Алексей Кудрин: 2009 год станет самым трудным в мировой экономике

— Бюджет 2008 года будет исполнен. У нас будет исполнен и по доходам выше, чем прогнозировалось, и по расходам мы выйдем практически на 100 процентов. Недостатка в средствах нет. Поэтому бюджет будет закончен успешно и с учетом того, что у нас до середины года, 2008 года экономика шла в гору, вверх, и только во второй половине года стали чувствоваться влияние мирового кризиса, мы, конечно же, получим существенное превышение доходов над расходами.

— То есть профицит будет?

— Да. В этом году профицит будет чуть меньше 5 процентов ВВП.

— Серьезная цифра.

— То есть это почти 2 триллиона рублей еще сумеем накопить и отложить на «черный день», который вот уже наступает.

— Ну, про черный день мы поговорим попозже. Хотелось бы вот узнать поточнее. Третий-четвертый квартал, насколько доходы бюджета упали именно вот в это время уже. Есть какие-то предварительные подсчеты?

— Третий квартал в основном сработали хорошо. Никаких существенных отклонений нет. Конечно, мы уже почувствовали первое уменьшение прироста. Прирост сохранялся, но уже он медленнее происходил. В четвертом квартале мы видим и снижение доходов по целому ряду налогов. Это связано со снижением темпов экономического роста.

Понятно почему. Страна просто стала получать в три с лишним раза меньше доходов, меньше валюты от продажи нефти. То есть просто в 3,5 раза. Это означает, что будь то нефтяники, будь то газовики, получили меньше доходов, заплатили меньше налогов и в федеральный бюджет, и в местные бюджеты.

— А нужны уже какие-то действия от правительства, я имею в виду для регионов, если уж Вы затронули эту тему, увеличение трансфертов, и каким регионам особенно нужно сейчас помогать, на Ваш взгляд?

Да, и мы это уже провели. В конце года правительство приняло решение о дополнительной поддержке регионов почти на 30 миллиардов рублей. Это средства, во-первых, пошли тем регионам, у которых сильно в течение года выросли средства, средства на мазут и на топливо. Это пошло регионам, у которых произошли какие-то другие, другое снижение налогов по прибыли, по другим направлениям. Мы помогли регионам выполнить задачу по повышению заработной платы, которая, напомню, с 1 февраля этого года повысилась на 14 процентов во всех регионах.

— А долгов сейчас много по зарплате в регионах?

— По субъектам РФ и муниципалитетам нет долгов. Вот я хочу, чтобы мы все помнили, что когда объявляются цифры по наращиванию долгов по зарплате, это имеется в виду коммерческий сектор, промышленность. Бюджетная система не имеет долгов по зарплате. Иногда показываются в каких-то субъектах переходящие задолженности, которые связаны с тем, что зарплата платится 1 числа обычно каждого месяца, вот. Бывают там небольшие задержки, но в бюджетной сфере недостатка в средствах для выплаты зарплаты нет. И бюджетный сектор, и этот год, и следующий, мы особенно за этим проследим, всем бюджетникам будут выплачивать зарплату вовремя.

— Алексей Леонидович, сейчас государство активно вообще во всем мире и в России помогает предприятиям переживать трудности, которые есть в экономике. Недавно был объявлен список стратегических предприятий, почти 300 предприятий, откуда будут деньги взяты на поддержку этих компаний?

— Вы знаете, создание самого этого списка имеет серьезные основы. Первая задача этого списка о том, чтобы не какую-то особую государственную поддержку они получили, а чтобы они получили в банках, в обычных банках, в том числе и там, где они всегда были клиентами, кредит — на нормальных условиях. Сегодня нормальные условия – это 15-18 процентов годовых, ниже нельзя.

— Почему?

— Потому что, если говорить о ставках в процентах, то первое – капитал из России убегает сейчас, как вы знаете. У нас идет отток капитала. Отток капитала вызывает девальвацию рубля. Вот, чтобы у нас не было такой резкой девальвации, ставки в России должны быть выше. Тогда капитал не убегает. Это общемировая практика. Вот для России сегодня такая практика. Если нам придется опустить ставку, то не только увеличится отток капитала, но и еще увеличится, в том числе, и инфляция. Не буду рассказывать этот механизм. Мы получим весь пакет негативных явлений. К сожалению, многие это не видят или не чувствуют. Многие ориентируются, а как же так, в Соединенных Штатах ставка снижается, а в России она должна повышаться? В Соединенных Штатах совершенно обратная ситуация, не как российская. В Соединенных Штатах цены падают драматически, что вызывает обрушение промышленности Соединенных Штатов. И снижение кредита до нуля не спасает эту промышленность, потому что эти кредиты, во-первых, банки не готовы давать предприятиям. Но самое главное, продукция падает по цене настолько, что никто ее не готов покупать, все ждут, когда она упадет еще больше. Вот такой механизм вызывает, вот такая ситуация на рынке вызывает дефляцию, то есть уменьшение инфляции.

— Это ужас всех экономистов и предпринимателей на самом деле, да?

— Вы знаете, из дефляции очень трудно выйти. И это означает, что промышленность будет стагнировать, возможно, что в США в ближайшие несколько лет. И сейчас инфляция в США 2 процента. И инфляция продолжает падать. А в России ситуация обратная. В России инфляция сохраняется на высоком уровне, выше 13 процентов, и с учетом эффекта девальвации, которая постепенно осуществляется, имеется в виду ослабление курса, оно прошло уже за этот год, некоторый такой момент, некоторый отрезок своего движения, сейчас больше 29 рублей за доллар, а когда-то был 24. А сейчас мы планируем, что в среднем в следующем году будет 31-32. Это означает, что девальвация вызовет дополнительную инфляцию. Весь импортный товар станет дороже. И инфляция в России будет расти. В США падать, а в России расти.

— И поэтому будут у нас высокие ставки?

— И конечно, ставки кредита не могут быть ниже инфляции. Тогда банки будут работать в убыток, и тогда банки будут банкротиться и перестанут вообще кредитовать экономику. Мы хотели бы и мы предполагаем, что так экономические условия сложатся, что мы к середине следующего года сумеем затормозить инфляцию.

— На сколько примерно, по цифрам? В два раза, в три?

— При том прогнозе, который мы сейчас взяли за основу, прирост экономики 2,4 процента при цене на нефть 50 долларов, инфляция где-то мы даже думаем в следующем году, она станет 11 процентов, то есть ниже, чем в этом году, когда мы предполагаем, что она будет где-то 13,5-13,8. То есть мы в среднем за год даже меньше получим инфляцию. Но мы понимаем, что если цена на нефть будет ниже, не 50, а 30 долларов.

— Вот сейчас она 36.

— Сейчас она 36. То тогда повлияет и на курс, и инфляция будет выше. Инфляция может дойти до 15 процентов.

— А курс?

— Даже чуть выше сегодняшнего. Курс чуть-чуть изменится, но несущественно.

— 33-35?

— Сейчас трудно гадать. Это зависит очень серьезно от общих условий. Но никаких драматических изменений.

— Ну, 40-50, называются какие-то фантастические цифры совсем.

— Нет, нет, такие цифры не прогнозируются.

— Алексей Леонидович, если вернуться к тем стратегическим предприятиям, к списку этих предприятий. Во-первых, каков был критерий отбора их, и откуда они получат деньги, и что делать остальным компаниям?