Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
8 апреля 2015, источник: Ежедневник.by

Прокурор запросил для Галины Гришковец восемь лет колонии

В судебном деле о коррупции в Министерстве юстиции закончились прения. Гособвинитель затребовал для двух чиновниц сроки в колонии общего режима. Однако защита Галины Гришковец категорически не согласна с обвинением во взяточничестве.

Источник: Ежедневник.by

Во вторник в зале Минского городского суда прошли прения сторон в рамках судебного разбирательства по делу купленных аттестационных экзаменов в Минюсте.

Государственный обвинитель Николай Жечко заявил, что все доказательства изучены и указывают на вину обвиняемых.

Как ранее писал «Ежедневник», Галина Гришковец, бывшая начальник управления Минюста и ее тогдашний заместитель Наталья Березовская обвиняются по ст. 430 УК (получение взятки) и ст. 426 (превышение власти или служебных полномочий). Прокурор считает, что в 2011 году они вступили в преступный сговор для совместной незаконной деятельности. Она заключалась в том, что они либо заранее сообщали правильные ответы соискателям, либо ставили правильные ответы уже после сдачи теста.

Кроме того, их обвиняют в подтасовке результатов конкурса «Лучшая риэлтерская организация», а также в допуске к профессии ранее судимого человека. Все, разумеется, в корыстных целях.

В итоге, Николай Жечко запросил для Галины Гришковец восемь лет лишения свободы в колонии общего режима с конфискацией имущества и с лишением права занимать должности, связанные с организационно-распорядительной деятельностью, сроком на пять лет. Для Натальи Березовской — пять лет лишения свободы в колонии общего режима с теми же дополнительными наказаниями. При вынесении приговора, прокурор предложил учесть срок, уже проведенный женщинами в СИЗО.

Еще двоим обвиняемым, проходящим по этому делу (за дачу взяток), прокурор попросил назначить наказание в виде ограничения свободы без направления в исправительное учреждение открытого типа. Третий взяткодатель освобожден от уголовной ответственности по амнистии.

Озвучивая свою позицию, прокурор сам перечислил и смягчающие обстоятельства в действиях обвиняемых. Обошел стороной только Галину Гришковец. В отношении же Натальи Березовской было сказано, что та частично возместила ущерб государству, а ее показания были изобличительными и последовательными.

Адвокат одного из взяткодателя по большому счету согласился с прокурором, напомнив, что его клиент чистосердечно раскаивается в содеянном, и перечислил другие смягчающие обстоятельства.

В таком же духе выступил и защитник Натальи Березовской: «Защитой не оспаривается доказанность виновности Березовской в совершении указанных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой действий и правильность их правой оценки». Таким образом, его выступление было сконцентрировано на отягчающих и смягчающих обстоятельствах.

Как и прокурор, адвокат считает, что преступление было совершено, в том числе, из желания угодить начальнику: «Не оправдывая ее (Березовскую — прим. редакции) в том, что ею не была проявлена принципиальность должностного лица, полагаю, что ее жизненная неопытность и желание сделать так, как советует более старший и опытный начальник сыграли в этом деле свою роковую и печальную роль». Кроме того, защитник указал суду, что Наталья Березовская приняла все возможные меры, чтобы возместить государству незаконно полученные доходы и еще на стадии предварительного следствия перечислила 93 млн рублей.

Еще одним важным обстоятельством защита посчитала то, что Наталья Березовская последовательно, честно изложила обстоятельства дела, как во время следствия, так и в суде. Благодаря ее пояснениям «многое тайное стало явным». При этом обвиняемая не раз давала показания и против себя. «Это не попытка Березовской свалить вину на кого-то другого и умалить свою ответственность, а именно реальное способствование следствию», — подчеркнул адвокат. С учетом этих доводов, он попросил у суда минимальное предусмотренное наказание с отсрочкой его отбывания.

Всеобщее согласие было нарушено выступлением Анны Кораневской, адвоката Галины Гришковец. Она заявила, что квалификация действий ее подзащитной как получение взятки не имеет оснований. Прокурор не представил суду доказательств, что обвиняемая имела прямой умысел на совершение преступления, а это является частью состава преступления. При этом обвинение не представило суду самих предметов взятки — тех денежных и материальных ценностей, которые должны были стать вознаграждением за определенные действия должностного лица. «Сообщения свидетелей о передаче Гришковец некоторых денежных сумм носят голословный характер, поскольку из представленных на ознакомление видеозаписей, которые неоднократно исследовались в зале суда, наглядно не просматривается фактическая передача денежных средств и не подтверждается передача тех денежных сумм, которые указаны в обвинении», — заявила адвокат.

Сама бывшая чиновница, комментируя ранее показания свидетелей, говорила, что они могут ее оговаривать из своих личных интересов. Прокурор отметил, что для оговора ни у кого из них не было оснований, и факт этот не доказан. Но все-таки заметим, что большинство свидетелей сами избежали уголовного преследования только за счет того, что добровольно заявили о даче взяток.

По мнению защиты, любая помощь, которая оказывалась соискателям аттестата, была бескорыстного характера. С некоторыми свидетелями — директорами риэлтерских контор — Галина Гришковец была хорошо знакома по работе или даже была дружна. И до эпизодов с экзаменами они обменивались подарками на праздники, помогали друг другу профессиональными советами и прочее. Во время описываемых событий у обвиняемой возникли некоторые сложности в жизни, которые доставили ей финансовые проблемы. С просьбой помочь деньгами она и обращалась к своим друзьям. Галина Гришковец и ее адвокат утверждают, что эта помощь ни в коем случае не была связана с содействием в сдаче экзаменов свидетелями или их подчиненными.

Что касается позиции второй обвиняемой, то Анна Кораневская усомнилась в той последовательности ее показаний, о которой говорили предыдущие участники прений. «Березовская избирала способ защиты в зависимости от стадии расследования, наиболее удобный для себя, о чем она открыто заявила в ходе судебного заседания» — считает адвокат. Она напомнила, что согласно материалам дела, сразу после задержания Наталья Березовская предложила следователям дать показания о преступлениях должностных лиц министерства для того, чтобы избежать заключения под стражу. Когда мера пресечения уже была избрана не в ее пользу, позиция тогда еще подозреваемой несколько раз менялась. При этом в Генпрокуратуру была подана жалоба на действия следователей, которые носили характер жесткого психологического давления и принуждения к даче показаний в отношении определенных должностных лиц министерства. Первые показания о наличии преступного сговора с начальницей Наталья Березовская дала только спустя год нахождения в СИЗО КГБ. Ввиду этого, правдивость ее пояснений о получении и распределении взяток ставится под сомнение. В подтверждение своих выводов, защитник напомнила, что среди эпизодов обвинения есть и такой, когда ее подзащитная, как и другие члены комиссии, вообще не была осведомлена в том, что кому-то из соискателей оказывается помощь.

Что касается обвинения во взятке в пять тысяч долларов за допуск к аттестации ранее судимого человека, то адвокат заметила следующее. Правонарушение соискателя, о котором идет речь, в любом случае, согласно законодательству, не препятствовало человеку претендовать на получения свидетельства. Соответственно, обвинение выглядит нелогичным. Не согласна защита и с оценкой эпизода о конкурсе «Лучшая риэлтерская организация».

Резюмируя свое выступление, адвокат предложила судье переквалифицировать действия своей подзащитной с ч. 2 ст. 426 на ч. 1 — т.е. исключить из формулировки обвинения в превышении власти или служебных полномочий корыстный умысел. В части же получения взятки Галину Гришковец защитник попросила оправдать. Указав на ряд смягчающих обстоятельств (в т.ч. положительную характеристику бывшего замминистра юстиции, которую обвинение проигнорировало), Анна Кораневская попросила суд при вынесении приговора ограничиться тем сроком, который ее подзащитная уже отбыла.

Судье придется определить, какие же все-таки взаимоотношения были у двух обвиняемых, а также кто и за что получал взятки. Приговор суда будет вынесен после последнего слова.