В материале говорится, что у руководства Ирана за плечами «два ужасных года»: все это время в Тегеране «безучастно» наблюдали, как рушится их власть на Ближнем Востоке. Сначала Израиль разгромил ХАМАС и практически сровнял с землей сектор Газа, а затем ликвидировал главу «Хезболлы» Хасана Насраллу. Вскоре после этого в Сирии рухнул дружественный Ирану режим Башара Асада. А в июне 2025 года израильские истребители уже беспрепятственно нанесли удары по самому Тегерану.
Впервые с момента вступления в силу апрельского соглашения о прекращении огня с США Иран в минувшее воскресенье выпустил ракеты по Израилю.
Тегеран, как считает Бем, начал придерживаться новой доктрины безопасности: наносить удары, а не ждать.
Вновь обретенную уверенность Тегерана автор объясняет «серьезным ударом по затылку», который пришлось стерпеть руководству Ирана. Именно «лобовая атака» США и Израиля на пошатнувшийся режим весной этого года привела к стратегическим изменениям в стране, пишет Бем. До этого иранцы всегда боялись большой войны. Но после того, как им ее навязали, Тегерану уже было нечего терять.
Закрытие Ормузского пролива и удары по нефтяным государствам Персидского залива, которыми Иран отреагировал на нападение США и Израиля, мгновенно обернулись козырными картами в руках Тегерана.
Молодые кадры давно были недовольны консервативным подходом «старой гвардии», члены который застали кровавую ирано-иракскую войну и боялись рискованных шагов. Но после убийства верховного лидера Али Хаменеи пришли «новые люди», и Иран начал действовать решительнее.
Он оставляет «выжженную землю, гнев и ужас» не только в Ливане, но и в других арабских странах, пишет Бем.
Но самое главное, по мнению автора, что козыри Ирана могут обесцениться быстрее, чем хотелось бы Тегерану. Например, не исключено, что через несколько месяцев появятся альтернативные пути транспортировки нефти и газа в обход Ормузского пролива. А война — из-за того же Ливана — станет непосильным бременем для экономически неблагополучного Ирана. И сейчас израильтяне, на взгляд Бема, полны решимости поднять цену для Тегерана, несмотря на окрик из Вашингтона прекратить огонь.
