Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
28 мая 2010, источник: РИА Новости, (новости источника)

Послевоенная Южная Осетия: восстановление с препятствиями

ЦХИНВАЛИ, 28 мая — РИА Новости, Руслан Салахбеков. Две проблемы бросаются в глаза человеку, приехавшему в Южную Осетию и знакомящемуся с тем, как идет восстановление разрушенной республики. Во-первых, практически везде обнаруживается кадровый голод — объекты строятся, оборудование завозится, а работать некому. Старые специалисты уехали, новых нет, со стороны почти никто не едет.

Другая проблема — бесконечные трения вокруг послевоенных строек между местными властями и Минрегионом России, который отвечает за восстановительные работы, финансируемые из российского бюджета. Стороны по-разному видят, что и как нужно строить и даже как именно должны выделяться деньги — сразу все или по частям. Эти разногласия часто приводят к тому, что почти готовые объекты превращаются в долгострой, а на сдачу в эксплуатацию тех, что все-таки достроили, уходит едва ли не больше времени, чем на саму стройку.

Цхинвали же пока выглядит примерно так, как и после войны августа 2008 года. Одни только следы от попаданий снарядов и автоматных очередей на стенах пятиэтажек, стоящих на центральных улицах, сразу создают впечатление жуткой разрухи. Ничуть не изменилось и обстрелянное грузинской артиллерией здание парламента, фасад которого стал декорацией для знаменитого концерта Валерия Гергиева.

Кое-какие светлые пятна на этом фоне, конечно, есть. Отремонтированы отдельные здания, многие пятиэтажки покрыты новой кровлей. Строится микрорайон Московский на окраине Цхинвали, во многих домах уже живут люди. Строятся другие объекты в городе и за его пределами, есть новые мосты, новые дороги. Ну и светлее делают город его жители — они ходят на работу, гуляют по улицам. В городе работают магазины, кафе, пекарни, гостиница, ездят такси. Город пытается жить нормальной жизнью.

Кадровый голод

Специалист, явно не местный, показывает ревизору из Москвы закупленную на российские деньги для местной телекомпании «Ир» аппаратуру и отремонтированные на те же деньги помещения. Ревизор — замминистра регионального развития России Роман Панов, курирующий восстановительные работы в республике и приехавший на этой неделе вместе с несколькими российскими журналистами посмотреть, как продвигаются работы.

Специалист рассказывает: вот здесь у нас такая-то студия, там — другая, эти мониторы для этого, те — для того. Гиду помогает директор телекомпании Роберт Кулумбегов: «Здесь у нас сидит видеорежиссер, здесь — аудиорежиссер. Пока, правда, виртуальный». Поясняет: виртуальный, потому что работать здесь некому, и сейчас от пульта к пульту бегает один человек, который хоть что-то примерно в этой технике понимает.

Когда тот самый неместный специалист показывал Панову очередную студию, корреспондент РИА Новости поинтересовался у Кулумбегова: это он, что ли, тот самый незаменимый специалист, который и швец, и жнец, и на дуде игрец? Да нет, отвечает, этот на два дня приехал (видимо, его приезд совершенно случайно совпал с визитом Панова). А наш — вон, стоит. И показывает на парня, явно местного. Тот признается, что специально ничему нигде не учился, а так, нахватался знаний у тех, кто устанавливал аппаратуру. Ну и обучение методом народного тыка пока никто не отменял.

Потом делегация спускается с небес на нижний этаж, и ревизор Панов, с трудом скрывая удивление, узнает, что телевидение, в основном, работает здесь — в старых помещениях и на старом оборудовании. «Когда ставили, это было последнее слово техники», — гордо говорит телевизионщик. Оказывается, наверху, в новых студиях, делают только новостные выпуски, остальное — здесь, где еще остались следы от попаданий снарядов.

Главный врач Центральной больницы Цхинвали, обстрелянной в августе 2008 года, а теперь восстанавливаемой на российские деньги, тоже показывает гостю из России отремонтированные помещения. Перевязочные, операционные, палаты, туалеты, зал для собраний с неизменной кафедрой, коридоры — все новое, чистое, готовое к работе и где-то уже даже работающее.

Пока шли к только что отстроенному зданию пищеблока, корреспондент агентства спросил у чуть отставшего от экскурсии главврача Нодара Кокоева, хватает ли больнице специалистов.

«Не хватает. У нас, например, всего один уролог — ему 81 год. Пока работает. Но годы же берут свое. А других урологов у нас нет», — услышать это от главврача главной больницы Южной Осетии было как-то неожиданно.

Еще, говорит, не хватает хирургов. На вопрос, почему нет людей, отвечает: «Никто же не едет сюда. Кому это надо — зарплата невысокая, с водой перебои, условий нет…».

Про перебои, но уже с электроснабжением, рассказывали на асфальтобетонном заводе, расположенном на подъезде к Цхинвали. Директор местного «Дорэкспостроя» Игорь Туаев, описав Панову, как хорошо здесь все работает, в конце концов пожаловался: каждый день выключается электричество. «У нас это часа по два отнимает, пока возобновим работу».

«Да, два года уже эта проблема…», — разводит руками Панов, дипломатично не сказав о причинах этой беды в присутствии журналистов. Позже корреспондент РИА Новости поинтересовался у одного из сотрудников Минрегиона, имеющих отношение к восстановительным работам в Южной Осетии, откуда проблемы с электроснабжением. Предположив, что, вероятно, дело в негодном оборудовании или ветхих сетях.

«Оборудование-то хорошее, новое, современное, но эксплуатация оставляет желать лучшего. Поэтому и сбои», — ответил сотрудник. И снова кадровая проблема.

Правды две — беда одна

Что касается воды, то она, как рассказали местные жители, появляется в кранах цхинвальских домов всего на один час утром и на один час вечером, что для столицы государства несколько необычно.

Новый водовод в столицу ведут, но работе мешают разногласия между Минрегионом России и властями Южной Осетии. Строители водовод частично сделали, но местная власть готовый участок не принимает, ссылается на нарушения: труба не того диаметра и вообще старая. Роман Панов, выпачкавшись в грязи, посмотрел трубу снаружи и изнутри: «Нормальная труба, а говорят — ржавая». Источники же в Минрегионе намекают на то, что просто конкурс на прокладку водовода выиграла «не та» фирма. У каждого своя правда.

Спорят о дороге на окраину республики, в Ленингор, — каждая сторона видит оптимальным свой вариант маршрута. Спорят о мосте по дороге на Квайсу, который то ли выдержит большегрузные автомобили, то ли нет. Любимая тема для дискуссий — очистные сооружения Цхинвали: местные чиновники считают затраты на их строительство неактуальными на фоне не восстановленного еще жилья, российская же сторона здесь выступает едва ли не защитником интересов Грузии — нечистоты плывут по реке как раз в сторону этой страны.

Часто говорят местные чиновники и журналисты о работающих в республике челябинских фирмах, намекая на челябинское происхождение Романа Панова, на что тот отвечает, что компаний из Челябинской области нет даже в первой десятке подрядчиков, осваивающих более 90% средств.

Встала стройка в почти достроенном микрорайоне Солнечный на окраине Цхинвали (на месте, где была резиденция главы прогрузинской администрации Дмитрия Санакоева). Он задуман как обменный фонд, чтобы временно селить туда людей, пока отстраивают их дома в Цхинвали. Опять же у местных властей есть претензии, Минрегион и строители их не признают, у каждого своя правда, все считают виновными друг друга.

Не слишком быстро идет и самое главное — восстановление разрушенных жилых домов. «Не ведутся работы по индивидуальному жилью, не буду комментировать, почему», — сказал Панов на пресс-конференции в Цхинвали. Как пояснил российским журналистам глава югоосетинского госкомитета по восстановлению Зураб Кабисов, это неправильно, по его мнению, когда деньги дают только на половину домов. Чиновник, как водится, сослался на особенности местного менталитета — люди такого просто не поймут, уверяет он.

В итоге, говорит Кабисов, он принял решение тратить выделенные деньги сразу на все разрушенные дома. Соответственно, запланированные российской стороной работы не выполнены, выделение остальных денег под вопросом.

Местные чиновники вообще недовольны сложившейся практикой, когда деньги даются не все сразу, а сначала частично — в России смотрят, как они расходуются, и уже потом принимают решение, давать ли еще. Настолько недовольны, что один видный югоосетинский чиновник даже бросил приехавшим с Пановым российским журналистам такую фразу: «Нас обманули». Этим он немало удивил и даже обидел тех из них, кто еще не забыл, какую цену (и не только деньгами) заплатила Россия за освобождение Южной Осетии. Чиновник, впрочем, добавил, что имеет в виду недоверие, которое сквозит в таких действиях спонсоров и которое их, чиновников, обижает.