Ульяновская область подписала межрегиональное соглашение о взаимодействии в целях развития производства товаров для детей. Главы вступивших в кооперацию регионов Приволжья (а это кроме Ульяновской Кировская и Нижегородская области, Республика Башкортостан) рассчитывают на действенную поддержку местных фабрик, столкнувшихся с системными проблемами.
Приволжский парадокс.
По данным Ассоциации предприятий индустрии детских товаров (АИДТ), общий оборот рынка детских игрушек по итогам прошлого года увеличился на 15 процентов и достиг 2,1 триллиона рублей. Однако доля российских товаров на этом растущем рынке составляет лишь треть. А если говорить о выпуске игрушек, то доля отечественных производителей и вовсе сжимается до сиротских 10 процентов. Кажется, наших мастеров недвусмысленно выдворяют за пределы детской комнаты.
ПФО всегда считался мощным гнездом «детской» индустрии — здесь выпускают больше 17 процентов всей российской продукции для детей. И вдруг в начале года доходы местных фабрик просели почти на 8,6 процента. Пока соседи на Урале и в Центре подсчитывают прибыль, поволжские производители вынуждены терпеть убытки.
«Прежние модели развития за счет инерции потребительского спроса полностью исчерпаны, — комментирует ситуацию доцент департамента налогов и налогового администрирования Финансового университета при Правительстве РФ Надежда Капустина. — В то время как Центральный и Уральский округа демонстрируют уверенный рост за счет ранней синхронизации работы заводов, ретейла и образовательных учреждений, Поволжье начало терять позиции. Фабрики округа слишком долго пытались выживать в одиночку».
Именно поэтому Ульяновску приходится экстренно входить в режим межрегиональной кооперации, чтобы не остаться на обочине рынка.
Издержки одолели.
Детский рынок неоднороден. Игры и игрушки занимают лишь четверть объема. Больше половины — одежда, а еще 12 процентов приходится на детскую мебель. И сегодня все эти цеха в ПФО находятся в одинаковом экономическом нокдауне. Они зажаты между высокой себестоимостью безопасного сырья и кошельками родителей, включивших режим жесткой экономии.
В Поволжье исторически сильна швейная и мебельная школа — вспомнить тех же ульяновских производителей «Клюква», «Утенок» или «Колибри». Местные фабрики шьют распашонки из сертифицированного гипоаллергенного хлопка. А на маркетплейсах при этом торгуют непонятным азиатским трикотажем по цене ветоши. И что выберет экономная мама?
С игрушками и мебелью история еще жестче. Российский завод по закону обязан делать машинки и кроватки из сырья пищевого или медицинского уровня. Это уже влетает в копеечку. Наши заводы проверяют вдоль и поперек Роспотребнадзор с Минпромторгом. А вот из чего пошит плюшевый мишка, прилетевший из какой-нибудь зарубежной восточной провинции и какие «опилки» у него внутри, не знает даже он сам.
Виртуальные подножки.
Даже если российская компания умудрится впихнуть высокое качество в рамки конкурентной цены, ее ждет главный экзамен — маркетплейсы. А здесь — игра в одни ворота для всей российской промышленности.
Иностранная компания регистрируется на отечественной онлайн-платформе как зарубежный продавец. Для нее и комиссия ниже, ей не нужно возиться с обязательной цифровой маркировкой, она не платит наш НДС и ввозную пошлину. Все оформляется как «трансграничная торговля напрямую конечному потребителю». Это сразу минус 30 процентов от стоимости товара, которые российская фабрика обязана отдать государству, а иностранный гость оставляет себе.
В итоге интернет-витрины завалены дешевым импортом, а поисковые алгоритмы выводят в топ выдачи кого угодно, кроме отечественных фабрик. Чтобы докопаться до ульяновского самосвала или вятской куклы, папе с мамой нужно пролистать тридцать страниц поисковой выдачи. У региональных брендов просто нет миллиардов для выкупа первых строчек.
Кировский рецепт.
О том, как должна выглядеть реальная, а не бумажная помощь, говорит опыт соседа по округу — Кировской области. Там вовремя поняли, что отбиваться от импортного катка в одиночку — дело гиблое.
В Кирове еще в прошлом году создали полноценный промышленный кластер индустрии детских товаров, связав в одну цепочку поставщиков материалов и флагмана рынка — предприятие «Весна». Чиновники рапортуют о красивых цифрах: за пару лет объемы отгрузок в области подскочили с 4,6 млрд рублей в 2021 году до 6,6 млрд рублей в 2025-м, а участники кластера легально срезали страховые взносы до 7,6 процента и получили субсидии на сырье.
Правда, растущие объемы упираются в жесточайший кадровый голод — швей и наладчиков оборудования на поволжские зарплаты найти все труднее. Вторая беда — санкционный тупик. Станки-то на фабриках стоят импортные, и запчастей к ним взять неоткуда. Собственно, именно поэтому кировчане сейчас вынуждены экстренно запускать три инвестпроекта на 78 млн рублей, чтобы попытаться с нуля создать производство собственных комплектующих.
Как заявляла в своем выступлении на стратегической дискуссии Конгресса индустрии детских товаров генеральный директор кировской фабрики кукол Ольга Доротюк, отечественному производителю сейчас жизненно необходимы подготовка товара к цифровой продаже, гарантированный доступ к интернет-трафику и медийная поддержка на федеральном уровне. Такие программы помощи должны быть доступны не только гигантам рынка, иначе самобытные региональные производители просто исчезнут с прилавков.
Куда ведет соглашение?
Крупнейший ульяновский производитель пластмассовых игрушек «Полесье-ДГ» из Димитровграда обкатывает новую схему — их погремушки теперь официально входят в состав бюджетного «Подарка новорожденному», который вручают ульяновским мамам в роддомах. Опыт взят из столицы федерального округа.
«Нижегородская область показала, как они поддерживают отечественных производителей: обеспечивают социальные образовательные учреждения приоритетно товарами собственного производства. Но если таких товаров в регионе нет, они привлекают производителей из других субъектов. Мы как лидер среди производителей детских игрушек из пластмассы искренне рассчитываем, что будем активно поставлять продукцию в детские сады не только Ульяновской области, но и соседних регионов», — рассказал руководитель димитровградской фабрики Вячеслав Гнутов.
Следующим шагом, по мнению директора казанского института социально-системного проектирования «РИТОР» Бориса Селецкого, должно стать создание единого логистического центра для детских товаров всего ПФО.
«Мы часто наблюдаем, как разрозненные усилия отдельных регионов неэффективны. А межрегиональная кооперация позволяет объединить закупки, обмениваться технологиями, совместно лоббировать интересы. Важно, чтобы за подписью последовала реальная работа — например, создание общего для ПФО распределительного центра или проведение единых тендеров для социальных учреждений. Это то, что, по моему убеждению, способно дать быстрый экономический эффект», — уверен эксперт.
Но главный спасательный круг, ожидаемый бизнесом, — федеральный законопроект о «российской полке». Инициатива должна на законодательном уровне принудить маркетплейсы и крупные торговые сети отдавать первые ряды в залах и первые строчки в поиске интернет-сайтов отечественным товарам.
Индустрию ПФО ждет жесткое расслоение. Те регионы, которые успеют объединиться в промышленные союзы, выплывут за счет гарантированного госзаказа. Те же, кто продолжит гордо выживать в одиночку, через пару лет просто закроют свои цеха и растеряют мастеров. Если нашим фабрикам удастся вернуть хотя бы еще 10 процентов родного рынка, поволжская индустрия детства моментально удвоит свои обороты. И тогда в эти взрослые игры снова станет приятно играть.
