Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
23 декабря 2013, источник: Газета Коммерсантъ

Обратная сторона звезды

В Монте-Карло в историческом зале Garnier Opera состоялась европейская премьера программы Дианы Вишневой «На грани», в которую вошли два специально созданных для нее балета — «Switch» Жан-Кристофа Майо и «Женщина в комнате» Каролин Карлсон

За преображениями Дианы Вишневой наблюдала ТАТЬЯНА КУЗНЕЦОВА.

Можно сказать определенно: ни одна из российских (а тем более советских) балерин не имела и не имеет такого богатого репертуара, как Диана Вишнева. И это ее собственная заслуга: прима-балерина Мариинского театра с помощью продюсера Сергея Даниляна уже много лет деятельно формирует собственный репертуар. Более того, Диана как истинный коллекционер не довольствуется готовыми, уже кем-то станцованными шедеврами. Главной гордостью ее собрания являются балеты, созданные специально для нее лучшими хореографами актуального балетного театра. Программа «На грани» пополнила коллекцию Дианы двумя мировыми именами: арт-директор Балета Монте-Карло Жан-Кристоф Майо поставил трио под названием «Switch», в котором доминирует балерина Вишнева; Каролин Каравишлсон, глава Национального хореографического центра Рубе Нор--Па-де-Кале, подарила ей монобалет «Женщина в комнате». Работы корифеев оказались диаметрально противоположными: Каролин Карлсон представила Диану в самом выигрышном свете, Жан-Кристоф Майо отважился показать темные стороны звезды.

На первый взгляд его «Switch», поставленный на музыку Дэнни Элфмана, банальный любовный треугольник: мужчина (Гаэтан Морлотти), выбирающий между двумя женщинами — уютной и любящей (Бернис Коппьетерс) и непредсказуемо-своенравной (Диана Вишнева). Действие развивается в подчеркнуто реалистичном интерьере (сценограф Ален Лагард): массажная кушетка, низкое кресло, переносной балетный станок, периметр сцены ограничен низко висящими абажурами, в теплом свете которых уютно угнездилась немолодая пара то ли слуг, то ли домочадцев главной героини. Звездный выход Дианы Вишневой в серебристом платье от Карла Лагерфельда (блестящий клатч, брошенный на пол, испепеляющий взгляд, повелительный батман) разметал домашнюю идиллию в прах — хозяйка вскоре захочет секса со слугой, дружбы со служанкой, и оба еле выкрутятся из этих моральных передряг.

Эта роль, наверное, далась балерине нелегко: таких самовлюбленных, эгоцентричных, жестких персонажей она еще не играла. Изменилось все: посадка головы, жесты, походка, взгляд, даже классические па, ставшие истерично-резкими. Это капризное, требовательное существо, использующее близких в качестве объектов своих мимолетных желаний, на деле отчаянно одиноко. Финальный монолог героини на авансцене у балетного станка сродни душевному стриптизу: не только платье от Лагерфельда, но и защитные маски звезды слетают одна за другой. Отслаивается привычная патетика балетных па, угасает нервическая суетливость актерства: звезда снимает пуанты, забрасывает их на станок и, не защищенная своим искусством, беспомощно опускается на пол, оставленная всеми. Последним ее жестом становится посланный в зал воздушный поцелуй — тихий, как дыхание умирающего.

«Женщина в комнате», поставленная Каролин Карлсон на музыку Джованни Соллимы и Рене Обри, вдохновлена фильмами Андрея Тарковского и поэзией его отца, Арсения Тарковского. Любимые авторы хореографа подсказали и темы, и образное решение спектакля: простой стол, лавка, окно, за ним плещет листвой черно-белое дерево. Босоногая простоволосая женщина в синем платье и просторном халате, ее горькое одиночество, ее мечты, воспоминания о детстве, материнстве. Итог прожитых лет — простой, сочный и кислый, как разрезанные лимоны, которыми героиня в финале угостит зрителей. И поверх всего — поэзия вечной женственности, неизменной что в детстве, что в старости, дающей смысл и продолжение жизни, поэзия, которой Каролин Карлсон пронизала все эпизоды моноспектакля.

Диана Вишнева купается в этом поэтичном балете, как в горном ручье, любовно погружаясь в атмосферу и предложенные обстоятельства каждой сцены. Тут она не боится ничего: ни завернутых ног, ни рискованной ломки корпуса, ни тяжести иллюстративных мизансцен, как, например, той, в которой ее героиня, уцепившись за столешницу грубого стола, чуть ли не минуту, не касаясь пола, имитирует быстрый бег — так, что ее мелькающие ноги кажутся спицами гоночного велосипеда. Возраст, настроение, душевное состояние, даже физические особенности своей героини Диана Вишнева меняет мастерски и моментально, как хамелеон — окраску. Явно очарованная исполнительницей, Каролин Карлсон умерила ради нее экспрессионистскую резкость своего языка, включив в него элементы классического модернизма.

Графичный силуэт арабесок истаивает в плывущем окончании позы, запрокинутые ранверсе заканчиваются клубочком на полу, а полуронды со сгибом колена в окончании движения позволяют Диане Вишневой блеснуть выучкой классической балерины и одновременно продемонстрировать способность к телесной трансформации. Нелегкую работу над самой собой неугомонной российской балерины скоро смогут оценить и москвичи: в марте на Новой сцене Большого Диана Вишнева впервые в России станцует «На грани».