Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
17 апреля 2013, источник: Forbes.kz

Казахстанский бизнес станет однопалатным

На встрече президента с Советом предпринимателей 10 апреля было одобрено решение о создании Национальной палаты предпринимателей — с обязательным членством в ней всего отечественного бизнеса. Предлагаемая модель этой палаты заставляет задуматься: чьи же интересы она будет защищать на самом деле?

Хотя концептуальное решение принято и одобрено на самом высоком уровне, его реализация вызывает массу вопросов. Анализ проекта закона «О Национальной палате предпринимателей», который размещен на сайте Министерства экономического развития, не дает ответы, а, напротив, рождает вопросы и сомнения.

Хотя речь идет о предпринимателях, то есть самых свободных и инициативных субъектах общества, столпах рыночной экономики, схема обязательного членства избрана с прямо-таки коммунистической прямотой — в НПП должны состоять все. Прецедента такого тотального членства в одном объединении нет ни в одной другой сфере. Его сложно припомнить даже в эпоху «развитого социализма».

В настоящее время многие предприниматели уже являются членами общественных объединений предпринимательства. Поэтому ожидалось, что будет введена опосредованная модель обязательного членства — через бизнес-ассоциации. Суть в том, что эти ассосиации и являлись бы напрямую членами НПП. И каждый предприниматель обязан состоять в одной из них — по своему выбору.

Но такую модель отвергли в пользу единой мегаассоциации, о масштабах которой говорит уже то, что, по данным официальной статистики, в Казахстане сегодня насчитывается 812 тыс. активных субъектов малого и среднего предпринимательства. То есть к этому нужно еще прибавить крупные предприятия, а также неактивные, поскольку в законопроекте исключений не делается ни для кого.

Ее деятельность потребует создания громоздкого аппарата: ведь даже учет членов и постоянное обновление их списков представляет собой объемную административную работу. А чтобы реально взаимодействовать со всеми предпринимателями – не на уровне отписок, а профессиональных услуг, – потребуется целая армия хорошо подготовленных (и достойно оплачиваемых) сотрудников. 

Только представьте – в стране сейчас 573 тыс. индивидуальных предпринимателей. И с каждым из них палата будет работать напрямую. А еще есть 164 тыс. крестьянских хозяйств, поэтому нужно будет активное представительство НПП в сельских районах. 

Палата не просто объединит бизнес-ассоциации, но и заменит часть из них. Ведь далеко не все предприниматели сочтут для себя возможным иметь членство и платить взносы сразу в двух объединениях. Понятно, что «выбор» они сделают в пользу НПП. Так что объективным результатом станет уменьшение количества бизнес-ассоциаций.

Наверное, это можно будет расценивать как уход самых нежизнеспособных. Однако смущает, что он произойдет не в результате конкурентной борьбы и естественного отбора, а под административным нажимом. Сама НПП окажется в бесконкурентном поле. В соответствии с законопроектом, торгово-промышленная палата подлежит ликвидации или реорганизации.

Так что консолидация предпринимательского сообщества, заявленная как цель предстоящей реформы, звучит весьма двусмысленно. Это все равно, что говорить о консолидации крестьян в колхозы.

Делайте взносы, господа!

Принципиально не только обязательное членство (которое само по себе особых вопросов у предпринимателей, привыкших к повелениям сверху, не вызывает), сколько обязательные членские взносы. Вот они беспокоят всех без исключения.

Размер взносов в законопроекте не указан. Дается лишь ссылка на критерии, которые могут быть использованы при его размере: месячный расчетный показатель, совокупный годовой доход, размер фонда заработной платы.

Не указан в законопроекте и порядок использования членских взносов. Есть две системы использования платежей —  адресная и по принципу «общего котла». Например, уплачивая членские взносы в профсоюз, мы рассчитываем на конкретные льготы при медицинском обслуживании, приобретении путевок в санаторий, посещении спортивных сооружений и т.д. Вступая в спортивный клуб, мы знаем, на сколько тренировок можем рассчитывать. В общем, это близко к концепции услуги.

А по принципу «котла» работает, например, налоговая система. Мы платим налоги и сборы в бюджет, но не имеем ни малейшего представления, какая их часть вернется нам в виде каких-либо благ и вернется ли вообще. В такой односторонней концепции у плательщиков есть только обязанности – но не права.

По такому же принципу предлагается организовать и работу НПП. Хотя здесь по логике уместен как раз адресный подход. Ведь это объединение бизнеса, то есть людей, которые умеют считать деньги. Они должны видеть движение каждого тенге и понимать, что  получают за свои взносы. Не абстрактное «представительство интересов», а конкретные услуги.

НПП в любом случае не сможет всем отраслям уделять равное внимание. Соответственно, при равном взимании взносов не будет равной отдачи от них. Например, НЭП может тратить деньги и время на продвижение вопросов, интересных металлургам. Но при чем тут взносы пчеловодов или продавцов книг?

По всем признакам обязательные членские взносы в НПП напоминают не что иное, как новый налог на ведение бизнеса в Казахстане. Условно его можно назвать «налог на предпринимательство». Причем взиматься он будет не от прибыли или оборота, а за сам факт существования  компании или ИП.

Независимость автомобиля от водителя

Не меньше вопросов вызывает схема учредительства НПП, предлагаемая в законопроекте. Дело в том, что наряду с «бизнес-ассоциацией, имеющей филиалы во всех областях, городе республиканского значения, столице, а также опыт аккредитации в центральных исполнительных органах не менее пяти лет» (надо полагать, под этой формулировкой имеется в виду «Атамекен») учредителем станет… правительство. И это полностью противоречит концепции НПП как инструмента для диалога власти и бизнеса.

В законопроекте декларируется, что государство гарантирует НПП самостоятельность. Однако другие нормы ее перечеркивают. И дело не только в учредительстве (хотя как вообще можно быть независимым от учредителя?). Представители правительства участвуют в работе высшего органа НПП – съезда, на котором принимаются важнейшие документы и решения, от устава — до долгосрочной стратегии развития и бюджета.

Также представители кабмина входят в состав президиума НПП.  А он держит под контролем всю текущую деятельность палаты, назначает председателя и членов правления, утверждая все внутренние документы, назначая проверки ревизионной комиссии.

Боле того, в компетенцию правительства отдан стержневой вопрос — утверждение размера и порядка уплаты обязательных членских взносов. Понятно, что при таком раскладе ни о какой самостоятельности НПП в отношениях с государством либо о ее независимости речи быть не может.

На самом деле вообще неясно, чем она отличается от различных компаний с государственным участием — разве что организационно-правовой формой. Но это не более, чем внешнее отличие, а, по сути, в случае принятия закона в предложенном виде НПП станет полностью управляемой и подконтрольной правительству. 

Безусловно, она может пользоваться определенной автономией, особенно при наличии руководителя-тяжеловеса. Возможно, у нее хватит ресурсов, чтобы «бодаться» с акиматами или отдельными центральными ведомствами. Тем не менее, по принципиальным вопросам палата все равно не сможет отклоняться от генеральной линии.

НПП станет дублером правительства?

Схема учредительства – далеко не единственный парадокс НПП, который можно найти в законопроекте. Такого разнородного и эклектичного набора функций, который ей предлагается передать, нельзя найти больше ни у одной структуры. Помимо традиционных для бизнес-ассоциаций задач, связанных с представлением интересов предпринимательства, она получит полномочия по управлению тремя видами объектов, никак не связанными друг с другом.

Во-первых,  специальными экономическими и индустриальными зонами. Во-вторых, объектами инфраструктуры в пунктах пропуска через государственную границу. В-третьих, государственными организациями технического и профессионального образования.

Каждая из этих функций – узкоспециализированная деятельность, которая мало связана с представительством интересов бизнеса. Это касается даже управления СЭЗ и индустриальных зон. Ведь здесь необходима прагматичная деятельность профессиональных управляющих.

Кроме того, НПП получит и ряд государственных функций. Их перечень чрезвычайно обширен.

Среди них можно выделить, во-первых, финансовый блок. Так, палата будет участвовать в работе областных бюджетных комиссий, в разработке тарифной политики и мероприятий по тарифообразованию.

Во-вторых, это блок полномочий по использованию земельных ресурсов. Палату допустят к участию к разработке генпланов и схем районной планировки области, проектов земельно-хозяйственного устройства территории населенных пунктов, схем зонирования земель, программ по рациональному использованию земель, выработке предложений по предоставлению земельных участков сельскохозяйственного назначения иностранцам.

В-третьих, полномочия по использованию водных ресурсов. НПП будет участвовать в работе бассейновых советов, разработке региональных программ по водоснабжению, разработке ставки платы за пользование водными ресурсами, распределении лимитов водопользования.

В-четвертых, палата подключится к образовательной деятельности. Она будет принимать участие во внедрении национальной системы квалификации, в аттестации специалистов по таможенному декларированию, аттестации экспертов на право осуществления экспертных работ и инжиниринговых услуг в сфере архитектурной, градостроительной и строительной деятельности. Ей также могут поручить независимую сертификацию по присвоению квалификации специалистам организаций технического и профессионального образования.

Наконец, палата будет оператором госпрограмм – в сфере поддержки экспорта, нефинансовой поддержки субъектов предпринимательства,  а также станет участвовать в распределении государственного социального заказа по вопросам развития предпринимательства.

Как видим, это даже не «швец, и жнец, и на дуде игрец». Это такой пестрый набор полномочий, которого нет ни у одного ведомства, исключая разве что все правительство целиком.

Ограничение конкуренции еще никому успеха на приносило

Почему государство, которое прежде не соглашалось отдавать в рынок ни одной своей функции, даже самой незначительной, вдруг решилось расстаться с целым блоком, при этом запустив бизнес-ассоциацию в святая святых — распределение земельных ресурсов? Говорить о революции рано. Во-первых, все передаваемые функции включают в себя слово «участие». И какие полномочия НПП получит в реальности — будет зависеть в любом случае от органов исполнительной власти. Ведь между «решать» и «участвовать» — огромная пропасть.
Во-вторых, передавая палате обширный набор функций, правительство перестраховывается, сохраняя влияние на ее деятельность. В этой связи можно говорить не столько о передаче госфункций в рыночную среду, сколько о перераспределении полномочий внутри государственного аппарата, частью которого и станет НПП.

Если оценить готовящуюся реформу реально, убрав красивые слова о консолидации бизнеса и самостоятельности НПП, то в сухом остатке получим следующую картину.

При правительстве создадут организацию, которая будет ведать вопросами развития предпринимательства. Для этого ее наделят рядом государственных функций. По сути, появится некое министерство или агентство по делам предпринимательства.

Государство в результате получит несомненный тактический выигрыш. С одной стороны, оно обеспечит благопристойную внешнюю картинку — саморегулируемость бизнеса, беспрецедентный уровень его участия в принятии государственных решений, повышение рейтингов делового климата. С другой стороны, за этой красивой ширмой оно создаст жестко управляемую иерархию бизнес-ассоциаций.

Однако вряд ли это приведет к стратегической победе. Монополизация и искусственное ограничение конкуренции никому успеха еще не приносили. Даже в парламенте власть пришла к выводу о необходимости многопартийности. В бизнесе, видимо, этот путь еще только предстоит пройти.