Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
25 мая 2013, источник: Вести.Ru

Виктор Вексельберг: Россия не использует свой огромный потенциал

Как относиться к российским бизнесменам — ушлые они все мошенники или предприниматели, а то и инноваторы, которые, если и попадали за решетку, то несправедливо.

 Здесь много сюжетов. Например, стало известно о постановлении правительства о списании безнадежных долгов по страховым взносам. Продолжается обсуждение того, как президент Путин ответил на предложение об амнистии для бизнесменов-сидельцев. Предложение Путин назвал «сырым».

«Там находятся и люди, которые были осуждены за криминальный экспорт материалов двойного применения, которые могут быть использованы в производстве оружия и даже оружия массового уничтожения. Там есть и другие категории граждан, которые осуждены формально по экономическим преступлениям. Но степень их общественной опасности велика. Я предлагаю это все внимательно проанализировать и вместе с экспертами в этой сфере, вместе с Генеральной прокуратурой посмотреть и сделать выводы, а потом принять взвешенное решение», — подчеркнул президент на встрече в представителями бизнеса в Воронеже.

Одним из участников этой встречи был председатель совета директоров группы «Ренова», президент фонда «Сколково» Виктор Вексельберг. В интервью «Вестям в субботу» он рассказал о том, к каким еще проработкам готов наш бизнес и что все-таки творится в «Сколково» и с Ильей Пономеревым.

— Виктор Феликсович, решитесь поспорить с президентом?

— Нет смысла спорить с президентом. Я бы сконцентрировал внимание на том, чем президент закончил свою ремарку, а не на том, чем он ее начал. Была проделана большая, серьезная работа. Принят целый пакет документов, законов, которые в значительной степени декриминализировали те или иные преступления, которые раньше попадали под очень жестокие наказания, на побоюсь этого слова. Было логично закончить этот процесс амнистией. Однако комментарии, которые сделал Владимир Владимирович, говорят о том, что предложения, которые подготовлены на сегодняшний день, заслуживают внимания, но требуют дополнительной проработки.

— Вы готовы к таким проработкам?

— Безусловно.

— Возьмем предпринимателя, занимающегося сельским хозяйством в Калужской области. Мало того что урожай собирает — у него еще 16 тысяч новых рабочих мест. А что в «Сколково»? В Интернете, например, о рабочих местах ничего не сказано — все больше о скандалах.

— Я, во-первых, поправлю: 16 тысяч рабочих мест созданы во всей области Калужской, если я не ошибаюсь, за семь лет.

— Включая сельское хозяйство.

— В этом контексте я хотел бы сказать, что в фонд «Сколково» за два с половиной года своей работы создал 13 тысяч новых рабочих мест.

— Странные вещи происходят. Все вспомнят, что недавно вы были в прокуратуре, где давали показания по нашумевшему делу. А о рабочих местах мы почему-то в первый раз слышим.

— Вина отчасти лежит на нас, потому что мы не доносим до общественности достигнутые результаты. Наверное, существуют определенные информационные права. И нам нужно сосредоточиться на этом очень активно.

— Я примерно представляю с точки зрения бизнес-модели, почему к вам идут так называемые резиденты, когда ты не платишь НДС, когда ты не платишь налог с прибыли. А если он составляет 13% или 17%?

— 14%.

— Это несравнимо с остальной России. Сам Бог велел прийти и зарегистрироваться. А в железе что-нибудь произвели?

— Да. На сегодняшний день наши компании достигли определенных результатов, в частности, биофармацевтический кластер поддерживал проекты, которые уже воплотились в производство конкретных медицинских препаратов. Они, например, помогают восстановлению иммунитета после химиотерапии и препятствуют инфекционным заболевания. Широкий спектр препаратов.

— Это уже в производстве?

— Это уже производится. Думаю, в ближайшем будущем в аптеках появятся препараты с логотипом «Сколково». Наиболее распространенным и общепринятым результатом измерения является патент.

— И что у вас с ним?

— Цифра меня самого, честно говоря, удивила: порядка 25% всех патентов в области информационных технологий было зарегистрировано российскими компаниями — резидентами «Сколково». Это большая цифра. Мы — маленький проект. Мы только начинаем жить. Я думаю, что это цифры вселяют в нас обнадеживающие установки.

— Маленький проект, но с большой волной. И ваш поход в прокуратуру эту волну во многом подтверждает. Объясните, Пономарев все-таки государственные деньги получал — 750 тысяч долларов — или частные? Это принципиальный вопрос.

— Думаю, не принципиально, чьи деньги он получил. Не государственные. Поверьте, это не принципиально. Урок состоит в том, что я лишний раз убедился: доверие — это категория экономическая. Господин Пономарев нанес нас=м существенный урон. Мы, честно говоря, ему передоверились как публичному, известному человеку, заместителю председателя Комитета Государственной Думы, активно участвующему в реализации наших проектов. Мы столкнулись с тем, что отчеты, которые он нам предоставил по своим работам, не соответствовали действительности. Увы, Следственный комитет подтвердил это. Мы были вынуждены обратиться в соответствующие инстанции с тем, чтобы было начато соответствующее расследование.

— Что бы вы Пономареву посоветовали? Разные фракции в Думе советуют очень разное: кто-то — сдать мандат.

— Я все-таки воздержусь от категорических советов. Но если говорить на языке бизнеса, то посоветовал бы вернуть то, что было нечестно получено. По крайней мере, тебе будет морально спокойнее. А так, Господь есть, он расставит все по своим местам.

— Давайте вернемся к совещанию у президента. Поставлена задача — 25 миллионов новых рабочих мест. Откуда их взять?

— Наш опыт подталкивает к нам..

— В «Сколково», вы имеете в виду?

— Да. Наши 13 тысяч через три года — это сто тысяч. А через десять лет это — миллион.

— В какой еще отрасли так хорошо могут пойти дела?

— Мы всегда говорили о том, что те направления, которые мы развиваем и поддерживаем в соответствии с правительственными решениями, стратегически приоритетные. Не должны ограничивать те направления, которые являются чрезвычайно интересными. Мне кажется, что сельское хозяйство — та область, которая на сегодняшний день является незаслуженно обделенной с точки зрения инновационных подходов и создания принципиально новых технологических решений. Существует селекция, а также передовые технологии в овощеводстве, животноводстве. Совсем недавно я встречался с президентом Израиля господином Пересом. И когда мы обсуждали эту тему, он ни о чем не говорил, кроме того что Россия — огромная страна, обладающая громадным земельным потенциалом.

— А евреи, как ни странно, стали крестьянами.

— Да. А мы абсолютно не пользуемся этой фантастической перспективой. Мне бы хотелось, если руководство страны поддержит, чтобы в рамках проекта «Сколково» было уделено соответствующее внимание сельскому хозяйству.

— Будем считать это вашим официальным обращением.

— Да, обращением к правительству.