Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Агрессивный хардлайнер: как в США встретили нового посла РоссииС назначением Анатолия Антонова новым послом России в США в Вашингтоне начнется новая, более агрессивная глава российской дипломатии
16 мая 2013, источник: 36on.ru

Эдуард Бояков: В Воронеже мы сделаем лучший театральный вуз страны

Известнейший режиссер, создатель фестиваля «Золотая маска», руководитель знаменитого театра «Практика» возглавил воронежскую академию искусств. Без преувеличения, эта новость, растиражированная СМИ несколько дней назад, оказалась одной из самых поразительных. А чуть раньше стало известно о том, что Бояков намерен провести масштабное исследование культурной среды региона.

Значение этой работы, которую выполнят ведущие международные эксперты, трудно переоценить – у Воронежа, наконец, появится шанс стать городом не только «с богатыми культурными традициями», но и превратиться в мегаполис, где творческая жизнь активно развивается. О том, как это будет выглядеть на практике, Эдуард Владиславович рассказал «Воронежскому городскому порталу — 36on.ru».

О прессе

— Я, как журналист по образованию, вижу огромную проблему, с  которой сейчас столкнулась Россия. Это отсутствие третьей власти, независимой прессы. Пресса подчинена коммерческим или политическим интересам и потеряла изначальную самостоятельность. Но кто еще, кроме масс-медиа, может актуализировать смыслы, показать, что нужно менять? Неужели сами чиновники? Нет. Кто  должен влиять на них.  Должно быть какое-то экспертное поле. И никто, кроме медиа, эту роль не выполнит.

О  расширении культуры – и культурном расширении

— Исследование культурной среды Воронежского региона, которое мы затеяли, будет уникальным. Подобного в стране не делалось. Хотя mapping- или картирование – это весьма актуальное явление для Европы. Наше исследование будет  независимым. Это я гарантирую. У меня нет даже намека со стороны губернатора или исполняющего обязанности мэра Геннадия Чернушкина на результаты, которые «нужно получить».

— Мой подход к этому исследованию базируется на том, что нужно максимально расширить понятие «культура». Культура – это среда. Мы будем исследовать не только работу культурных учреждений – они только часть этой среды. Нужно обратить внимание на клубы, городской дизайн, парки и многое другое.

— Похожее исследование проводилось и в Москве, но оно касалось только официальных учреждений культуры. И был сделан очень интересный вывод. С одной стороны, по количеству музеев, театров, галерей и прочего Москва не уступает Токио, Парижу и Нью-Йорку и почти не уступает Лондону. А по количеству и качеству инфраструктуры досуга  Москва оказалась даже не в первой сотне – здесь мало кафе, парковых зон, общественных территорий, семейных модулей, связанных со свободным временем.

О Черкизоне в российских городах

— Я видел, как изменился Нью-Йорк за последние 25 лет. Это потрясающе! Когда-то на Таймс-сквер, между 38 и 42 улицами, на каждом углу были драг-дилеры и проститутки – сейчас там совсем другая жизнь. Также изменился и Сохо, где в 60-е годы селились битники и хиппи. Нынче это буржуазный и респектабельный район с дорогой недвижимостью. Города живут, дышат, у них есть фазы, периоды, как у людей… Может быть, эти процессы не столь очевидны в Воронеже. Но я достаточно часто бываю здесь и вижу, что город меняется  быстро. И позитивно.  

— Однако Воронеж, как и каждый русский город сегодня, ужасен своей современной застройкой конца 90х — начала нулевых, уровнем дизайна, вывесками, пошлостью. Вот этим Черкизоном. Это такая лужковская архитектура по всей стране… Но если в Азии это органично, то в русских городах — невыносимо и убого. С другой стороны, в Воронеже есть очень живая энергия. Борис Куприянов, мой друг и создатель лучшего в стране книжного магазина «Фаланстер», лишь однажды побывав в Воронеже,  сказал: «Это всего  500 километров от Москвы – и это абсолютно южный город».  Мне кажется, это как-то с водой связано, с бассейном Дона…

О культуре,  IT и экономике

— В  последнее время мы с Алексеем Васильевичем Гордеевым много и глубоко общаемся.  Я испытываю большой интерес к нему, уважаю  его  политическую квалификацию. Он мощный игрок. Я достаточно  часто встречался с  губернаторами, и  у меня немного было таких впечатлений — сильных, и тем более,  радостных. Мы касаемся многих вопросов: инвестиционного климата, промышленных территорий и кластеров, недвижимости. Например, губернатор во многом связывает перспективы Воронежа с развитием сферы IT. Не будет этого – не будет и культуры. Мы ведь все понимаем, что культура сегодня должна быть встроена в экономическую  и социальную карту. И мысль о моем руководстве академией искусств возникла в контексте этих разговоров. Мне кажется, это нужно городу. А мне это творчески интересно. Готовить не просто художников, но свободных, ярких людей, готовых служить городу, региону, людям, живущим здесь.

О вузах — лучших и худших

— Поверьте, воронежская академия искусств – не самый худший вуз в стране. И я думаю, у нас быстро, за пару лет сделать его лучшим. К нам будут приезжать, в том числе из Москвы. Потому что вокруг вообще не очень радостная ситуация. У нас нет образцовых художественных вузов. И в этой ситуации сделать лучший вуз легче, чем сделать хороший, мощный, современный. На это уйдет лет семь, думаю.

— ГИТИС, к примеру, сегодня – это огромный, очень тяжелый остров, который уже немного… в астрале.  Я сомневаюсь, что потенциал абитуриентов ГИТИСа значительно выше, чем возможности абитуриентов академии искусств, где конкурс всего два человека на место. То, что представляет сейчас московская театральная школа, – это большая проблема. Посмотрите афиши больших столичных театров. Что там идет? Кто кого учит? Это же отсутствие всякой репертуарной политики, какие-то пошлые комедии…  А что такое актуальный российский театр? Кто его герои? Я сейчас перечислю театральных людей, в моем понимании состоявшихся. Иван Вырыпаев. Евгений Гришковец. Кирилл Серебренников, Константин Богомолов, Михаил Угаров. Эти люди изменили и меняют русский театр. И никто из них  не имеет  режиссерского образования. Это не проблема этих людей. Это проблема образования.  

О музейных театрах и монополии

— Как вы думаете, почему в «Комеди Франсез» поставили три спектакля Ивана Вырыпаева? Потому что театральная традиция существует  только тогда, когда она актуализируется. Сделать  театр современным, превратив его в музей,  невозможно. Театр не работает с архивами – он работает с переживаниями.

— Однако многие из этих «музейных» театров монополизировали государственное субсидирование. Они обирают другие театры. Я считаю, что  50 процентов бюджета должно идти на классический репертуар, а остальные 50

– на актуализацию. Такая практика существует во всех ведущих театрах и драматических, и музыкальных: Комеди Франсез, Опера Басти, Метрополитен-опера и прочих. Там полно традиционных костюмных постановок, но параллельно работают современные режиссеры, которые ставят  весьма радикальные спектакли, даже на классическом материале. И это всем интересно. Современное искусство и новая драма дико пострадали из-за того, что много энергии было потрачено на войну с «родителями». А «родители» страдают из-за того, что впадают в маразм.

О сферах и зонах в искусстве

— Несмотря на то, что я театральный человек, никаких преференций театральному факультету не будет. У нас в головах существует матрица деления искусства на виды и подвиды: музыка, театр, литература, живопись.  Сформировалась привычка делить искусства на сектора, зоны и наделы. Но сегодня это перестает работать. Все перемешивается в новый раствор. И мы не понимаем еще, что именно получится. Поэтому нужно не разделять факультеты, а нащупывать то, что будет их объединять. Хотя ремесло, критерии мастерства никто не отменяет. Просто мотивация должна быть другая.

Об успехе

— Простите за нескромность,  но если я попадаю в новый город, мне обычно через полчаса уже все про него понятно. Как себя ведут полицейские, что за реклама на улицах, как оформлены вывески, какие урны. И я надеюсь, что придет время и среда изменится в Воронеже. Это важнее чем триумф или провал конкретного театра. Это и будет успех. И люди его почувствуют, еще больше будут любить город, гордиться им.