Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
27 ноября 2017, источник: "Российская газета", (новости источника)

Судьба самого высокого недостроя страны взволновала жителей Урала

Телебашня в Екатеринбурге — пожалуй, самый знаменитый недострой страны. Она начала расти в 80-х, обещая стать второй по высоте после Останкинской. Но СССР уже распадался, стройку заморозили, в 1991-м она остановилась окончательно.

Источник: "Российская газета"

Одновременно с ней стартовавшая башня CN Tower в Торонто давно изумляет мир и дает городу изрядный доход от проданных туристам билетов и ресторанов, расположенных на высоте птичьего полета. На башне в Екатеринбурге тренировались скалолазы, укрепляли дух авантюристы, на ней снято несколько фильмов. Даже и в таком виде она стала одним из символов уральской столицы, без нее уже трудно себе представить городской пейзаж.

На пороге тысячелетий Екатеринбург рванул ввысь, стал городом небоскребов, в нем проявился уникальный силуэт — то, что в мире зовут skyline, немногие мегаполисы страны могут похвастаться таким. Башня и тут заняла главенствующие высоты. 11 лет назад правительство РФ приняло решение о ее реконструкции, но оно осталось на бумаге. Затем ее передали из федеральной в городскую собственность, и на башню появились далекоидущие планы. Объявили конкурс проектов реконструкции. Телевидению она была уже не нужна, но бетонный стержень, уходящий далеко в небо, мог стать основой для дерзких фантазий.

Легенда уральского рока композитор Александр Пантыкин вынашивал идею создания на ее основе музыкального центра с концертными залами. Ее хотели видеть в центре рекреационного парка в качестве высотного аттракциона с канатными дорогами для обозрения окрестностей. Она могла стать символическим «Глобальным маяком» в интерактивном научно-промышленном образовательном центре. На десятках фантазийных проектов она сияла в ночном городе, как космический корабль пришельцев, интригуя и восхищая. Предлагалось даже создать здесь храм необычной формы — опять же с залом для соборов и концертов.

Как утверждает мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, высокопрочный бетон, из которого строили башню, не утратил своих характеристик, — осталось привести ее в порядок.

Башня не менее ценный памятник ушедших веков, чем купеческие усадьбы, за которые не утихает борьба.

Но земля мегаполиса дорогая, и, кажется, побеждают люди без фантазии, но с запросами. Они придумали самое простое: снести то, что строили предки, и на этом месте возвести банальный, но доходный спорткомплекс. Решение вызвало массовые протесты екатеринбуржцев, привыкших считать башню одной из фирменных достопримечательностей города. Эдуард Россель, экс-губернатор области, выступил против сноса: «Там можно сделать хороший культурный центр — новый пункт притяжения для горожан, для молодежи» — цитирует его «Областная газета». Союз архитекторов России решительно поддержал проект превращения башни в глобальный евразийский маяк — самый высокий в мире сухопутный маяк, уникальный для страны туристический объект, еще один важный аргумент в пользу проведения в России ЭКСПО-2025.

Но пока прагматикам удается подавить романтиков: 220-метровую бетонную башню решено обрушить направленным взрывом. А здесь новые тревоги: как заявил в интервью порталу ZNAK член-корреспондент Российской инженерной академии Сергей Шматков, есть серьезный риск для окружающих зданий — отелей, высотного бизнес-центра, цирка, линии метро. Доктор технических наук Анатолий Сашурин напоминает, что башня стоит в зоне тектонических нарушений, и эффект от взрыва непредсказуем. Но, как гласит поговорка, ломать — не строить, и авторы идеи торопятся: надо сделать процесс необратимым, и непоправимое может случиться каждый день. По мнению доктора архитектуры, академика Андрея Бокова, «уничтожение этой башни — акт бессилия, слабости, акт несправедливого отношения к людям, которые ее построили» (портал ZNAK).

«Меня тревожит вопрос безопасности, — говорит инженер Юрий Цыбин, живущий в многоквартирном доме невдалеке. — Ведь мы не слышали ни одного аргументированного мнения экспертов, определивших ее реальную прочность. Все строится на эмоциях. Конечно, вид неухоженного пустыря в центре города вселяет уныние, но идея создать здесь огромный ледовый дворец вызывает сомнения: рядом и так есть два спортивных зала, но нет подъездных путей — транспортный коллапс обеспечен»…

Иное мнение у губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева. «Это действительно символ Екатеринбурга, но надо смотреть объективно — три десятка лет в центре города, который будет претендовать на проведение всемирной выставки ЭКСПО, стоит гигантская недостроенная башня с ржавой арматурой вместо макушки. С точки зрения инженерно-технического потенциала она исчерпала себя, и если никаких решений не принимать, то в конце концов она может нанести серьезный урон. Необходимо вовлекать эту территорию в городскую жизнь: иметь в центре пустырь — не есть хорошо».

Мы приводим на этот счет разные мнения — и руководителей региона, и творцов, и горожан. Но вот еще один ракурс: речь идет о сохранении исторического наследия. Башня — не менее ценный памятник ушедших веков, чем купеческие усадьбы, за которые не утихает борьба. В нее вложены труд и мечты предыдущих поколений. Да, все застряло на полдороге, зато город имеет основу для чего-то еще не бывалого. Башня теперь городская собственность, но остается объектом федерального значения: страна могла бы получить такой же символ эпохи, как во Франции — Эйфелева башня, в Канаде — CN Tower, в ОАЭ — башня Бурдж Халифа. Нет денег на фантазию сейчас — может, подождать до лучших времен? Ведь ждал до нового века район развалюшек в центре — зато появился высотный Екатеринбург-сити, которым любуется вся страна! Взлет застрял на полдороге — неужто мы столь малодушны, чтобы обрушить мечту, каркас которой уже — реальность?

…Недавно явилась еще одна идея: вырастить из башни огромный светящийся в ночи одуванчик с обзорной площадкой наверху. Коммуникационное агентство TigerTiger надеется, что Екатеринбург обзаведется таким же привлекательным для туристов объектом, как падающая башня в Пизе. Если вдуматься, от отцов и дедов городу досталось сущее сокровище, и предполагаемое его уничтожение иначе как вандализмом не назовешь.