Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
28 января 2014, источник: Газета Коммерсантъ

Люди выбрали роботов

Французский электронный дуэт Daft Punk выиграл американскую награду в четырех номинациях, включая две основные — «Запись года» и «Альбом года». У россиян тоже есть повод для радости. В номинации «Лучшая танцевальная запись» победил уроженец города Саратова Антон Заславский, выступающий под сценическим именем Zedd. Комментируют БОРИС Ъ-БАРАБАНОВ и СЕРГЕЙ Ъ-ХОДНЕВ.

Антон Заславский родился в Саратове в 1989 году. Имея родителей-музыкантов, ему сложно было не начать играть уже в детстве, которое у него прошло в немецком городе Кайзерслаутерн. В четыре года он освоил барабаны и фортепиано, в тринадцать стал играть в группе, в двадцать занялся продюсированием электронных треков, находясь под сильным влиянием французов Justice. На его счету ремиксы и продюсерская работа над композициями таких исполнителей, как Скриллекс, Леди Гага, Джастин Бибер, The Black Eyes Peas. Песня, заработавшая ему Grammy, называется «Clarity», это заглавный трек его единственного сольного альбома, вышедшего в 2012 году. Пока сложно сказать, назовут ли именем Антона Заславского улицу в Саратове, но его случай — это определенно один из показательных сценариев пресловутого русского прорыва в поп-музыке.


Daft Punk на церемонии выглядели абсолютными королями. В самом их присутствии в зале Staples Center была здоровая доля абсурда, которой обычно не хватает этой длинной церемонии, отягощенной бесконечными выходами кантри-артистов — местных знаменитостей. Нужно просто представить себе эту картину: объявляют победителей в очередной номинации, и на сцену выдвигаются две молчаливые фигуры сначала в черных, потом в белых нарядах роботов — строгие костюмы, шлемы с отсвечивающим забралом, стальные перчатки. У «роботов» есть имена: Ги-Мануэль де Омем-Кристо и Тома Бангальтер. Поэтому люди вокруг, видимо знающие их не только по именам, но и в лицо, ведут себя как ни в чем не бывало — обнимаются с ними, жмут руки, если надо, подходят к микрофону: «Роботы просили сказать…» И кульминацией пребывания Daft Punk на церемонии стало, конечно, исполнение хита «Get Lucky» в компании соавторов Фаррелла Уильямса и Найла Роджерса, а также Стиви Уандера. Соответственно, данная версия «Get Lucky» представляла собой мэшап с песней Стиви Уандера «Another Star» и группы Найла Роджерса Chic «Le Freak».

При всем обаянии Daft Punk их альбом «Random Access Memories» — чистейшей воды эксплуатация звука 1970-х. Тем уместнее был финал церемонии с песней группы Nine Inch Nails «Copy Of A», в припеве которой поется: «Я просто копия копии копии. Все, что я говорю, было сказано уже давно».

На фоне колоритного ретрономера Daft Punk и компании и ударного финала с участием Nine Inch Nails, Queens Of The Stone Age, Дейва Грола (Foo Fighters, Nirvana) и Линдсея Бакингема (Fleetwood Mac) даже немного потерялось чествование The Beatles, которые впервые выступили в США 50 лет назад. Этой теме будет посвящено отдельное телешоу, которое на CBS покажут 9 февраля. А присутствовавшие на самой церемонии Пол Маккартни и Ринго Старр не стали изображать реюнион The Beatles. Вместо этого они исполнили песни из своих альбомов. Пол Маккартни прорекламировал новый сольник «New», исполнив «Queenie Eye». Правда, Grammy ему дали за другую песню — за «Cut Me Some Slack», записанную вместе с бывшими участниками группы Nirvana для фильма Дейва Грола «Sound City». А Ринго Старр спел своего легендарного «Фотографа», напомнив о выходе одноименного альбома фотографий.

Среди самых впечатляющих номеров церемонии можно назвать также совместный выход рэпера Кендрика Ламара, не получившего ни одной Grammy, несмотря на семь номинаций, и лас-вегасской группы Imagine Dragons, отмеченной в номинации «Лучшее рок-исполнение». Много ударных, белые костюмы, к концу песни окрашивающиеся в кроваво-красный цвет. Подпевали все — от Бейонсе до Стивена Тайлера. Также по ходу церемонии состоялось массовое бракосочетание. Многочисленные молодожены обменивались кольцами под куплеты победившего во всех рэп-номинациях Маклемора, к которому присоединились Тромбон Шорти, Куин Латифа и, в конце концов, Мадонна. Metallica сыграла «One» в память о Лу Риде. Пятым участником группы в этот вечер стал классический китайский пианист Лан Лан. В некоторых местах его подключения выглядели натужными, но в целом эксперимент удался.

За лучший рок-альбом награду вручили несуществующей группе Led Zeppelin за диск «Celebration Day». Это саундтрек к фильму, снятому на реюнион-концерте группы в 2007 году, то есть фактически очередной The Best. Led Zeppelin выиграли в этой номинации у триумфально вернувшихся в 2013 году Дэвида Боуи и Black Sabbath, а также у Queens Of The Stone Age, Нила Янга и Kings Of Leon. Лучшим альтернативным альбомом признали «Modern Vampires Of The City» Vampire Weekend. Оставшаяся, казалось бы, в далеких 1980-х Синди Лаупер получила Grammy в номинации «Альбом музыки для музыкального театра» — она поет в бродвейском мюзикле «Kinky Boots» (у нас это переводят как «Чумовые боты»). Комик и любитель банджо Стив Мартин вместе с певицей Эдди Брикелл получил Grammy в новой номинации «Лучшая американская корневая песня». Лучший альбом world music «Savor Flamenco» записали Gipsy Kings. Лучший регги-альбом выпустил Зигги Марли, он называется «Ziggy Marley In Concert».

А темной лошадкой, совершившей самый большой прорыв в ушедшем году, по версии Grammy, стала 17-летняя новозеландская певица Лорд с песней «Royals». Она выиграла «Песню года», не будучи даже представленной в номинации «Лучший новый артист». Такого не случалось не то что с новозеландцами — вообще ни с кем.

Что до классической музыки, то Grammy, выданные в академических номинациях, подчеркивают ставшее уже привычным ощущение, что «классический» раздел премиального списка исключительно внутреннее, практически домашнее дело американской индустрии: соответственно, видеть в этих наградах сколько-нибудь серьезный охват музыкальной жизни всего мира довольно затруднительно. Скажем, вот номинация «Лучшая оркестровая запись», где, казалось бы, у академиков были все возможности посмертно присудить премию Клаудио Аббадо за шумановский диск, записанный с болонским Orchestra Mozart. Уж точно никто не обиделся бы: дело даже не только в том, что это был бы очень достойный жест в адрес великого маэстро, просто сам альбом очень хороший. Но нет, обошли покойного дирижера, обошли Берлинских филармоников с Саймоном Рэттлом («Весна священная» Стравинского), даже Лос-Анджелесский филармонический оркестр с Эсой-Пеккой Салоненом ничего не получил. Досталась же премия в результате Симфоническому оркестру Миннесоты, в списке лучших симфонических коллективов Северной Америки находящемуся, мягко говоря, не на первом месте.

Ну или вот опера. Полную запись «Кольца нибелунга» с Кристианом Тилеманом, отличный трибьют завершившемуся вагнеровскому году, прокатили; очаровательный позднебарочный раритет «Артаксеркс» Винчи прокатили тоже. А оркестр и хор Metropolitan Opera, записавшие оперу «Буря» здравствующего английского композитора Томаса Эдиса,— те награждены. В номинации «Лучшее инструментальное соло» награждена знаменитая британка Эвелин Гленни, феноменальная перкуссионистка, но на самом деле патриотизм и здесь не дал слабину: на премированном диске она исполняет произведение современного американского композитора Джона Корильяно. Серьезным исключением смотрится разве что «Плач Адама» Арво Пярта, записанный эстонско-латвийской командой и премированный в номинации «Лучшая хоровая запись».

Вообще, хотя у Grammy есть специальная отдельная номинация «Лучшее современное классическое сочинение», современные композиторы явно преобладают и в остальных номинациях. И границы классической музыки при этом понимаются весьма широко. Скажем, в номинации «Лучшее вокальное соло», обойдя Чечилию Бартоли, Йонаса Кауфмана и Джойс Ди Донато, премию получила Дон Апшоу, записавшая музыку здравствующего композитора (американского, разумеется) Марии Шнайдер. А в камерной номинации победили не какие-нибудь традиционные квартеты да трио, а вокальный октет Roomful of Teeth с неортодоксальной манерой и причудливым репертуаром. Даже странно вспомнить, что еще несколько лет назад «классические» результаты Grammy усердно критиковали за глянцевитый консерватизм.