратились в референдум, а вернее — в плебисцит. Это стало очевидным после того, как 1 октября президент Владимир Путин принял предложение крупнейшей российской партии и согласился возглавить ее федеральный список на предстоящих выборах в Государственную думу. Но это будет вовсе не «референдум по вопросу о доверии» действующему президенту России, как многие говорят и пишут.

Помилуйте, какой референдум о доверии? То, что абсолютное большинство населения нашей страны поддерживает Путина, совершенно очевидно и без всенародного голосования. И дело даже не в рекордных рейтингах главы государства, которые демонстрируют многочисленные социологические опросы. Доверие главе государства народные массы, что называется, показывают «в прямом эфире». Нет, имеется в виду не только и даже не столько ежегодная «Прямая линия» с президентом России. Речь идет об обычных разговорах обычных российских граждан с коллегами по работе, знакомыми, домочадцами… Или, к примеру, волна митингов в поддержку Путина, прокатившаяся в октябре по всей стране, от Приморья до Псковщины.

Обратим внимание — волна митингов в поддержку Путина. Не главы федерального списка «партии власти» и даже не главы государства, а лично Путина как лидера не только российского государства, но и российского народа. И предстоящие думские выборы — это не референдум о доверии Путину, а плебисцит в его поддержку.

Разумеется, этот плебисцит не является формально-юридическим. Но от этого он не становится менее значительным. Глас народа есть глас народа, и галочка в избирательном бюллетене ставится не только напротив названия партии, но и напротив фамилий. А в нашем случае — напротив конкретной фамилии. И тогда через избирательные бюллетени глас народа, высказываемый ныне на помянутых выше митингах, плавно трансформируется в волю народа. Трансформируется и зафиксируется…

К слову, о митингах и о воле. В последнее время среди определенной части российских интеллектуалов при упоминании о митингах в поддержку Путина стало модным делать презрительное «фи». Мол, плавали, знаем. Слыхали, дескать, как собирают людей на эти митинги. Везде и всегда в госучреждения присылают разнарядки, студентам обещают зачеты и т.д.

Нет, разумеется, я не отрицаю, что по очень старой (и не менее дурной) российской традиции кое-где даже на популярные мероприятия могут направлять строем и по разнарядке. Но чтоб «от Москвы до самых до окраин» всех собирали на митинги силком и в административном порядке — не верю. Помилуйте, неужто непонятно, что в стране, подавляющее большинство населения которой искренне поддерживает лидера, народ с удовольствием пойдет на такие митинги совершенно добровольно?

Кто организует всю эту митинговую кампанию? Как ни странно, это в основном не политические силы, а различные общественные организации, в том числе профессиональные, творческие и иные союзы. Впрочем, общественно-политические (но не партийно-политические) организации среди организаторов митингов есть. Именно благодаря им ко всей массе поддерживающих лидера России непартийных структур прикрепилось наименование «комитеты в поддержку Путина».

Сеть таких комитетов действительно впервые возникла еще в 1999 г. Тогда они создавались для выдвижения нынешнего главы государства на пост президента. В 2004 г. аналогичные комитеты функционировали уже не только в России, но и за рубежом.

Однако системой упомянутых выше структур конгломерат выступающих за Путина общественных организаций далеко не исчерпывается. А главное — их члены составляют лишь малую толику поддерживающих современного российского лидера.

И теперь настало время задаться главным вопросом — а почему, собственно, народные массы поддерживают действующего президента России?

Кто-то скажет, что все объясняется массированной пропагандой. Но, помилуйте, современный агитпроп — карлик по сравнению с идеологической машиной советских времен. А кто-нибудь видел массовую поддержку Брежнева (ну, кроме анекдотов из серии «Мы вас поддержим…» — «Спасибо, я и сам постою»)?

Кто-то вспомнит экономический рост, национальные проекты, расчет по внешним долгам, повышение зарплат и пенсий. Да, все это, безусловно, имеет значение, но… Будем откровенны — рост экономики вообще, а зарплат и пенсий в частности в России еще не стал фактором, который может «купить» поддержку народа. Не потому, что он не так высок, как хотелось бы, а потому, что россияне в массе своей еще, к счастью, не научились продавать свою любовь и уважение за деньги…

Кто-то скажет, что Путин активно занялся наведением в России элементарного порядка. Железной рукой он подавлял терроризм и сепаратизм, устанавливал диктатуру закона и добивался реального выполнения государством своих обязательств. Бесспорно, все это так, но… Борьба с терроризмом и сепаратизмом не обошлась без известных всем жертв, диктатуре закона по-прежнему противостоят преступность и коррупция, а процесс создания эффективного механизма выполнения государственных обязательств еще далеко не завершен. И народ это прекрасно понимает…

Но при этом он очень чувствует и понимает еще одну вещь. О которой, между прочим, часто забывают отечественные (да и не только отечественные) интеллектуалы.

Одной из фундаментальных основ классической китайской политической науки всегда был принцип, который очень трудно понять европейски ориентированному человеку. Этот принцип гласит «Люди живут плохо не потому, что живут бедно, а потому, что живут в тревоге».

Между прочим, в этой самой тревоге — тревоге за настоящее и будущее себя и своих близких людей — россияне жили почти двенадцать лет, предшествовавших приходу Путина к власти. И именно эта тревога, эта неопределенность будущего, это отсутствие всякой позитивной перспективы и делали их жизнь плохой в куда большей степени, чем все материальные потери периода «шоковой терапии» или дефолта.

А в правление нынешнего российского лидера граждане России обрели стабильность. Причем стабильность развития, а не стабильность стагнации, как во времена застоя. А еще они увидели перспективы. Не маячившие в 1990-е годы перспективы «скорого конца», а те самые позитивные перспективы, про которые, кстати, говорит в своем послании глава государства (например, перспективы планирования семейной жизни). У людей вновь начала просыпаться утраченная было вера в то, что в России можно нормально жить. Именно нормально жить, а не тревожиться и не маяться вопросом: «Что же будет с Родиной и с нами?»

Удивительно ли, что граждане России поддерживают человека, в правление которого они стали обретать эту веру? Удивительно ли, что они доверяют лидеру, правление которого принесло им стабильность? Удивительно ли, что, увидев наконец перспективы, россияне выходят на митинги, чтобы сказать: «Мы — вместе с Путиным»? Нечего удивляться. Так и должно быть.

Вадим Балытников, кандидат юридических наук