Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
«Я привык жить взаперти». Что известно о Чарльзе МэнсонеУтром 20 ноября в калифорнийской тюрьме умер Чарльз Мэнсон, один из самых известных преступников XX века, который создал секту, совершавшую убийства по его указанию
7 августа 2015, источник: Газета.Ру, (новости источника)

Китай: колосс на глиняных ногах

Паника на Шанхайской бирже не должна оставлять никаких иллюзий — это не локальная проблема фондового рынка, это свидетельство накопившихся в китайской экономике дисбалансов. А лопающиеся пузыри несут хаос и разрушения мировым рынкам. «Газета.Ru» разбиралась, почему Китай ждет «жесткая посадка».

Источник: Reuters

На Шанхайской бирже затишье — индекс больше не падает. Запрет китайского правительства на продажу акций и открытие коротких позиций, вливание в рынок ликвидности (по некоторым оценкам на полтриллиона долларов), а также обязательство продавцов выкупить свои бумаги, дали результат. Впрочем, вернуться на потерянные позиции Shanghai Composite в ближайшее время вряд ли сможет, ведь упал он примерно на треть, снизив капитализацию биржи более чем на $3 трлн.

Что там произошло на самом деле можно только догадываться. Коммунистическое правительство жестко контролирует информационные потоки. Это порождает массу конспирологических теорий, например, о злонамеренном действии отдельных иностранных трейдеров. Так власти на днях заморозили счета Citadel Securities, входящей в группу американского хедж-фонда Citadel LLC.

Возможно, чиновники разберутся, кто именно нажал на спусковой крючок и вызвал обвал. Вполне вероятно, что этот человек уже найден и отвечает по всей строгости китайского закона. Но обрушение Шанхайской биржи, которое многие сравнивают с крахом на Уолл-стрит в 1929 году, для внимательных наблюдателей не стало сюрпризом.

Пузырь на рынке начал надуваться как раз летом прошлого года и делал это так стремительно, что вряд ли мог просуществовать долго. В июне 2014 года Shanghai Composite колебался в районе 2000 пунктов. Год спустя он превысил 5000 пунктов, а сейчас скорректировался лишь до 3700. Скачку способствовали действия китайских регуляторов. Они решили «помочь» местным компаниям рассчитаться с банковскими долгами, путем привлечения акционерного капитала. Второй элемент — это кампания по привлечению к биржевым торгам граждан, которым открыли доступ к торгам на заемные средства.

Долговые проблемы расшить так и не удалось. Официальных цифр оценки долгового бремени не существует, но консалтинговая компания McKinsey оценила его в $28 трлн. Это в несколько раз больше ВВП Китая, и в полтора раза превышает ВВП самой крупной в мире американской экономики.

Наиболее проблемными считаются долги муниципалитетов. Недавно Шэн Сунчэн, глава статистического департамента Народного банка Китая, совершенно неожиданно признал, что не полностью могут быть погашены облигационные займы на 2 трлн юаней (около $320 млрд).

Власти также не очень давно опубликовали уровень просроченных кредитов в банковской системе. Он невелик — 1,87%, но аналитики считают, что эту цифру надо увеличить в несколько раз, поскольку китайские чиновники традиционно занижают масштаб проблем, а проверить их невозможно.

Теперь в топку кредитных проблем добавятся еще и долги «уличных инвесторов», прогоревших из-за лопнувшего пузыря на Шанхайской бирже. А далее на очереди новые пузыри, которые лопнув, могут в принципе похоронить банковскую систему.

Китай в последние годы строил ударными темпами жилье, общественные здания, торговые центры, дороги, промышленные предприятия. Да так разошелся, что теперь целые города стоят пустыми. По подсчетам аналитиков, до 70 млн квартир в Китае не используются.

Между тем, на то, чтобы совершить эту «инвестицию», большинство занимало деньги в банке. Но ни продать, ни сдать эти квартиры нельзя. Зачастую новые города стоят в «чистом поле», до них трудно добираться, а рядом нет никакой работы. Жители мегаполисов туда не едут, а у китайца из провинции просто нет для этого денег. Количество непроданных объектов давит на рынок, который когда-то пользовался ажиотажным спросом, отмечает ВВС. В апреле этого года стоимость жилья в 70 крупнейших городах Китая упала на 6,1% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Падение цен идет восемь месяцев подряд.

Примерно такая же ситуация и в коммерческой недвижимости. По оценке компании CBRE, в Китае строят половину всех торговых центров в мире. На маленькие центры китайцы не размениваются и возводят преимущественно мегамоллы.

На строительный сектор приходится около 20% ВВП Китая. Всю эту гигантскую стройку обслуживает не менее гигантская промышленность.

«Производство цемента увеличилось на 2 млрд т, что сейчас, после прекращения строительства пустых многоквартирных зданий, неиспользуемых аэропортов, автотрасс и мостов без машин, бессмысленных высокоскоростных железнодорожных магистралей, в два-три раза превышает внутренние потребности. За последние три года Китай произвёл больше цемента, чем США за весь двадцатый век», — пишет американский политик и бизнесмен, основатель ресурса Contra Corner Дэвид Стокман.

Китай нарастил производство почти всех базовых промышленных товаров. Сталелитейных мощностей введено столько, что даже миллионы квадратных метров нового строительства и выпуск свыше двух десятков миллионов автомобилей (23,7 млн штук в прошлом году) не поглощает весь объем производства.

По прогнозу одного из лидеров металлургической отрасли ArcelorMittal, потребление стали в Китае в этом году составит около 730 млн тонн, а производство — 840 млн тонн. Из-за перепроизводства цены в Китае находятся на минимальном уровне за последние 20 лет, подсчитала China Iron & Steel Association. Излишки китайской стали идут на экспорт и не дают расти и мировым ценам.

В целом, стоимость основных биржевых товаров (металла, нефти и пр.) падает уже несколько лет, в том числе и из-за избытка мощностей в Поднебесной.

Сводный индекс Bloomberg Commodity последние пять лет практически все время находится в нисходящем тренде. С пикового значения в 352,6 пунктов показанного в 29 апреля 2011 года, он упал до 183,3 пунктов 4 августа 2015 года.

И это достаточно краткий обзор дисбалансов, сложившихся в китайской экономике, которая почти три десятка дет развивалась экстенсивным путем. Но уже несколько лет рост замедляется, хотя Нацбанк и правительство накачивают экономику деньгами, поскольку кризисы ликвидности стали случаться все чаще и чаще. Только с начала этого года денежные власти снижали ключевую ставку несколько раз — с 5,6% до 4,85% — а еще вынуждены были в два приема снизить для банков норму резервирования (с 20% до 18,5%).

Китайская экономика замедляется. Темпы роста ВВП упали с двузначных цифр до 7%. Экспорт не растет, импорт в этом году снизился на пятнадцать с лишним процентов. Индексы деловой активности остаются на низких уровнях. Уровень оплаты труда в мегаполисах почти сравнялся с восточноевропейским, а численность трудоспособного населения начала сокращаться. Конечно, официальная статистика будет вполне позитивной, но ей мало кто верит.

Переход от бесконечного раздувания промышленных секторов и строительства, к модели, ориентированной на внутреннее потребление, сектор услуг и рост благосостояния граждан, дается непросто. В такой модели важны не темпы роста ВВП, а его качество, поэтому экономисты и власти говорят о «новой норме» роста. Какой она будет, где остановится Поднебесная — на 6−7% или 3−4%, неизвестно.

На этом фоне аналитики бьют тревогу и опасаются, что лопнувшие пузыри и «жесткая посадка» китайской экономики, утянут за собой всю мировую экономику. Для России это критично возможным падением спроса на нефть и газ со стороны Поднебесной.

Но, вероятно, эти страхи не обоснованы. Китайские власти не боятся включать когда надо печатный станок, а также применять такие меры регулирования, которые ни в одной западной стране примерены быть не могут. Во-вторых, в недвижимости и коммерческих объектах закопаны в основном китайские деньги. В-третьих, замораживание избыточных мощностей производственных мощностей пойдет всем лишь на пользу, поскольку снизит предложение сырьевых товаров на рынке и поднимет цены. В-четвертых, нефть и газ — это одни из немногих ресурсов, которые Китай импортирует в больших объемах и значительно снизить объемы этого импорта он не может. Хотя многочисленны аналитики очень этого опасаются.

Но пока цены на энергоносители находятся на низком уровне, а автомобилизация уже произошла, это стимулирует спрос на топливо внутри Китая (продажи бензина и дизеля стабильно растут). Никуда не делась и задача перехода с угля на более чистые виды топлива, такие как газ.

Хотя, безусловно, на пути к новой норме, Китай, как слон в посудной лавке, уничтожит немало частных инвестиций, а биржевые спекулянты еще не один десяток миллиардов долларов. Главное, чтобы экономические бури не вызвали политическое цунами, предсказать финал которого не возьмется никто.

Автор: Петр Орехин