Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
22 января 2014, источник: Naviny.by

Анестезиолог Юлии Кубаревой просил сестру-анестезиста не говорить об остановке сердца у пациентки

Анестезиолог Александр Шуров, обвиняемый по делу о смерти пациентки «Экомедсервиса» Юлии Кубаревой, как минимум дважды просил сестру-анестезиста Ирину Немухину не говорить об остановке сердца у пациентки и проведении реанимационных мероприятий во время операции 26 марта 2013 года.

Это стало известно из повторного допроса Немухиной в суде Октябрьского района Минска 22 января, передает БелаПАН.

Проведение допроса было вызвано противоречиями в показаниях сестры-анестезиста в ходе следствия. Отвечая на вопросы гособвинителя, адвоката потерпевших и адвокатов обвиняемых, Немухина заявила, что первый раз Шуров обратился к ней с просьбой не распространяться о ходе операции после ее проведения 26 марта. Второй — перед взятием объяснений следователем у операционной бригады, которое проходило в центре. Та беседа состоялась без адвоката. На первом же допросе уже в статусе подозреваемой 3 мая 2013 года Немухина придерживалась предыдущих показаний. Это обстоятельство удивило судью Аллу Абакунчик: как можно было придерживаться договоренностей с Шуровым, будучи в статусе подозреваемой?

На следующих допросах Немухина уже говорила о том, что в ходе операции произошла остановка сердца у пациентки, что ее лицо было синюшного цвета, что проводилась реанимация — ею и Шуровым, что она бегала к инженеру, чтобы выяснить, почему в центральной системе нет кислорода.

Согласно показаниям сестры-анестизиста, данным на первом допросе, во время операции из операционной никто не выходил. Немухина также изменила свои первоначальные показания относительно времени, когда она покидала операционную. Сначала заявляла, что во время проведения реанимационных мероприятий Кубаревой, затем — уже после них. И на этих показаниях свидетель сейчас настаивает. Данные обстоятельства, по словам Немухиной, она перепутала из-за стресса, поскольку в ее медицинской практике случай с Кубаревой первый.

В ходе сегодняшнего допроса Немухина категорично заявила, что при ней аппарат ИВЛ сигнализировал о техническом сбое один раз и операция завершалась с использованием именно этого аппарата (о том, что в соседней комнате находился другой аппарат, все забыли). Однако по заключению экспертов, обследовавших аппарат позже, данные его винчестера показали, что сбоя было три.

В 18.47 оборудование отключилось, а операция, как заявляют обвиняемый Шуров и свидетели, продолжалась дальше. Объяснить это Немухина не смогла. При этом она не исключает, что операция проводилась на неработающем аппарате.

В ходе допроса судья сняла вопрос защиты обвиняемых к Немухиной о том, почему, будучи в стрессовом состоянии после операции, понимая, что она прошла с осложнениями, сестра попыталась удалить родственников Кубаревой из медцентра, а не предложила им поговорить с врачом.