Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
2 февраля 2013, источник: ИноСМИ.Ру, (новости источника)

Мир следит за решением Канады по делу российского шпиона

Бреши в системе безопасности, продемонстрированные делом Дилайла, ужасают. Однако не стоит их латать только ради того, чтобы умиротворить наших друзей по разведке. Мы должны тщательно изучить вопрос о том, как обеспечить безопасность в эпоху электронного шпионажа и агрессии в киберпространстве.

Дело Джеффри Пола Дилайла (Jeffrey Paul Delisle), канадского офицера ВМС, который «подрабатывал» в качестве российского агента с 2007-го года до момента его ареста в январе прошлого года, вернулось в суд Галифакса. Дилайл признал себя виновным и тем самым избавил казну от необходимости платить за длительное судебное заседание. Теперь остается две головоломки: как вынести соответствующий совершенным им преступлениям приговор  (эта задача ляжет на плечи опытного судьи Патрика Куррана (Patrick Curran) в провинции Новая Шотландия),  а также связанный с приговором острый вопрос о том, какой урон бывший офицер ВМС нанес национальной безопасности Канады.

В вопросе урона канадские правительственные органы считают, что шпионаж Дилайла нанес большой вред, включая ухудшение отношений с союзниками, а также ухудшив сами разведывательные возможности Канады. Наши близкие партнеры – США, Великобритания, Австралия и Новая Зеландия – заняли беспрецедентную позицию, требуя, чтобы Канада исправила ситуацию с низким уровнем безопасности, который был продемонстрирован делом Дилайла, если она все также хочет иметь доступ к разведданным своих союзников. Это серьезная угроза, отражающая возможную тревогу наших союзников, лидером среди которых являются США, первыми обнаружившие шпионаж Дилайла.  Канаде придется подчиниться этим требованиям, так как доступ к разведданным, которыми располагают союзники, для нас жизненно важен. 

Однако в том, что касается реального урона, нанесенного шпионажем Дилайла мы находимся в неопределенности. Правительственные структуры, опасаясь худшего (что является их профессиональным инстинктом), предполагают, что Дилайл был злодеем, систематически рыскавшим в государственных базах данных в поисках чувствительной информации и передававшим ее внимательному российскому разведуправлению, ГРУ, которое,  в свою очередь, успешно его использовало в неизвестных нам целях. Однако пока, кроме того, что союзники злы на нас за бреши в системе безопасности, нет никаких реальных свидетельств того, что русские что-то предприняли, взяв за основу информацию, переданную Дилайлом.

Все, что мы знаем о действиях Дилайла, основано на  показаниях, данных им следователю Канадской королевской конной полиции (КККП) во время ареста (что стало самым быстрым признанием в истории?), а также на информации, которую КККП удалось перехватить в краткий период с конца декабря 2011 года по начало января, когда полицейские получили ордер на прослушивание всех коммуникаций Дилайла и, можно сказать, «сидели у него на плече», когда он пытался передать документы русским через аккаунт на интернет-сайте. Некоторые из перехваченных материалов – те, которые так и не добрались до россиян в результате работы КККП –включали в себя РИЭС (радиоэлектронные) сообщения от канадских союзников, полученные ими в результате перехвата разведданных других стран, и два отчета Канадской службы безопасности и разведки (КСБР).  Содержание этих материалов остается засекреченным, однако тот факт, что у Дилайла был доступ к РИЭС, и что он передавал эти данные русским, подтверждает показания, данные им следователю.  Это и является основанием для дела против Дилайла, а также краеугольным камнем в процессе оценки нанесенного им ущерба.

Радиоэлектронная разведка – это ценная штука еще со времен великих разведывательных прорывов времен Второй мировой войны, и любые бреши в ее защите – это серезное дело. Проблема заключается в том, что мы не знаем, что именно Дилайл сообщил русским до января 2012 года. Мы этого не знаем, потому что не существует способа проверки его электронной деятельности. Ведь сам Дилайл не сохранил никакой информации, россияне – понятное дело – ничего не скажут, а никакой сделки о признании вины, которая могла бы развязать бывшему офицеру ВМС язык, еще пока не достигнуто.

Оценка урона, основанная на экстраполяции данных единственного «пакета» документов, которые так никогда и не добрались до предполагаемых получателей в России, и анализ худшего сценария того, чего мы не знаем, демонстрируют сложности, связанные с приговором в деле Дилайла. Этот случай – беспрецедентный во многих аспектах. Если говорить о шпионаже, таких случаев не было со времен Игоря Гузенко в 1945-м году. Дилайл – это первый осужденный за шпионаж канадец со времен 11 сентября и принятия нового Акта о безопасности информации. Таких юридических прецедентов в Канаде практически не существует.

Дилайлу грозит пожизненное заключение, но как же найти баланс между справедливостью и карой, если нам столько неизвестно о нанесенном им вреде?

А что потом? Приговор, вынесенны судьей Курраном, тщательно исследуют как здесь, так и за рубежом. Наши союзники, несомненно, будут ожидать от Канады признаков жесткости. Этого же будет ожидать и канадская разведка, страдающая после предательства, совершенного ее собственным сотрудником. Возможно, такого же мнения придерживается и значительная часть канадцев. У Дилайла немного шансов на мягкий приговор.

Наши союзники потребовали, чтобы Канада «залатала бреши» в системе безопасности, пригрозив жесткими последствиями, если этого не произойдет. Разве можно их за это винить?

Бреши в системе безопасности, продемонстрированные делом Дилайла, ужасают. Однако не стоит их латать только ради того, чтобы умиротворить наших друзей по разведке. Мы должны тщательно изучить вопрос о том, как обеспечить безопасность в эпоху электронного шпионажа и агрессии в киберпространстве. Можно начать с создания более жестко контролируемых и проверяемых баз данных чувствительной информации, «запоминающих», кто и зачем ими пользовался. Такие системы могли в конечном итоге предотвратить неоднократный перехват секретных материалов – чем занимался Дилайл – и обеспечить нас средством контрразведки, которое действительно могло бы оценить и уменьшить потенциальный ущерб.

Один из свидетелей-экспертов в деле Дилайла, генерал Уильямс из Министерства обороны, предположил, что в основе любой системы безопасности должно лежать доверие. Однако дело Дилайла показало, что доверием можно злоупотребить, и что одного его недостаточно.

Уэсли Уорк (Wesley Wark) – лектор-профессор в Школе международных отношений Университета Оттавы. Он также был свидетелем-экспертом в слушании о назначении наказания Джеффри Полу Дилайлу.