Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Ураган «Офелия» окрасил небо над Англией в красный цветДо Великобритании добрался ураган «Офелия», принеся с собой песок из Сахары и дым от лесных пожаров в Португалии
13 мая 2010, источник: РИА Новости

Томас Грэм: я не верю, что Договор по СНВ будет ратифицирован быстро

Вопрос о ратификации нового Договора по сокращению СНВ остается одним из самых актуальных в отношениях России и США, ведь от него зависит начало реального сокращения двух крупнейших ядерных арсеналов. Мнением по этому поводу поделился бывший старший советник по России в республиканской администрации Джорджа Буша Томас Грэм.

Вопрос о ратификации нового Договора по сокращению СНВ остается одним из самых актуальных в отношениях России и США, ведь от него зависит начало реального сокращения двух крупнейших ядерных арсеналов. Мнением по этому поводу, а также по другим проблемам отношений РФ и США поделился бывший старший советник по России в республиканской администрации Джорджа Буша Томас Грэм — в интервью руководителю бюро РИА Новости в Нью-Йорке Дмитрию Горностаеву.

— Господин Грэм, вскоре после подписания нового Договора по СНВ между Россией и США американские дипломаты дали понять, что процесс его ратификации в сенате может растянуться до следующего года. Разделяете ли Вы эту точку зрения? И почему представители администрации США говорят о таком относительно долгом времени на ратификацию, хотя сенатор-республиканец Ричард Лугар, чье мнение является ключевым в данном вопросе, уже приветствовал договор?

— Я не верю в то, что этот договор будет ратифицирован быстро, хотя и верю, что в конце концов, он будет ратифицирован. При его обсуждении будут доминировать два сложных и вызывающих противоречия вопроса: будущее американскогого ядерного арсенала и политика администрации Обамы по отношению к России.

По первому вопросу республиканцы захотят оказать давление на администрацию, чтобы она обязалась модернизировать ядерные силы, даже несмотря на то, что их размер будет сокрщаться; и они постараются получить гарантии от администрации в том, что она по-прежнему привержена идеи создания противоракетной обороны. По второму вопросу, республиканцы поднимут вопрос о том, в каком направлении идет политика администрации, в частности о том, есть ли ощущение, что Россия помогает Америке по Ирану не настолько, насколько могла бы.

И наконец, республиканцы захотят отложить ратификацию договора на период после промежуточных выборов (в ноябре полного состава Палаты представителей – 435 конгрессменов — и 36 из 100 сенаторов), в надежде, что эти выборы дадут возможность усилить их рычаги влияния на Белый дом.

— Каковы основные аргументы критиков этого договора в сенате? Могут ли внутриполитические вопросы, которые обсуждаются на Капитолийском холме, помешать ратификации?

— Основные аргументы — то, что договор ограничивает возможности Соединенных Штатов по строительству эффективной системы противоракетной обороны, и то, что Соединенные Штаты пошли на гораздо большие уступки, чем Россия. Отчасти потому, что у России, на их (критиков договора) взгляд, в любом случае не оставалось никаких иных вариантов, кроме как сокращать свои ядерные силы, в то время как Соединенные Штаты могут легко поддерживать количество своих ядерных сил на текущих уровнях.

А внутрениие вопросы вряд ли помешают ратификации нового договора по СНВ.

— Не кажется ли Вам, что Белый дом и Кремль преувеличивают значение этого договора как способа оказания давления на тех, кто, по их мнению, должен был бы отказаться от ядерных амбиций – на Иран и Северную Корею? Иранский президент в своей речи на Конференции по выполнению Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) совершенно четко принизил роль российско-американского соглашения по СНВ. Да и многие другие страны тоже говорят, что этих сокращений в аресеналах ведущих ядерных держав далеко не достаточно. Как Вы оцениваете Договор по СНВ в качестве импульса в процессе глобального разоружения и нераспространения?

— Этот договор является свидетельством того, что Соединенные Штаты и Россия соблюдают обязательства по сокращению своих ядерных арсеналов, в соответствии с ДНЯО. Сам по себе это позитивный шаг, но он не имеет почти никакого отношения к наращиванию давления на Иран и Северную Корею с целью вынудить их отказаться от ядерных амбиций. И точно так же он никак не остановит некоторые другие ядерные державы от продолжения наращивания своих ядерных арсеналов.

Причины, по которым страны разрабатывают ядерное оружие или наращивают свои арсеналы, в общем не имеют почти никакого отношения к точному объему американских или российских ядерных сил. Пакистан и Индия, например, опасаются друг друга. Северная Корея верит в то, что даже небольшое количество ядерного оружия усиливает ее безопасность.

— Реально ли, чтобы США смогли убедить Израиль согласиться на создание в будущем зоны, свободной от ядерного оружия на Ближнем Востоке?

— Говоря кратко, нет. Соединенные Штаты не станут давить на Израиль с тем, чтобы согласился в будущем на безъядерную зону на Ближнем Востоке — ни в ближайшеее время, ни когда-либо вообще.

— А почему?

— Соединенные Штаты уже оказывают давление на Израиль по вопросу о строительстве поселений (на палестинских территориях). Дополнительное же давление еще и по вопросу о безъядерной зоне лишь еще больше усложнило бы всю ситуацию, что совершенно не нужно – особенно когда Израиль считает, что его существованию угрожает Иран. К тому же это давление не прибавило бы движения ни мирному процессу на Ближнем Востоке, ни процессу создания безъядерной зоны.

— Не считаете ли Вы, что нынешняя обзорная Конференция по выполнению ДНЯО может повторить судьбу конференции 2005 года и завершиться провалом без принятия декларации, если страны Запада не смогут достичь компромисса с арабскими странами по заключительному документу и, в частности, по вопросу о безъядерной зоне на Ближнем Востоке?

— Конференция 2005 года завершилась без принятия документа из-за фундаментальных разногласий между Россией и Соединенными Штатами. Вряд ли это произойдет во время нынешней конференции. Отстутствие фундаментальных разногласий между США, Россией и другими ядерными державами значит почти наверняка, что по формулировкам будет найден компромисс, который гарантирует, что арабские и другие страны согласятся с финальным документом.

— Какие следующие шаги в сфере разоружения могут предпринять Россия и Соединенные Штаты? Некоторые американские эксперты говорят о возможных сокращениях нестратегических ядерных вооружений и боеголовок, не размещенных на носителях? Все это может рассматриваться как вариант или могут быть предприняты другие шаги?

— Все эти шаги могут рассматриваться как вариант. Соединенным Штатам и России не обязательно нужно соглашение, чтобы сокращать ядерные боеголовки, не размещенные на носителях; каждая из сторон может делать это в одностороннем порядке. Но почти наверняка необходимо соглашение для сокращения тактического ядерного оружия. Правда, Россия, как выясняется, на данном этапе не заинтересована в сокращении такого оружия, особенно учитывая сохраняющиеся у нее опасения по поводу возможностей ее обычных вооруженных сил. 

— А вопрос противоракетной обороны не может вновь возникнуть в российско-американских отношениях в качестве раздражителя или же он закрыт, по крайней мере на несколько лет, в связи с его упоминанием в преамбуле нового договора по СНВ?

— Россия ясно заявила, что программа противоракетной обороны США остается предметом обеспокоенности и что она будет очень пристально следить за этой американской программой несмотря на формулировки в новом договоре. Если начнутся переговоры по дальнейшим сокращениям, Россия почти наверняка захочет в любой новый договор внести формулировки, которые еще больше ограничивали бы различные варианты противоракетной обороны США.

— Как Вы прокомментируете заявление президента Ирана Махмуда Ахмадинежада о готовности Ирана к обмену урана на ядерное топливо? Неоднозначность заявлений Ирана по этому поводу в прошлом стала одной из причин того, что США настаивают на санкциях. Есть ли еще возможность для сохранения доверия Ирану по этому вопросу, в частности, и по его ядерной программе в широком понимании?

— Соединенные Штаты, Россия и другие предложили Ирану сделку прошлой осенью. Если бы Иран однозначно и без всяких предварительных условий с ней согласился, он отвел бы от себя этот санкционный напор. Но на сегодня Иран до этого так и не дошел, и Ахмадинежад никак не обозначил, что он готов согласиться с предложенной сделкой.

— Как Вы думаете, почему переговоры по четвертому раунду санкций против Ирана занимают так много времени? Белый дом призывает к ним с конца прошлого года. Существует ли вероятность постепенного размывания идеи санкций, сообенно сейчас, когда Бразилия и Турция вдруг заявили о себе как о новых переговорщиках с Ираном, а Тегеран со своей стороны интенсифицировал дипломатическую активность, вступая в контакт с другими членами Совета безопасности?

— У Соединенных Штатов, России и Китая разные интересы в Иране и разные оценки того, какую угрозу представляет иранская ядерная программа непосредственно им и в целом – международной системе. Эти различия отражаются в тех подходах, которые эти страны проявляют по отношению к вопросу о санкциях. По этой же причине весьма значительное время и усилия потребовались для согласования первых трех этапов санкций. Потому и не было оснований полагать, что с этим раундом будет по-другому.

Позиции Турции и Бразилии еще больше осложняют проблему.

Исходя из этого, Соединенные Штаты продолжат вместе со своими европейскими союзниками настаивать на санкциях, и я предположил бы, что санкционная резолюция в каком-то виде с течением времени будет одобрена Советом безопасности ООН.

Вопрос заключается в точной природе этих санкций и, что еще более важно, в том, окажут ли они какое-нибудь воздействие на поведение Ирана. На мой взгляд все те санкции, которые сейчас и могли бы быть проведены через Совет безопасности, не остановят Иран от продолжения стермления к обладанию ядерным оружием.

— А что касается «перезагрузки» российско-американских отношений, что может быть сделано еще, после того, как подписан новый договор по СНВ? Будет ли еще какое-то наполенние этой «перезагрузки» или же она обречена оставаться в рамках тематики соркщания вооружений и борьбы с терроризмом? Можно ли ждать еще какого-либо прорыва в других сферах, сравнимого с заключением договора по СНВ?

— Администрация только что внесла в конгресс «соглашение 123» о сотрудничестве с Россией в гражданской ядерной сфере. Если это соглашение будет одобрено конгрессом, оно даст возможность для более взаимовыгодного сотрудничества в этой области, включая, например, создание совместного американо-российского предприятия по строительству мирных ядерных реакторов в третьих странах. Это ознаменовало бы еще один прорыв в отношениях США и России.