Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
16 февраля 2017, источник: "Российская газета", (новости источника)

Уральский проект промкооперации признали лучшим в стране

Лозунг «Выбирай местное!» очень популярен на потребительском рынке, но, оказывается, «голосовать рублем» можно не только за колбасу.

Проект производственной кооперации в рамках одного города, реализованный в Каменске-Уральском, занял первое место в конкурсе лучших муниципальных практик Всероссийского совета местного самоуправления. Также он вошел в шорт-лист конкурса АСИ и рекомендован к тиражированию по всей стране.

Каменск-Уральский — типичный старопромышленный центр. В начале нулевых город активно развивался, в основном за счет экспорта продукции. Кризис 2008—2009 годов резко все обвалил: товарооборот упал на 40 процентов, безработица, в том числе скрытая, превысила 10 процентов.

Чтобы избежать коллапса, совет директоров крупных предприятий собирался почти ежедневно. Не допустили ни остановок производства, ни забастовок. Более того, администрации удалось в числе первых добиться для Каменска-Уральского статуса моногорода.

— Я был тогда заместителем главы по развитию и инвестициям, — вспоминает Владимир Воронов, вице-президент Уральской торгово-промышленной палаты (ТПП), руководитель ее Каменск-Уральского филиала. — Правительство РФ выделило 150 миллионов рублей на развитие малого и среднего бизнеса (МСБ). Мы разработали программу и показали предпринимателям, где в экономике имеются «белые пятна». Буквально за несколько лет удалось увеличить долю малых предприятий в экономике с 23 до 36 процентов. По оценке федеральных властей, это самая большая отдача от господдержки в моногородах.

На первые два лота заказчиков пришлось чуть ли не уговаривать. Сейчас в проекте задействовано семь крупных предприятий и порядка 70 малых.

Но к 2014 году ресурс экстенсивного развития был исчерпан, а бизнес вновь начал задыхаться — уже на волне нового кризиса. Тогда родилась идея выстроить кооперационные цепочки прямо внутри Каменска. Полгода ушло на создание «дорожной карты». Владимир Воронов как координатор пилотного проекта вместе с заместителем главы города Светланой Жуковой объехали все крупные предприятия — знакомили с руководством малых и средних предпринимателей, которые хотели сотрудничать.

— Пришли в кабинет директора. С одной стороны, представители коммерческих служб завода, с другой — малый бизнес. Шел прямой острый разговор. В итоге директор взял список компаний и пообещал, что при прочих равных условиях будет отдавать им предпочтение на конкурсах. Взамен требуется качество продукции — выше, чем предлагают иногородние поставщики, — рассказывает Воронов.

На первые два лота на сумму 40 миллионов рублей заказчиков пришлось чуть ли не уговаривать. Сейчас в проекте задействовано семь крупных предприятий: трубный, алюминиевый, металлургический, литейный заводы, ПО «Октябрь», «Каменскстальконструкция», УПКБ «Деталь» и «Уралэлектромаш» (по линии гражданского производства). И порядка 70 малых поставщиков. По итогам 2015 года их совокупный товарооборот составил около двух миллиардов рублей.

В полной мере назвать каменский проект экономическим сложно, скорее, он социально-экономический: директора заводов — в основном люди старой закалки с высокой социальной ответственностью. Но и более молодые тоже болеют душой за малую родину. Город небольшой — 170 тысяч населения, многие контрагенты когда-то в детсад вместе ходили.

Биография Андрея Петрова, руководителя ассоциации машиностроителей Каменска-Уральского, типична для местного предпринимателя. По образованию — инженер, прошел путь от слесаря до начальника цеха. В 2007-м подался в бизнес. Взял в аренду бывшую автобазу и станок, нанял двоих рабочих.

Сегодня Петров — совладелец той самой автобазы, превратившейся в промплощадку. У него в подчинении 50 человек, причем штат пришлось увеличить на треть, когда включились в кооперацию.

— Мы поставляли продукцию крупному бизнесу и раньше, но процесс активизировался, когда стартовал проект. Только на трубный завод отправляем примерно 100 товарных позиций. Заказывают и простые изделия, и сложные. Связи с традиционными поставщиками из Екатеринбурга, Челябинска, Магнитогорска они не рвут, просто реструктуризируют свои проекты: неглобальные заказы, для исполнения которых не требуется уникальное оборудование, уходят МСБ. К примеру, малую механизацию мы практически всю на себя перевели. На торгах наши предложения выглядят интереснее, потому что издержки меньше, не нужно заводоуправление в 3−4 этажа содержать, — рассуждает Андрей Петров.

— И вам так легко сдают позиции?

— Я бы не сказал. Конкуренция есть, — смеется он.

— А как же откаты на тендерах? На уровне снабженца. Не секрет, что контракты зачастую завязаны на личных отношениях…

— У нас система конкурсов организована так, что просто исключает подобные злоупотребления.

Внешне схема местной кооперации напоминает систему закупок по 44-ФЗ, только без юридического оформления: ТПП составляет списки потенциальных заказчиков и поставщиков, планируют даже вести реестр благонадежных партнеров. Участники проекта не скрывают, что именно палата является здесь главной движущей силой, сделки нередко заключаются под личный авторитет ее президента. Убери это звено — кооперация не застопорится, но развиваться не будет. Понимая это, решили разделить риски и создать несколько отраслевых ассоциаций. Процесс идет туговато: вроде и хотят предприниматели, чтобы кто-то бился за них на всех уровнях, но взносы платить не готовы. Соглашаются, только когда узнают, что все работают на общественных началах.

На начальном этапе претензии заказчиков в основном касались качества продукции и стабильности поставок. Малый бизнес, в свою очередь, жаловался на отсрочки оплаты в 60−90 дней.

— Объединения позволят товаропроизводителям, во-первых, узнать друг о друге. Те же упаковочные материалы раньше везли из Екатеринбурга, хотя у нас в городе есть аналогичное производство. Во-вторых, станет проще взаимодействовать с властью и заказчиками под эгидой ТПП, — считает Андрей Петров. — Мы хотим через ассоциацию донести мысль, что не бывает закрытых наглухо дверей, есть корпоративная политика закупок. Через нас можно узнать, как заказчик оценивает поставщиков, есть ли у него уполномоченное лицо, к которому можно обратиться со своим продуктом и потом с него спросить, сколько было обращений от МСБ и сколько контрактов заключено. Зачастую малый предприниматель — хороший технарь, но управленец пока еще не очень, с сайтами ему сложнее работать, чем уникальную деталь выточить.

На начальном этапе сотрудничества претензии заказчиков в основном касались качества продукции и стабильности поставок. Как правило, промышленный стартап — это одна-две единицы основного оборудования. Встал один станок — и контракт сорван. Малый бизнес, в свою очередь, жалуется на отсрочки оплаты в 60−90 дней. Особенно остро предприниматели это почувствовали после ввода санкций. Заказчики ссылаются на то, что им тоже контрагенты не платят вовремя, но если гигант задержку 100 тысяч рублей может просто не заметить, то для малого предприятия это равносильно смерти.

— Когда мы презентовали проект кооперации областному руководству, просили: помогите МСБ с кассовыми разрывами. На последней рабочей группе министерства инвестиций и развития звучало предложение выдавать деньги на эти цели под гарантии контракта из регионального Фонда поддержки предпринимательства. Есть еще вариант факторинга, но крупные заводы не хотят портить финансовые показатели, а эта схема ведет к удорожанию, — раскрывает детали Владимир Воронов.

Между тем в ноябре-декабре 2016 года члены рабочей группы объехали 10 территорий Свердловской области, отобрали пять, где решено внедрить опыт Каменска-Уральского. Рассказывали честно обо всех плюсах и минусах, чтобы бизнес осознанно мог принять решение. Также, по мнению каменцев, важна позиция главы муниципалитета. Если он лично общается с директорами крупных предприятий и те видят, что власть и малый бизнес работают вместе, отношение совсем другое.

Комментарии

Александр Кукарин, глава ассоциации малых строительных компаний Каменска-Уральского:

— Крупные строительные фирмы в нашем городе закрылись, вместо них пришли корпорации из Челябинска, Екатеринбурга. Наша задача — договориться с ними, чтобы не уничтожили малый бизнес, не везли на субподряд своих, а на 30−40 процентов использовали местных подрядчиков. В принципе, получается. В нашей ассоциации уже 27 членов. Внутригородская кооперация позволила прорвать «оборону среднего менеджмента». Я лично задавал вопрос директорам, что будет, если сделки начнут тормозить их службы. Ответили: вплоть до увольнения или понижения в должности. А тут у нас особо некуда уходить. Другой вопрос, почему иногда дешевле привезти товар или бригаду из Челябинска? Надо стимулировать развитие конкуренции, снижать издержки.

С точки зрения муниципалитета кооперация — это способ наполнить бюджет налогами. Раньше индустриальные гиганты налоги платили здесь, а сейчас они в составе холдингов и деньги поступают в центр. Средний бизнес перерегистрируется в Курганской области, так как там налоговая служба действует менее жестко. За пять лет Каменск-Уральский потерял более 100 предприятий, уменьшается налоговая база. Откуда возьмутся красивые дороги, освещение, хорошие зарплаты? Выживать легче вместе.

Сергей Разгоняев, заместитель генерального директора завода «Уралэлектромаш»:

— У нас все больше местных партнеров из числа МСБ. Как минимум смотрим, есть ли сертификат ИСО 2001, системы приемки сырья, поверки инструмента, обучения персонала, позволяет ли оборудование изготавливать детали нужной точности. Выигрываем прежде всего в сроках: все в шаговой доступности, провести аудит или проконтролировать исполнение заказа просто — достаточно пешком пройтись. Работаем сразу с несколькими взаимозаменяемыми поставщиками, «чтобы не расслаблялись». Для крупного предприятия главное, когда контракт выполняется вовремя и качественно. Конкретно наше предприятие отсрочки не практикует. Принял заказ ОТК — документы ушли на оплату.