Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
«Я кричала и плакала»: истории оппозиционеров ВенесуэлыОни не были знакомы и никогда не представляли себе, что им вместе придется пройти через, возможно, самые травматичные переживания в их жизни
5 апреля 2013, источник: Коммерсантъ-Online

Вячеслав Бутусов спел в Театре эстрады

Вячеслав Бутусов выступил с сольной программой «Бибигония» в московском Театре эстрады. За трансформацией свердловского рокера в готического барда наблюдал ЯРОСЛАВ ЗАБАЛУЕВ.

Так уж вышло, что последняя пара лет стала ключевой для нынешнего самоопределения доживших до седин столпов русского рока. Причины для этих процессов формально лежат в разных плоскостях, однако результат один — этапные перемены в существовании и позиционировании главных российских рок-групп. Так, Константин Кинчев окончательно решил нести своим слушателям не мир, но меч, Юрий Шевчук вновь реконструировал звук своей группы. Федор Чистяков выпустил первый за многие годы альбом с новыми песнями, а Борис Гребенщиков и вовсе сообщил о решении «уйти в партизаны». За догадками об исходе этой герильи легко было не заметить происходящее с Вячеславом Бутусовым, в то время как его сольный творческий вечер в Театре эстрады отлично вписывается в сформированный выше ряд.

Перед выходом певца под софиты зрители по задумке артиста и постановщиков должны были погрузиться в атмосферу, которая позволит всем собравшимся ускорить приход весны. Для этого под пение птиц на экране показывали психоделические коллажи, напоминающие визуализатор из программы WinAmp. Выйдя на сцену, Бутусов подчеркнул, что неплохо бы, чтобы людское сборище послужило благой цели, что, по мнению артиста, случается с большими народными собраниями все реже.

Саундтрек для таяния опостылевших москвичам сугробов был разбит на два отделения. Первое Вячеслав Геннадьевич посвятил своему постнаутилосовскому периоду, причем значительная часть песен была отобрана с первых сольников музыканта. Практика показывает, что эти песни пользуются довольно сдержанным успехом даже у самых преданных фанатов. «Ну прости, прости, я думал, что он будет с группой! Ну просто я все равно люблю эти песни, да и Слава мне очень нравится — как человек»,— объяснял пожилой ухажер в антракте своей сурово поджавшей губы спутнице. Слегка осоловевшие от монотонных заклинаний вроде «Триллипута» и «Звездочки» зрители до последнего бодрились в буфете, не спеша возвращаться к своему кумиру, но вернувшись, получили все, ради чего пришли, сторицей.

Еще в самом начале концерта Бутусов, слегка запинаясь, предложил всем желающим выходить на сцену и петь любимые песни на свой вкус вместе с героем вечера. Первым номером после антракта стала наутилусовская «Разлука», а компанию певцу составил старый свердловский товарищ Вадим Самойлов. Пример оказался заразителен — на сцену все увереннее потянулись любители попеть хором, а кульминацией стала «Песня идущего домой», которую Бутусова попросил спеть дуэтом поклонник лет пятнадцати по имени Егор. Певец признался, что не учел «такого фактора, как дети», и сообщил, что подобные сюрпризы дают приток даже не адреналина, а «алхимического золота». Остаток программы почти целиком был составлен из песен первой и самой известной группы артиста: «На берегу безымянной реки», «Я хочу быть с тобой» и даже редкие для концертов «Бриллиантовые дороги». После выхода очередного компаньона певец, улыбнувшись, сообщил, что, когда несколько лет назад бросил пить, не мог и представить себе, как будет трезвым петь с кем-то хором, и поблагодарил публику за предоставленную возможность. Успел Бутусов и ответить на несколько обязательных для формата вечера записок. Например, своим любимым философом он признал Пифагора, отметив, что способом выражения мыслей античного мудреца неплохо бы овладеть современным политикам.

Когда в финале весь зал хором грянул «Прощальное письмо», стало понятно, какой курс ныне держит один из самых загадочных вокалистов русского рока. Сохранив нелюдимую вампирскую харизму, Бутусов, очевидно, сегодня ориентируется не на новинки современной музыки, а на куда более устойчивый жанр бардовской песни. Если подумать, то такой выбор окажется максимально выигрышным со всех позиций: российским любителям самодеятельной песни всегда не хватало певца, способного не только взять знакомый аккорд, но и добавить в свои произведения немного романтической безнадеги, столь близкой русскому сердцу. И в этом смысле Бутусову с его неизменной тональностью ми-минор, экономной моторикой и вкрадчивой хрипотцой по-прежнему нет равных.