Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
12 августа 2014, источник: "Российская газета"

В СЗФО обострилась конкуренция среди переработчиков молока

В разгаре сезон «большого молока». 

Источник: "Российская газета"

Однако впервые на рынке нет избытка сырья и традиционного снижения цен на молочные продукты. А вот фрукты и овощи с начала лета подешевели. В то же время некоторые потребители опасаются, что фруктово-овощное эмбарго может негативно отразиться на их кошельках.

На молочном фронте без перемен

Самое дорогое питьевое молоко — в молочной вотчине Северо-Запада — Ленинградской области (56 рублей за литр), в Санкт-Петербурге 51 рубль, лишь на два рубля оно дешевле в Архангельской и Мурманской областях. Самое дешевое молоко в пакетах — на Вологодчине (35,9 рубля за литр). Самые высокие цены за килограмм сливочного масла зафиксированы в Архангельской и Вологодской областях (свыше 470 рублей), самые низкие — в Калининградской (324,5 рубля). Как свидетельствует статистика, потребительские цены практически на всю молочную линейку в округе с начала года все время потихоньку росли, не остановились они и не откатились назад и в летний период, на который приходится пик производства сырья.

В регионах продолжается сокращение поголовья крупного рогатого скота, в том числе и коров. Продуктивность буренок в сельхозпредприятиях немного повысилась, но дефицит сырья, наметившийся в прошлом году, сохраняется. По словам экспертов, спад производства сырого молока привел к обострению конкуренции среди переработчиков, что стимулировало рост цен на протяжении всего первого полугодия текущего года. Средняя закупочная цена в СЗФО на начало июня составила 18,9 рубля — почти на треть выше, чем в аналогичный период 2013 года. Приходится раскошеливаться и потребителям. В Ленинградской области, например, с начала года питьевое молоко подорожало на 12,4 процента, масло — на 9,7, сметана — на 9,4 процента.

— Молочная продукция и молоко считаются социальным продуктом, развитые рыночные страны не стесняются определять минимальную закупочную цену на сырье, индикативные цены, допустим, на сыр, масло, на сухое молоко. С аналогичным предложением мы обратились в правительство РФ, — рассказал председатель правления «Союзмолоко» Андрей Даниленко, прибывший в Калининград, чтобы изучить ситуацию на молочном рынке региона. Глава ассоциации осмотрел производственные мощности агрохолдинга, в который входят фермы и перерабатывающие заводы. Даже крупным предприятиям трудно играть на понижение цены, констатировал он.

Ценовой коридор

Если удастся найти золотую середину между себестоимостью и ценой, тогда удастся сбалансировать ситуацию в отрасли, считает Даниленко. По его мнению, установление ценового коридора могло бы компенсировать ограниченные возможности бюджета. Сегодня при задержке субсидий и низких мировых ценах на молоко российские производители работают с отрицательной рентабельностью.

Но некоторые регионы, не дожидаясь этого самого «коридора», решили самостоятельно обуздать цены. Так, в Ненецком автономном округе с 1 июля 2014 года зафиксировали предельные цены на 10 наименований молочки. В частности, стоимость литра молока жирностью 3,4 процента не должна превышать 50 рублей, килограмм сливочного масла — 400 рублей, сметаны — 200 рублей. Таким образом власти округа уравняли местное население в потребительских «правах» с жителями других регионов СЗФО. Хотя по уровню среднемесячной зарплаты (67 тысяч рублей) жители НАО опережают всех остальных жителей СЗФО, включая самых обеспеченных из них — Мурманскую область (40,6 тысячи) и Санкт-Петербург (40,4 тысячи). Несмотря на высокие зарплаты, северный коэффициент и большой пакет социальных льгот, цены на продукты питания в НАО сильно «кусаются».

Спад производства сырого молока привел к обострению конкуренции среди переработчиков

Проблему здесь решили не административным методом, к которому регионы прибегли в период экономического кризиса, «уговорив» переработчиков и торговцев заморозить цены на социально значимые товары.

— Мы предложили аграриям выбирать: зафиксировать цены на продукцию и получать повышенную субсидию из окружного бюджета или жить, полагаясь на рыночную конъюнктуру и не рассчитывая на госпомощь, — пояснил начальник управления АПК и торговли НАО Сергей Киселев. — Предприниматель сам решает, по какой цене ему продавать или поставлять молоко в магазины — по 50 или по 80 рублей.

В Новгородской области сделали ставку на создание агропромышленного кластера. Взаимодействие власти и бизнеса не принесет сиюминутных результатов, но в перспективе позволит местной сельхозпродукции вытеснить импорт, обеспечить продовольственную независимость региону.

Плодоовощное эмбарго

Пожалуй, больше других регионов ответные санкции правительства РФ и решение Россельхознадзора о запрете ввоза плодоовощной продукции из Польши на территорию РФ коснулись Калининградской области. И это понятно: ближайший сосед поставляет в эксклав до 10 процентов овощей и фруктов в зависимости от сезона. Благодаря логистике «живые витамины» доступны рядовому покупателю. Например, яблоки на калининградских прилавках круглый год стоят 30 рублей за килограмм, в то время как в Новгороде, Мурманске, где в июле цены на этот фрукт упали (на 3,6 и 1,6 процента соответственно) — 65,30 и 51,40 рубля. Если сравнивать июльские ценники на все фрукты и овощи в регионах СЗФО, Янтарный край на их фоне выглядит выигрышно: картошка, капуста, томаты, свекла здесь дешевле. Еще и потому, что конкуренцию привозным овощам в последнее время делают местные фермеры.

— Область достигла самообеспечения по картофелю, свекле, капусте. В текущем году на 30 процентов увеличены картофельные и овощные плантации, — прокомментировал ситуацию калининградский губернатор Николай Цуканов. — С фруктами хуже. В прошлом году мы заложили 20 гектаров яблоневого сада, предстоящей осенью к ним добавятся еще 50 гектаров. Это позволит в течение пяти лет закрыть «яблочную тему».

Пока же, по словам главы региона, с ритейлерами обговорен вопрос о переориентации на иные рынки. Поставщики не против завозить продукцию, поменять схемы поставки, но предупреждают: обойдется она дороже из-за доставки.

— Заместить импорт можно и местной продукцией, но у нас не сильно развит путь «от поля к прилавку», поэтому возникнут проблемы с хранением урожая, — резюмировал сенатор от Калининградской области Николай Власенко на состоявшемся в региональном парламенте продовольственном совещании.

А что думают производители? По признанию фермера Юрия Коровина, он восемь лет занимается овощеводством в открытом грунте. Перепробовал, наверное, все культуры, какие в эксклаве можно и даже невозможно выращивать, например баклажаны. Получалось. Но слишком дорого. В конце концов остановился на пяти культурах и сократил площади с 14 до 7 гектаров, рассчитав, сколько может вырастить, убрать и продать. И старается выше этого не прыгать. А мог бы нарастить площади.

— Но, во-первых, земля с убитой мелиорацией не позволяет. Восстановление сети требует серьезных капвложений, которые я не потяну. Второе — нет доступа в супермаркеты, а ярмарки выходного дня в Калининграде, которые очень нас выручали, по непонятным причинам отменили. Оптовики же за свои услуги дорого берут. И третье — кадры. Где на селе взять механизаторов, полеводов? Они вымерли как класс, — перечислил фермер причины ограничения своих возможностей.

Комментарий

Андрей Рябов, глава некоммерческого партнерства овцеводов и козоводов Калининградской области:

— Это первый год, когда фермеры почувствовали к себе интерес со стороны переработчиков, общепита, торговли. Импортом все было так завалено, что мало кто вспоминал про нас. А сейчас где вспышки АЧС, где санкции Россельхознадзора, цены на мясо, молоко подскочили, спрос опережает предложение. Предприниматели готовы заплатить сколько угодно, лишь бы поставили баранину. Но вырезать скот проще, чем нарастить поголовье. Овечка в год приносит максимум трех ягнят, 70 процентов молодняка — это бараны, а для воспроизводства нужны ярки. Пик формы овца, как и корова, достигает через пять лет. В деревне корова уходит из сарая один раз. Я на примере своего поселка скажу: у кого есть одна корова, может завести вторую, у кого две, может завести третью, но когда выводят со двора последнюю, снова в этом хлеву она уже не замычит. Люди найдут тысячу причин, чтобы не держать буренку, будут ездить на работу в город за 40 километров. И это нехорошая тенденция: в селах все меньше остается скота на подворьях и меньше людей, желающих жить с крестьянского труда. А сельхозпредприятия с их интенсивными технологиями и большими издержками вряд ли перекроют убыль в частном секторе. Нужно менять аграрную политику — возвращать человека в деревню.