Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
7 апреля 2010, источник: Вести.Ru

Россия и Польша избавляются от камня преткновения

Сегодня главы правительств России и Польши Владимир Путин и Дональд Туск примут участие в траурных мероприятиях в Катыни, посвященных 70-летию трагических событий.

До сих пор оценка этих событий историками неоднозначна. Одни считают, что Россия должна признать расстрелянных поляков жертвами политических репрессий и реабилитировать их. Другие — что нынешняя Россия не может отвечать за преступления сталинского режима. Мнения сторон выслушал корреспондент радио «Вести ФМ» Сергей Ткачук.

Ткачук: Катынь стала именем нарицательным. В апреле-мае 1940 года были расстреляны почти 22 тысячи польских офицеров, содержащихся в разных лагерях НКВД.

До сих пор «катынский вопрос» был камнем преткновения в отношениях между Россией и Польшей. Сейчас этот камень потихоньку разрушается. Во многом, как написала польская «Газета выборча», благодаря российской доброй воле.

Еще в 1990 году в преддверии визита в Москву польского лидера Войцеха Ярузельского ТАСС выступил с заявлением, в котором было выражено глубокое сожаление в связи с катынской трагедией. А само событие названо одним из тяжких преступлений сталинизма. Тогда же Михаил Горбачев передал Ярузельскому этапные списки НКВД из лагерей Козельска, Осташкова и Старобельска, где содержались пленные.

Главная военная прокуратура завела уголовное дело, которое было прекращено в 2004 году. Из 183 томов польской стороне было передано 67. И это одна из проблем, считает член правления российского общества «Мемориал» Ян Рачинский.

Рачинский: Информация до сих пор не раскрыта. Именно это дает основания предъявлять претензии к России. Не то, что было совершено 70 лет назад, а то, что сегодня продолжает скрываться.

Ткачук: Кроме того, расстрелянных поляков следует признать жертвами политических репрессий и выплатить их родственникам компенсации, убежден Рачинский.

Рачинский: Акт реабилитации есть юридический акт, который признает, что такие-то люди были расстреляны по политическим мотивам режимом, который тогда существовал. Закон о реабилитации жестко оговаривает размеры компенсаций. В данном случае речь может идти только о надбавках к пенсиям тем, кто остался без попечения родителей в результате репрессий. Для российского бюджета эти суммы абсолютно смехотворны.

Ткачук: Сейчас Страсбургский суд рассматривает две жалобы потомков польских офицеров на отказ в доступе к правосудию. И есть вероятность, что они будут удовлетворены. Тогда сумма компенсаций может быть намного выше, считает Рачинский.

Однако дело здесь не столько в деньгах, сколько в невозможности юридического признания Россией вины за преступления сталинского режима, считает директор Института российской истории Андрей Сахаров.

Сахаров: Мне кажется совершенно странной необходимость признания и выплаты компенсации, которая может начаться с 1 евро, а закончиться многими миллионами евро. Я полагаю, что понятие юридической вины и понятие этического сожаления — несколько разные понятия. Полагаю, что понятие огромной этической боли за злодеяния намного сильнее, чем понятие юридической вины.

Ткачук: В любом случае, все эксперты сходятся в том, что только при наличии доброй воли с обеих сторон можно перевернуть трагические страницы нашей общей истории.