Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
20 мая 2013, источник: РИА Новости

Оперу «Тристан и Изольда» Вагнера впервые представили в Москве

МОСКВА, 20 мая — РИА Новости, Елена Чишковская. Премьеру оперы «Тристан и Изольда» Рихарда Вагнера представили в воскресенье в московском театре «Новая опера» — впервые в столице и в четвертый раз в России.

«Новая опера» поставила перед собой одну из самых амбициозных задач за всю историю существования театра — осуществить постановку вагнеровского шедевра в год 200-летия композитора. С учетом того, что в Москве эта опера никогда не ставилась, а в российской истории эта сценическая версия стала всего лишь четвертой, переоценить значимость художественного события было сложно, а интерес публики выглядел вполне закономерным (билеты на два премьерных спектакля раскупили в самом начале продаж). В театре к работе отнеслись со всей серьезностью, следствием чего стал спектакль, которому еще предстоит по-настоящему состояться. Но тот факт, что в московской афише появился полноценный «Тристан», можно считать свершившимся.

Над постановкой работала интернациональная команда. Режиссером выступила немка Никола Рааб, художественную часть взял на себя англичанин Джордж Суглидес, использовавший эскизы декораций Альфреда Роллера, созданные для постановки Венской оперы образца 1903 года, музыкальным руководителем стал главный дирижер театра британец Ян Латам-Кениг.

Одной из главных удачных находок спектакля стало то, что постановщикам удалось нащупать хрупкий баланс между реальностью и особым флером романтической мистерии, разворачивающейся вроде бы на фоне реальных вещей и интерьеров, и в то же самое время — совершенно отдельно от них. Временем действия здесь стала ночь, поэтому все предметы — будь то очертания корабля, силуэты домов или сад — оказались окутаны таинственной дымкой, подсвеченной самыми изысканными красками (художник по свету Айвар Салихов). В кульминационных моментах намеки на реальность исчезали вовсе, выводя чувства героев на первый план. Так, в знаменитом любовном дуэте из второго действия за спиной у пары влюбленных возникало бездонное звездное небо, а в сцене смерти Тристана одинокие березки бесшумно уплывали вверх, оставляя в качестве акцента лишь предрассветную серость пустого задника.

На этом фоне любовь Тристана и Изольды могла бы стать одной из самых грандиозных трагедий на московской оперной сцене, но именно ее-то на премьере и не было. Хотя «Новая опера» подготовила два собственных состава, было все же решено пригласить гастролеров — певцов, специализирующихся на вагнеровском репертуаре. И если швейцарка Клаудиа Итен — обладательница не вполне вагнеровского, но чистого и звонкого сопрано — предстала в образе экстатичной и несколько диковатой рыжеволосой ирландской принцессы, что выглядело достаточно убедительно, то немец Майкл Баба, певший Тристана, был не безупречен с точки зрения вокала, а рисунок его роли остался и вовсе непроработанным. Кто был его Тристан с небритым подбородком, одетый в безликое серое пальто, какие чувства он на самом деле испытывал, публика так и не смогла понять. Но самое обидное, что между двумя героями не возникло того сильнейшего притяжения, без которого это произведение теряет смысл. Возможно, «Новой опере» стоило рискнуть и спеть премьеру собственными силами, что уж точно имело бы более высокий градус напряжения и эмоционального накала.

К чести солистов «Новой оперы», исполнявших остальные партии (Виталий Ефанов (Король Марк), Анастасия Бибичева (Брангена), Артем Гарнов (Курвенал), Александр Скварко (Мелот)), все они справились с поставленными перед ними задачами на самом высоком уровне. А дирижер Ян Латам-Кениг заставил оркестр, привыкший в большей степени к вердиевскому и россиниевскому репертуару, звучать с подлинно вагнеровским величием и драматизмом. Разве что хотелось бы чуть больше того самого эротического томления, которым пронизана партитура и которое начисто отсутствовало — как в оркестре, так и в пении двух главных героев.

Безусловно, «Тристана» театру еще предстоит освоить, введя в спектакль собственных солистов, отшлифовать мизансцены и доработать режиссерские неловкости, возникающие в хоровых сценах, где мужчины нелепо размахивают игрушечными мечами. Как пообещали в театре, уже осенью «Тристана» будут петь солисты «Новой оперы», и вот тогда в полной мере можно будет судить о качестве этой продукции и о том, насколько она подходит труппе. Пока же премьеру можно оценить как успешное начинание, у которого при определенных обстоятельствах может быть действительно хорошее будущее.