Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
30 марта 2010, источник: Вести.Ru

В росте цен на фрукты и овощи виноваты холодные зимние месяцы

Показатели Росстата по инфляции указывают на то, что за март месяц рост потребительских цен составит около 0.7%. При этом, главный вклад в инфляционное давление вносит продовольственный сегмент. Месячная прибавка по нему — 1.1%. Часть экспертов заявляет, что удорожание сельхозпродукции вызвано не только внутрироссийскими причинами, но и своеобразным импортом продовольственной инфляции из-за рубежа. Так ли это? Выяснял экономический обозреватель радио «Вести ФМ» Сергей Артемов.

Артемов: Общий темп роста цен на продовольствие в России с начала года превысил 4%. С чем можно сравнивать эти данные? К примеру, в ЕС продукты подорожали за тот же период лишь на 0.7%. Кстати, самый высокий скачок отмечен в цене фруктов и овощей. Дорожали они и у нас — от 6 до 17%, и в Европе — правда, не так сильно — от 2 до 9%. Виной тому, по мнению директора Института конъюнктуры Аграрного рынка Дмитрия Рылько, холодные зимние месяцы:

Рылько: В таких случаях, как правило, происходят сбои в цепочке поставки продукции. Это связано с плохим техническим оснащением предприятий переработки и хранения. Как только температура уходит за отметку ниже нуля, то картофель, капусту и другие товары сложно довезти до рынков крупных городов.

Артемов: Вместе с тем, отмечают эксперты, продовольственная инфляция — вещь обыденная для современной экономики. Главное, чтобы рост цен не был стремительным. Одним из глобальных факторов удорожания продовольствия стал рост доходов в Китае и, в меньшей степени, в Индии. Десятки миллионов людей в этих странах теперь пьют молоко и едят мясо. Чтобы прокормить скот, требуются новые площади под корма. В итоге дорожают кукуруза, пшеница и рис. Дмитрий Рылько полагает, что такая связь верна, однако сказывается в статистике десятилетий, а не отдельных месяцев:

Рылько: Текущая ситуация носит конъюнктурный характер. У нас цены на зерно — на пшеницу и рис, основные продукты в этих странах, — в последнее время стагнируют и даже падают, несмотря на то, что Китай и Индия действительно стали больше есть эти продукты.

Артемов: Баланс роста цен и доступности продуктов давно достигнут в Европе и США. И достигнут не только трудом крестьян и фермеров, но и стабильностью остальных составляющих цены. В России характерный пример — хлеб. Еще не забылись осенние рапорты об очередном рекордном урожае, но в марте хлеб подорожал в среднем на полпроцента, говорит Дмитрий Рылько:

Рылько: Цены на хлеб и муку имеют мало общего с динамикой цен на зерно — в булке хлеба, которую мы покупаем, доля зерна от силы 20%. Остальное — цены на этапах поставки, за транспортировку, упаковку, рабочую силу, электричество, наем помещения… Наши цены на хлеб растут, к сожалению, постоянно.

Артемов: Между тем, мучные и зерновые продукты — одни из немногих, где большая часть рынка принадлежит российскому производителю. И регулирование цен еще возможно внутри страны. В остальных категориях доля импорта растет.

Рылько: Доля импорта за последние три месяца стала увеличиваться. Связано это с укреплением курса рубля. Когда он укрепляется, импортное продовольствие становится более конкурентоспособным на отечественном рынке.

Аретмов: Разумеется, торговые фирмы закупят продукты для нас не только на Западе. Но везде, где они будут дешевле российских. Это основное условие выгодного бизнеса. Качество — разговор из другой области. Возвращаясь же к экономике, заметим, что устойчивых стимулов и механизмов для развития собственного сельского хозяйства в России за последние годы так и не сложилось. Динамика продовольственной инфляции тому наглядный пример.