Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Ужасно великий: чем Стивен Кинг запугал все человечествоПопулярность писателя у публики огромна, но академический литературный мир не может решить, причислять ли его к большим писателям
31 декабря 2013, источник: Газета.Ру

«Некоторые новогодние фильмы стали суперхитами»

О формуле успеха новогодних фильмов и о том, когда людям нужна сказка, в интервью «Газете.Ru» рассказал Алексей Волин, бывший генеральный директор кинокомпании Амедиа, сегодня – заместитель министра связи и массовых коммуникаций

Небольшое локальное счастье

— В советское время было несколько культовых новогодних фильмов: «Карнавальная ночь», «Ирония судьбы», отчасти «Чародеи». Что сделало их культовыми? Или просто ничего другого под Новый год не сняли, и на фоне советского единообразия все хватались за первую предложенную сказку?

— Советский телевизор ставил своей задачей представлять советским людям очередную новогоднюю картину каждый год.

— Про очередное новогоднее советское счастье.

— Экономика была плановой, и план касался всего, в том числе, и счастья советского народа. Посредством телевизора и кинематографии. И реально каждый год что-то выходило, успешное и не очень.

Некоторые вещи «выстреливали»: «Ирония судьбы», «Чародеи», до этого «Карнавальная ночь». Не сильно «выстрелило» «31 июня». Кстати, и «Обыкновенное чудо», и «Мэри Поппинс», и другие фильмы, которые мы смотрим до сих пор, тоже появлялись на экранах под Новый год. Так что говорить, что «выстрелило» лишь несколько картин, не совсем верно. Другое дело, что некоторые стали просто суперхитами.

— Чем объяснить «силу и дальность» выстрела?

— Формула успеха в кино – сочетание сценария, кастинга, режиссерской и операторской работы, музыки и везения. Можно сделать хороший сценарий с правильным подбором актеров и даже музыкой. Но фильм не упадет на общественные ожидания. Дело в том, что бывают периоды, когда люди хотят сказки и когда они к ней не готовы.

— А когда люди хотят сказки?

— Конец 1950-х, когда вышла «Карнавальная ночь», в 1970-е желание сказки вновь стало достаточно большим.

— Почему? Потому что все серо и уныло в реальной жизни?

— Не поэтому. Кстати, время было как раз сытное.

— В 1970-е? Да ладно!

— На фоне предшествовавших 1960-х и до середины последовавших 1980-х – вполне. Это время, когда советские люди впервые узнали, что такое privacy. У людей появились свои машины, квартиры, дачи, джинсы, наконец!

— И бритвы с плавающими лезвиями, как следует из «Иронии Судьбы».

— По сути, началась жизнь для себя. Ушло это в начале 1990-х. Людям было не до сказки, потому что стояла задача выжить. Затем, в 2000-е, жизнь для себя в какой-то мере вернулась. Вообще, если смотреть большими историческими отрезками, мы увидим, что у любой нации есть периоды, когда она смотрит вовне — война, революция, первоначальное накопление капитала, — и периоды, когда сосредотачивается на себе, мотыжит огородик и строит свое небольшое локальное счастье.

Сказка нужна именно в момент, когда начинаешь строить свое локальное счастье.

Пройти кастинг

— Была на стыке тысячелетий пара замечательных фильмов – «Сирота Казанская» и «Внучка президента». Но суперхитами, увы, не стали.

— Просто они не попали в ожидания. Это как раз к вопросу о чуде – в тот момент его не ждали и в него не верили.

— Может, они ныне просто «политически вредные»? Там еще гимн Глинки и герой, похожий на Бориса Николаевича…

— Вот это как раз не сильно влияет на успех. Ведь президент там выступает фактически в роли Деда Мороза.

— Кстати, почему Путина не снимают в образе доброго Деда Мороза?

— Путина не снимают в роли доброго Деда Мороза, потому что, как я уже сказал, одна из важных вещей в кино – кастинг. А именно – попадание образа в роль.

— Вы что, хотите сказать, что Путин не прошел бы кастинг?..

— Нет. Путин не проходит кастинг именно на Деда Мороза. Он – другое поколение. В общественном восприятии он — «парень из нашего двора». И все эти годы таким и был: «парнем из нашего двора», который стал во главе государства. И при этом – он все равно свой, здешний, понятный, родной. Борис Николаевич не был «парнем с нашего двора», он был все же небожителем и поэтому мог нести в себе элемент волшебства.

— Почему «парень из нашего двора» не может быть волшебником? Скажем, прийти и спасти того же Деда Мороза от каких-нибудь злобных тварей?

— Разные роли. Как помните, у древних греков — были боги и были герои. В целом, правила жанра за две с половиной тысячи лет не сильно изменились. Деда Мороза не надо спасать, он волшебник. Почти божество. А Путин идет по разряду героев. И исполняет эту роль не в сказке и не в кино, а в реальной жизни. И при этом он еще очень конкретен и прагматичен. А это не волшебник. Возвращаясь к истокам жанра, Авгиевы конюшни поручили разгребать не богу, а герою. Разные миры.

В поисках Золушки

— В последние годы были сняты разные «Елки», продолжение «Иронии судьбы». Но они вряд ли станут такими же культовыми. Дело в актерах, в неуместности сказки или просто время общих кумиров прошло?

— Думаю, прежде всего в том, что общество фрагментировалось. В советский период мы не очень могли выбирать. 31 декабря все страна садилась за один телевизор и смотрела один фильм по одной программе. Сейчас страна имеет, во-первых, большое количество телеканалов, во-вторых, значительная часть уже в принципе ни перед каким телевизором не сидит, а некоторые и вовсе находятся за пределами страны.

— Некоторые уже и телевизоров не имеют, им хватает планшетников.

— Вот-вот. Кроме того, в советское время был одинаковый культурный код, на который ложились все фильмы. Собственно, вся культурная разница между людьми состояла в том, что кто-то читал «Архипелаг ГУЛАГ», а кто-то не читал. При том, что все равно обсуждали его все. В остальном ходили на одни и те же фильмы, по телевизору смотрели одни и те же передачи, читали одни и те же книги. Одному мог нравиться Пикуль с его «Словом и делом», другому Иванов с «Вечным зовом», но по большому счету люди читали одних и тех же авторов.

Ситуация сегодня: кто-то читает Акунина, кто-то Донцову, кто-то Толкиена. Так же и с фильмами.

— Время общих кумиров ушло безвозвратно?

— Не нужно стремиться создать что-то для всех. Да, есть универсальная формула успеха. Но даже она – как поваренная книга. Все хозяйки могут ее читать, а борщ все равно разный получится. А у кого-то не получится вовсе… То же самое с фильмом. Просто создать вещь, которая охватит всех и вся, стало значительно сложнее.

— Получается, сейчас вообще нельзя ничего общего для всех создать? Нам не нужна сказка или нет больше такой сказки, которая может понравиться всем?

— Думаю, есть такая сказка, и мы ее знаем. Это история про Золушку. И нравится она не только потенциальным золушкам. Как ни странно, она нравится даже принцам. Потому что каждый принц…

— …мечтает о Золушке?

— Мечтает найти девушку, которая будет ему благодарна, и которая не будет выносить ему мозг, в отличие от принцессы.

Светлана Бабаева