Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
10 июня 2010, источник: Вести.Ru, (новости источника)

Путин уверен в стабильности евро

Владимир Путин сегодня отправляется с рабочим визитом во Францию. В программе поездки — встречи с французскими лидерами: президентом Николя Саркози и премьер-министром Франсуа Фийоном.

Одним из ключевых событий визита станет участие главы правительства в церемонии открытия в Парижском Гран-Пале Российской национальной выставки. Она пройдет в рамках года России во Франции и года Франции в России. А накануне отъезда Путин дал развернутое интервью ведущим французским СМИ, цитаты из которого уже разошлись по мировым газетам.

Такие интервью накануне больших международных встреч — это всегда возможность представить, как пойдет беседа. В том числе по темам, которые выглядят дискуссионными. Например, покупка Россией французских вертолетоносцев «Мистраль»: есть мнение, что тут не просто обмен денег на товар и технологии.

Журналист: Некоторые соседи России обеспокоены покупкой Мистраля?

Путин: Франция имеет такие вертолеты у нас на вооружении? Имеет. Франция на кого собирается нападать? Ни на кого? Почему вы считаете, что Россия будет обязательно на кого-то нападать, используя эти средства. Если вы имеете в виду — давайте прямо назовем вещи своими именами, — скажем, наших грузинских соседей. Грузия имеет огромную сухопутную границу с Россией. В результате преступной акции, которая была развязана президентом Саакашвили два года назад, погибли люди. И Россия вынуждена была защищать жизни своих миротворцев и граждан Южной Осетии. Современные ударные комплексы позволяют осуществить любую военную операцию с территории Российской Федерации на всю глубину территории Грузии. И для этого «Мистраль» не нужен.

«Не надо двойных стандартов,»- так на похожий вопрос, правда, от американских военных ответил Саркози. Это было в ноябре прошлого года: тогда «Мистраль» пришвартовался в Петербурге. И Вашингтон намекал Парижу, что лучше бы эту сделку с Москвой не планировать. Саркози намеки не понравились. Один корабль — это все-таки триста миллионов евро. И таких сделок у Парижа давно не было. А сейчас евро — вообще, отдельная тема. Россия Евросоюзу тут не чужая.

Журналист: Верите ли Вы в европейскую валюту?

Путин: Доверяем и верим. Иначе не держали бы такое огромное количество наших средств, золотовалютных резервов в европейской валюте. Да и объективных условий для падения евро тоже, на мой взгляд, не существует. Да, конечно, придется Центральному банку европейскому «подпечатать» немножко банкнот. Потому что иначе не может быть, если европейский Центральный банк объявил о том, что он готов скупать государственные обязательства. За счет чего скупать-то будет? Я считаю, что с учетом того, что рынок Евросоюза большой, 300 миллионов человек, многие страны используют евро как свои резервы. Евро в ходу во многих странах мира. Я не думаю, что на европейской экономике это небольшая эмиссия отразится как-то уж особенно негативно.

Журналист: У Евросоюза существует беспокойство насчет того, что в России ущемляются права человека. Понимаете ли вы это беспокойство?

Путин: Понимаю. Это давняя традиция европейских стран. Навязывать свои стандарты и правила. Вспомните период колонизации. Скажем, в той же Африке. Европейцы приходили туда со своим уставом и своими правилами и занимались тем, что они обучали аборигенов и цивилизовали их. У меня такое чувство, что давняя традиция трансформировалась в демократизацию там, где европейцы и наши, вообще, западные партнеры хотели бы тверже встать на какую-то почву. Я очень много дискутировал с американскими коллегами в свое время и говорил: как же так получается, что у вас большинство населения проголосовало за одного человека, а президентом стал другой? В силу системы выборщиков. На что мои американские коллеги мне тогда ответили: вы туда не лезьте. Мы к этому привыкли, так и будет. Мы не лезем. Так почему вы считаете, что вы можете лезть к нам? Мы сами разберемся, что нам делать.

Для Парижа и Москвы — этот год особый: год России во Франции и Франции в России. Торжественные мероприятия в марте открывали президенты Саркози и Медведев. В программе Путина предусмотрена культурная составляющая. Но в интервью были в основном политические вопросы. В том числе, о президентских выборах 2012 года и об отношениях Путина и Медведева. Ничего не поменялось, сказал премьер.

Путин: Я также, как прежде не считаю зазорным снять трубку, позвонить и сказать ему: «Слушай, давай согласуем, давай посоветуемся». Ведь, знаете, всегда идет борьба мнений, борьба мотивов. Кто-то приходит ко мне, кто-то — к президенту Медведеву. И мы, когда мы чувствуем, что возможна какая-то разбалансировка, встречаемся, обсуждаем, принимаем единое согласованное решение и проводим его. Но также и он. Бывают случаи, когда он просто звонит и говорит: «Знаете, мне надо тоже переговорить. Давайте подумаем, вот такая проблема, хотел бы услышать ваше мнение». Мне нравится то, что я сейчас делаю, то, чем я сейчас занимаюсь. А подойдем поближе к 2012 году, посмотрим. Мы, естественно, уже думаем на эту тему с президентом Медведевым, но договорились о том, что раньше времени мы не будем суетиться и отвлекаться на эту проблему, не решая главного, не исполняя свой долг перед народом России честно, достойно, последовательно и профессионально, с чувством ответственности за то, что мы делаем.

Единственный вопрос, на который Путин отвечать не стал, был вопрос о том, кто станет чемпионом мира по футболу. Но премьер не исключил, что болеть, возможно, будет за французов.