Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
7 июля 2016, источник: ИА REGNUM

Хабаровский край рискует остаться без рыбы: на реках орудуют браконьеры

Лососевая путина на рыбацком побережье Татарского пролива под угрозой — виной всему человеческий фактор. Коренные малочисленные народы страдают от «антибраконьерских» запретов.

Источник: AP 2016

Праздник первой горбуши, грандиозные проекты по созданию кластеров по глубокой переработке рыбы, искусственному разведению крабов и других морских биоресурсов, мелеющие нерестовые речки в дальневосточной тайге и возмущенные многочисленными запретами представители коренных малочисленных народов Севера — такими событиями ознаменовано начало лососевой путины — 2016 в Хабаровском крае, сообщает корреспондент ИА REGNUM.

Праздник первой горбуши, который уже несколько лет проходит в городе Советская Гавань, традиционно собирает рыбаков со всего Хабаровского края. Праздник невероятно яркий, с историческими реконструкциями, отражающий суть и характер рыбацкой Советской Гавани. Когда-то здесь работала крупнейшая в регионе База Океанического Рыболовства (БОР), оснащенная самым мощным в регионе флотом, дававшая работу нескольким тысячам горожан и снабжавшая рыбной продукцией все советские республики.

Период безвременья, в который погрузилась рыбная отрасль Советской Гавани после распада СССР, сегодня, похоже, подходит к концу. Здесь планируют искусственное разведение крабов, переработку рыбы. В ближайшее время территория станет площадкой для бизнес-диалога между Агентством инвестиций и развития Хабаровского края и городскими властями.

Впрочем, начало лососевой путины на рыбацком побережье Татарского пролива в Хабаровском крае радует далеко не всех.

В местной газете «Восход — Ванино» заведующий Советско-Гаванской лабораторией филиала Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра ТИНРО Олег Швейгер выразил крайнюю обеспокоенность состоянием нерестовых таежных речек.

Речь о введенных в 2015 году ограничениях на вылов горбуши в нерестовой реке Тумнин, имеющей важнейшее рыбохозяйственное значение. Ограничения жители таежных сел, которых река традиционно кормила, восприняли в штыки. Но в 2016-м ограничения стали еще более строгими.

«Это необходимые меры. Судите сами: лет 20 тому назад численность “урожайного” стада горбуши достигала 8−10 миллионов самцов и самок. В 2014 году в Тумнин пришло всего 1,5 миллиона. “Стараниями” браконьеров в 2015 году скатилось всего порядка 40 миллионов мальков. Это возврат не более 600−700 тысяч экземпляров взрослой горбуши», — утверждает Олег Швейгер.

Но вот дадут ли этой рыбе отнереститься — большой вопрос. Поскольку именно на нерестилищах идет массовая браконьерская заготовка икры.

Между тем, не только браконьеры наносят непоправимый вред таежным речкам. Еще один фактор — хозяйственная деятельность человека.

«Вырубка лесов, прокладка дорог в верховьях к местам нерестилищ приводят к сокращению миграционных путей рыб, — убежден Олег Швейгер. — Когда-то в таежную реку Улику заходило до 800 тысяч особей горбуши. В 2014 году вернулись только 3,5 тысячи. После дождей по рекам идут селевые потоки, лесную подстилку перемолотили гусеницами, осталась сплошная глина. После дождей вся грязь стекает в реку, по нерестилищам лосося, что, естественно, сказывается на условиях выживания и воспроизводства рыб. Мох, кустарник как губка впитывали влагу и постепенно отдавали в реки. Старожилы помнят, какими полноводными были реки в нашей тайге. По реке Тумнин баржи ходили, катера! А сейчас в низкую воду не всегда моторная лодка пройдет».

Выпиливание лесов по берегам рек приводит к повышению температуры воды. Пойменные леса являются терморегулятором, они поддерживают уровень воды в реках. Сейчас, когда деревья вырублены, реки мелеют и сильно прогреваются. А лососи являются холодолюбивыми видами. Если раньше температура в реке Тумнин в период нереста была 16−17 градусов, то теперь поднимается до 20−23. В 2008 году отмечалась массовая гибель крупного тайменя из-за высокой температуры.

По мнению Олега Швейгера для того, чтобы сохранить и максимально преумножить стадо лосося, необходимо максимально скоординировать действия рыбоохраны, лесозаготовителей и рыбодобывающих предприятий. Все таежные реки на побережье Татарского пролива являются инкубаторами для лосося. Об этом никто не должен забывать.

Между тем, ограничениями на вылов лосося крайне недовольны представители коренных малочисленных народов Севера. Аборигены дальневосточной тайги убеждены, что Приказ Минсельхоза России от 19.04.2016 «О внесении изменений в правила Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна» практически приравнял их к промышленникам, запретив использование сетей и промысловых судов.

Об этом на официальном сайте Центра Содействия коренным малочисленным народам Севера сообщила председатель Совета уполномоченных представителей КМНС в Советско-Гаванском районе Хабаровского края Елена Коноплянко: «Согласно новым правилам, представители КМНС не могут использовать ни лодки, вместимостью 1 человек, ни даже надувные матрасы. Раньше подобные ограничения касались только промыслового флота. То же и с сетями. Их нам использовать нельзя с 1 мая по 30 сентября. А ведь у нас, в районах, приравненных к Крайнему Северу, до 1 мая еще стоит лед, а в октябре уже заморозки! При этом, для спортивно-любительского рыболовства подобные запреты не установлены».

Елена Коноплянко выразила убеждение, что подобные действия «нарушают Конституцию и законодательство РФ, и существенно ухудшают условия жизни коренных малочисленных народов Севера».

«Но Минсельхозу и Росрыболовству Конституция Российской Федерации уже давно не указ. В отношении коренных малочисленных народов она не действует. Новые запреты и ограничения, меняющие жизнь наших народов опять внесены без каких-либо общественных обсуждений, не имеют под собой никаких научных и иных обоснований, а просто потому, что чиновникам данных ведомств, испытывающим острую неприязнь к коренным малочисленным народам, так захотелось», — резюмирует Елена Коноплянко.

В 2016 году государственный контроль на реках значительно усилен. Инспекторов рыбоохраны очень трудно застать в офисе — они неделями пропадают на реках, в тайге. Но в территориальном отделе рыбоохраны, например, Ванинского района, работают всего 4 человека. А территория — от отдаленной бухты Сизиман до таежного поселка Высокогорный — размером со среднее европейское государство. При таком раскладе браконьерские бригады еще долго будут чувствовать себя вполне комфортно на таежных нерестилищах, а страдать от «антибраконьерских» запретов будут коренные жители дальневосточной тайги. Да еще, пожалуй, бюджеты рыбацких регионов, ежегодно теряющие из-за браконьеров внушительные суммы.

Пока ни одного комментария, будьте первым!
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
, вы можете комментировать еще  дней
, вы можете комментировать еще  дней
31 деньподписки за59рублей
Оплатите подписку, чтобы читать все комментарии и участвовать в обсуждении новостей