Я не сторонник складывания всех яиц в одну корзину: интервью кандидата в президенты Армении Ваана Ованнисяна

Я думаю, сегодня не стоит предвосхищать исход президентских выборов ни в процентном плане, ни в плане их проведения одним или двумя турами. По большому счету, все решится в результате голосования избирателей. А что касается пожеланий президента о проведении выборов одним туром, я не думаю, что они обоснованны. Теория о том, что избранный во втором туре президент должен оказаться слабее избранного в первом туре не выдерживает вообще никакой критики, поскольку сам Кочарян избирался оба раза вторым туром и от этого слабее не становился. Более того, во втором туре политическая и идеологическая составляющие платформ кадидатов начинают носить гораздо более выраженный, публичный характер. Победивший во втором туре президент приобретает поддержку не столько и не только среди полукриминальных кругов или экономических кланов, но и политических сил и имеет гораздо больше опоры в обществе. Однако самое главное не в этом. Гораздо важнее не результат процесса, а его характер. Можно ли будет в итоге сказать, что состоялся процесс выборов, будет или не будет давления на избирателей, будет или не будет применена практика подкупа электората? Это гораздо более важные вопросы, нежели то, во сколько туров пройдут выборы.

Что касается прогнозируемых результатов голосования, то у меня нет совершенно никаких оснований доверять публикуемым цифрам, особенно, учитывая то, какие персоналии за этими данными стоят. Гораздо больше меня тревожит, что в ходе прошедших недавно обсуждений с участием российских политологов, помимо загадывания и «заказывания» процентов, произошло неприемлемое явление — один из известных российских политологов заявил, что Россия поддерживает кандидата от власти и сделает все для его победы. Возникает вопрос: «Что именно означает это “все”?». На мой взгляд, это явное вмешательство в дела суверенного государства, что совершенно недопустимо. Более того, если российские политологи позволяют себе заявлять такое, почему бы западным политологам также не объявить о своей поддержке какого-либо другого кандидата, скажем от радикальной оппозиции и не заявить, то для его победы они готовы сделать все. Это ведь мы расценили бы как явное и наглое вмешательство в наши внутренние дела, я считаю, что в этом вопросе российской стороне необходимо быть более осторожной. Я думаю, подобные заявления наносят гораздо больший вред «поддерживаемому» кандидату, не говоря уже о том, какой вред они наносят реноме Армении и нашему обществу.

ИА REGNUM: Сегодня оппозиция очень много говорит о возможных фальсификациях. Если это произойдет, то можно ли будет ожидать от АРФД присоединения к действующему достаточно активно оппозиционному фронту?

Ни к кому присоединяться мы не собираемся. У нас будет своя стратегия, своя тактика и свои шаги. Но то, что мы фальсификаций не потерпим — это факт.

ИА REGNUM: Тем не менее, возможно ли ожидать каких-либо радикальных мер от АРФД в случае массовой фальсификации выборов, таких как, к примеру, движение 1996 года, в котором АРФД сыграла не последнюю роль?

Это может показать только ход событий. Я в отличие от Андраника Миграняна (российский политолог — ред.) не занимаюсь прогнозированием заказных ситуаций.

ИА REGNUM: Вы в некоторой степени коснулись влияния России на Армению, в частности, на имидж Армении… Тем не менее, хотелось бы узнать, согласны ли вы с мнением, что все внешнеполитические и внутриполитические инициативы Ереван реализуются с оглядкой на Москву?

Влияние России, безусловно, есть, но в нем не надо усматривать только негативные элементы. Наши союзнические отношения с Россией и членство в ОДКБ определяются нашей национальной стратегией безопасности, и в этом плане они оправданы. Другой вопрос, что Армения имеет свои интересы, и я не сторонник складывания всех яиц в одну корзину. Естественно, военно-политический союз полезен и необходим, и его надо укреплять, но это не означает, что в экономических и политических вопросах приоритетными для Армении должны стать российские интересы, приоритетом должны быть наши интересы, а союзнические отношения должны происходить именно в тех сферах, где затрагивается безопасность Армении и России — это важнейший приоритет. Однако при этом Армения должна вести гибкую политику и сохранять свой суверенитет. В случае моего избрания президентом Армении отхода от дружбы и союзнических отношений с Россией ожидать не стоит. Но не стоит забывать, что Россия ведет более чем прагматичную политику в отношении Армении. Это означает, что в отношениях с Россией с нашей стороны также должна быть введена доля прагматизма. Об этом я часто заявлял, будучи сопредседателем армяно-российской межпарламентской комиссии.

ИА REGNUM: Не считаете ли вы, что по части Армянского вопроса действующие власти не предприняли действенных шагов, переваливая всю работу на диаспору и, тем самым, фактически продолжив курс первого президента Левона Тер-Петросяна?

В этом плане я с вами согласиться не могу. То явление, о котором вы говорите, носит тактический характер. Естественно, лоббистская деятельность внутри отдельных стран должна проводиться гражданами этих стран. Государственное участие Армении тут не только не предполагается, оно невозможно и может нанести только вред. Но политическое укрепление требований армян и политическое укрепление организаций, которые проводят эту линию, во многом зависят от властей Армении. Я не стал бы сравнивать нынешний этап процесса признания Геноцида армян с аодовским этапом, это абсолютно неправомерно.

ИА REGNUM: Тем не менее, в случае вашего избрания, можно ли ожидать активизации на государственном уровне по этому вопросу?

Разумеется, это предусмотрено моей программой. Мы намерены создать специальное министерство по делам диаспоры. Создание такого органа будет полезно для укрепления и правильного развития экономического и политического потенциала организаций армян за рубежом.

ИА REGNUM: И уст ваших однопартийцев зачастую звучат радикальные заявления — некоторые объявляют, что выступают против передачи зоны безопасности вокруг Нагорного Карабаха, другие выступают за присоединение Нагорного Карабаха к Армении, считая, что армянская сторона лишь в последний момент может уступить Азербайджану и согласиться на независимость Карабаха. Возможна ли смена тактики на переговорах по урегулированию конфликта, в случае вашего избрания?