Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
26 сентября 2014, источник: РИА Новости

Замминистр по делам Крыма: инвесторов пустим, но мост построим сами

О том, как планируется развивать экономику и инфраструктуру полуострова, и стоит ли продлевать для новых российских регионов переходный период, в интервью РИА Новости рассказал замминистра по делам Крыма Андрей Соколов.

В какие отрасли экономики Крыма готовы, несмотря на санкции, вкладываться западные компании? Почему мост через Керченский пролив будут строить российские компании, а рвущихся туда китайцев приглашать не спешат? О том, как планируется развивать экономику и инфраструктуру полуострова, и стоит ли продлевать для новых российских регионов переходный период, в интервью корреспонденту РИА Новости Виктору Лященко рассказал замминистра по делам Крыма Андрей Соколов.

Крым и находящийся на территории Крымского полуострова Севастополь стали российскими регионами после референдума в марте 2014 года, на котором более 96% проголосовавших высказались за выход из состава Украины и воссоединение с Россией. Ряд западных стран ввели против России санкции, обвинив ее в захвате Крыма и в поддержке самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик. Россия в ответ запретила ввоз из этих стран ряда товаров.

— Завершены ли проектно-изыскательные работы по переходу через Керченский пролив?

— Проектно-изыскательные работы в полном объеме будет завершены в следующем году. А что касается ввода в эксплуатацию объектов, как самого моста, так и всей подводящей инфраструктуры, то это 2018 год.

— Проезд через мост будет платным?

— Вопрос об оплате за проезд через мост не стоит. Он строится полностью за средства государственного бюджета Российской Федерации. Инвесторов привлекать не планируется.

— Получается, что инвесторы в этом проекте не нужны?

— Не то, чтобы они не нужны. Все намного сложнее. Очевидно, что крупные европейские и американские компании физически не смогут принять участие в реализации проекта, поскольку это формально запрещено из-за санкций, которые коснулись транспортного комплекса и инвестиций в Крым. Конечно, бюджетный способ дорогой, но с точки зрения стратегической составляющей, был признан самым удачным.

— А как с восточными партнерами? Ведь, к примеру, китайцы знают, как возводить и куда более масштабные мосты.

— Если мы говорим о китайских компаниях как о субподрядчиках при строительстве мостового перехода, то лучше мы будем отдавать столь крупные заказы российским компаниям. Это касается металлургов, строителей и прочих, кто так или иначе может быть причастен к этому проекту. Иностранные подрядчики будут привлекаться только в том случае, если мы не будем успевать справиться самостоятельно.

— Когда завершится оценка возможной окупаемости Керченского моста?

— Окупаемость может измеряться только в величинах, связанных с развитием крымской экономики и предприятий, а также социального благополучия крымчан. Я бы не стал в отношении моста рассуждать терминами коммерческого проекта, его строительство стратегически важно для России и полной интеграции полуострова в российское пространство. Это особенно актуально, учитывая не всегда дружелюбную политику украинских властей к крымчанам, которая уже проявилась в поставках днепровской воды, электроэнергии, продовольствия, то есть там, где крымский полуостров остается пока уязвим.

— Какую долю Крым внесет в этот проект?

— С финансовой стороны ничего. Для Крыма этот мост не будет стоить ни копейки, но мы задействуем местные предприятия. К примеру, рассматривался вариант сварки металлоконструкций на площадях судостроительных и судоремонтных предприятий, в том числе керченского завода «Залив».

— Продолжит ли начатые перевозки в Турцию аэропорт «Симферополь»?

— Международные рейсы пока прекращены. Не готов сказать, по какой причине, видимо, есть предостережения международных авиационных организаций. Но, тем не менее, аэропорт перегружен. Отсутствие международного сообщения не сказалось на темпах развития аэропорта. Количество рейсов увеличилось в разы с момента вступления Крыма в состав России. Аэропорту неважно — с точки зрения доходов и обслуживания — это международный рейс или нет.

— Как изменилась жизнь крымских портов после того, как Украина объявила об их международной изоляции?

— Работать портам стало сложнее, чем раньше. Целый ряд стран после санкций запретил своим судам заходить в крымские порты. Есть сложность в их загрузке, но мы рассчитываем в рамках федеральной целевой программы и схемы территориального планирования перегруппировать мощности и привлечь инвесторов в развитие портов. На сегодня из международных судов продолжает ходить только турецкий паром в Севастополь, остальные порты ничем подобным пока похвастаться не могут. Но тут важно понимать, что мы подразумеваем под иностранными судами. Вот если мы в Балаклаву приедем, так там стоят яхты под флагами всех стран мира.

— Конкретная площадка под строительство игорной зоны уже определена?

— Этот вопрос лежит в компетенции крымских властей. Мы готовы оказывать всяческое содействие, но в реализацию проекта не будет вложено ни копейки бюджетных средств, все будет строиться исключительно за счет инвесторов.

— Придут ли сюда западные инвесторы?

— Санкции и международная ситуация конечно накладывает суровый отпечаток, но вместе с тем, мы разговариваем и с европейскими компаниями, которые проявляют заинтересованность к работе в Крыму, потому что в вопросах экономики санкции — этот нонсенс. Италия, Корея, Китай, Германия, Чехия — инвесторов из многих стран интересуют различные сферы от автомобилестроения и туристическо-рекреационного комплекса до сельского хозяйства и энергетики. Вопрос санкций решаем, было бы желание и понимание, что этот проект имеет коммерческую перспективу.

— Отельеры предлагают не ждать строительства игорной зоны, а легализовать казино в крупных пятизвездочных отелях.

— Проект игорной зоны как специально отведенного участка территории возможен при наличии конкретного понятного якорного инвестора. Если такового нет, то браться за это смысла не имеет, что показывает горький опыт большинства российских игорных зон.

Моя личная точка зрения: необходимо установить порог инвестиций и тем, кто готов вкладывать средства в строительство крупных проектов на территории республики, с целью их окупаемости дать возможность приобретать лицензию на право ведения игорной деятельности. Думаю, так было бы правильно, чтобы автоматы не стояли на каждом углу, а туристы, имеющие деньги, потянулись в Крым.

— Пока, насколько я понимаю, крупных инвесторов нет?

— О существовании конкретного инвестора я, по крайней мере, не слышал.

— Каково состояние крымской инфраструктуры?

— Степень износа достигает почти 100%. В России такой катастрофической ситуации нет нигде. Четверть века здесь вообще ничего не делалось. Дороги, объекты жилищно-коммунального хозяйства, энергетики — все нужно реконструировать и переделывать. Невозможно жить в таких условиях, я не знаю, как это терпели крымчане. Только чтобы решить основные проблемы жилищно-коммунального комплекса, понадобится 65 миллиардов рублей. Если взять всю инфраструктуру, то таких оценок не проводилось.

— В каком сейчас состоянии инфраструктура и парк железнодорожных сетей Крыма?

— Состояние, честно говоря, оставляет желать лучшего. Правда, сегодня железнодорожные сети Крыма практически не задействованы. Если раньше железнодорожный транспорт был основным каналом поставок грузов и пассажирских перевозок с Украины и других стран, то теперь, по ряду политических причин, все сведено до минимума.

На полную мощность железнодорожные сети заработают после введения в эксплуатацию Керченского перехода. Пока окончательных решений насчет модернизации инфраструктуры, обновления парка вагонов и локомотивов не принято.

— Что предпринимается в вопросах энергетической независимости Крыма?

— Начнут строиться новые газовые электростанции мощностью свыше 880 мВт, что позволит обеспечить электроэнергией основную потребность Крыма. Пока речь идет о двух крупных электростанциях: одна в районе Симферополя, вторая — Севастополя. Вместе с тем, есть целый ряд частных инвесторов, которые заинтересованы строить небольшие станции в различных районах полуострова.

Кроме того, будет проложен подводный кабель с материковой части России и построены линии электропередачи.

— Как обстоят дела с водоснабжением Крыма?

— Разработан план первоочередных действий, ведется бурение скважин по месторождениям подземных вод. Нужд с питьевой водой возникнуть не должно, а к вопросам мелиорации мы планируем вернуться в декабре, когда будет ясность по запасам подземных вод и возможности их извлечения.

— Ведутся ли переговоры с Украиной о возобновлении поставок днепровской воды?

— Я лично не слышал о ведении таких переговоров. Поставки днепровской воды, как и грузов с Украины, экономически логичнее. Это правильный способ водоснабжения Крыма, но я бы на него ставку не делал. Мы не можем зависеть от настроения политических деятелей Украины.

— Стоит ли продлевать для Крыма переходной период, который заканчивается 1 января 2015 года?

— Выскажу личную точку зрения. Продлевать переходной период не стоит. Крым — это территория Российской Федерации, и чем быстрее он будет интегрирован в экономическое, финансовое, правовое пространство России, тем проще будет жить всем: как крымчанам, так и жителям других российских регионов. Местному населению необходимо более активно начать переоформлять все необходимые документы, включая перерегистрацию предприятий, переоформление документов на недвижимость и земельные участки. Не стоит следовать студенческому синдрому, когда все делается в последнюю очередь, ведь до окончания переходного периода осталось чуть больше трех месяцев.

— Каким видите российский Крым к концу 2020 года, после реализации ФЦП?

— Надеюсь, что Крым будет далеко не аутсайдером с точки зрения уровня социально-экономического развития среди других регионов России. Тот потенциал, который есть здесь, действительно уникальный, и мы обязаны его использовать. Крыму уготовлена участь сильного, образцового и самодостаточного региона России, без уязвимых мест, который способен ответить на любые угрозы.