Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
19 августа 2014, источник: АиФ Иркутск, (новости источника)

На фоне мирного пейзажа. Байкал стал новым домом для беженцев с Украины

Две недели как у Елены, Андрея и двух их девочек — новый дом, побережье Азова они сменили на Байкал. Эти люди стали одними из первых, кто приехал в Восточную Сибирь не к друзьям, знакомым или родственникам, а просто так, в никуда.

Этих людей мы нашли по небольшой записи в соцсетях: «Помогите, кто может! Семья с Украины едет в Иркутск». О том, как обживается на новом месте, в прибайкальском поселке Слюдянка, бежавшее от войны в Донецкой области семейство Тесленко, узнала корреспондент «АиФ».

— Знаете, мы до сих пор не можем привыкнуть к местным пейзажам, — подходит к окну Елена Тесленко, — всё кажется, что за окном — картина. Дома такие виды любила ставить на компьютерную заставку наша дочь Дарина.

Андрей и Лена по очереди рассказывают о теперь уже прошлой жизни на хуторе Родионовка, что в 25 километрах от Донецкой области. О том, какое у них было хозяйство: четыре гектара собственноручно засаженной земли, корова, лошади, пчёлы. Какой собирали урожай, как ловко тринадцатилетняя Дарина скакала без седла на огромном жеребце-тяжеловозе… И о том, как в одночасье всё изменилось, в деревнях появились ящики для доносов, стали пропадать люди.

Елена говорит, что каждую ночь наглухо запирала двери и молилась, чтобы соседи не донесли. На них, «москалей» — то есть говорящих по-русски, вели настоящую травлю, с Дариной отказывались разговаривать школьные учителя, сыпались угрозы от одноклассников, до их хутора перестал ходить школьный автобус. Лена мечтала уехать, Андрей до последнего колебался — не мог поверить в происходящее.

Уезжали — почти бежали — налегке, с собой взяли только пилу и мультиварку. Автобус до Ростова едва не брали штурмом: когда-то в день было по шесть рейсов, потом остался единственный, попасть на него — настоящее чудо. Четырёхлетняя Машенька кричала от страха, когда на каждом блокпосту в автобус врывались люди с автоматами.

— Мы думали ещё попробовать вернуться домой, взять хоть что-то из зимних вещей. Андрею назад было нельзя, его как бывшего десантника тут же забрали бы в армию или просто расстреляли… Решила поехать я, — вспоминает Елена Тесленко. — Маша ничего не знала, но — хотите-верьте, хотите — нет — утром, когда я собиралась уезжать, она вдруг сказала не открывая глаз: «Мамочка, не ходи туда, тебя убьют». А через полчаса мы с Андреем узнали, что нашу азовскую таможню расстреляли…

Билет в один конец

Несколько дней назад Елене звонили знакомые-односельчане, рассказывали, что в их селении стоят танки.

— Многие мужчины спрашивают, почему я не пошёл воевать вместе с ополченцами. Я не верю, что смог бы остаться в этой стране, рядом с людьми, которые столько времени жили с нами бок о бок и копили злобу, — разводит руками Андрей.

Сейчас они с Еленой мечтают как можно быстрее получить новое, российское, гражданство. Потому-то и решили поехать в Иркутскую область: в нашем регионе действует программа переселения соотечественников, по которой можно в ускоренном режиме получить российский паспорт и «подъёмные» выплаты. Андрей видел Сибирь тринадцатилетним подростком, когда его мама работала на БАМе. Елена не представляла куда едет.

Месяц семья Тесленко добиралась в Приангарье через полстраны на видавшей виды «девятке» — всё, на что хватило денег от продажи огромного хозяйства. Семь тысяч километров, десять краёв и областей… Елена постоянно перечисляет тех, кто выручал их в дороге и помогает здесь, многих она помнит по именам. Узнав о беде Тесленко, встречные люди давали им денег, звали обедать к себе домой, делились одеждой. Девочка-поварёнок из челябинской пельменной отдала все свои небогатые сбережения — 150 рублей, мужчина-военный выложил 20 тысяч — «билет до Сибири». Встречалось и плохое: как-то на трассе «закипел» двигатель, машины проносились мимо, и семье с детьми пришлось несколько часов простоять в ожидании помощи. Но хорошего, говорят супруги, они встретили несоизмеримо больше.

Была бы земля…

— Я очень надеюсь, что эти строки прочитают наши земляки, люди, которые ещё остаются в Украине и боятся ехать в неизвестность. Те, кого в Киеве называют агрессорами, дали нам кров, накормили, помогли, мы даже не ожидали встретить столько хорошего… Русские — совсем не такие, какими их хотят там представить, — говорит Елена.

По дороге в Сибирь и уже в Иркутске — в коридорах миграционной службы — супруги встречали много таких же, как они, товарищей по несчастью. Они говорят, что даже в Приангарье сейчас можно найти переселенцев из любой точки Украины, а не только с её неспокойного Юго-Востока. Но среди них Тесленко оказались единственными, кто ехал в никуда, по крайней мере так им сказали при оформлении документов.

В незнакомой Сибири их временно приютила семья Рыбаковых из Слюдянки: только узнав об украинском конфликте, эти люди дали объявление, что поддержат переселенцев. Сейчас Тесленко готовятся к новоселью: здесь же, в Слюдянке им помогли найти небольшой деревянный дом за символическую арендную плату. Из окон видны горы, а если выйти на улицу, можно увидеть внизу за домами Байкал. После того, что пережили эти люди, их не пугает протекающая крыша и местами подгнившие доски: были бы на месте голова и руки. Они мечтают быстрее получить российские паспорта и устроиться работать по профессии: он — крановщиком, она — педагогом. И потихоньку прикидывают, как заняться пчеловодством, посадить огород и вырастить свой новый сад — не хуже прежнего. Уже на новой родине.

Комментарий

Дмитрий Сонников, председатель иркутской общественной организации «Взаимодействие»:

Дмитрий Сотников

— Тысячи километров, которые отделяют нас от Украины, не должны мешать прийти на помощь попавшим в беду людям. С этой весны мы проводим акции помощи украинским ополченцам: собираем одежду, продукты, медикаменты, отправляем деньги. Недавно нам пришло подтверждение, что на Юго-Востоке получили 1800 килограммов груза из Иркутска. Ещё весной два иркутянина отправились в Донецк, и всё это время мы поддерживаем с ними связь. В Иркутской области действует сразу несколько организаций, которые занимаются такой деятельностью, например — «Европейский союз молодёжи».

В сквере Кирова или на площади у иркутского цирка мы устанавливаем палатки для сбора помощи Юго-Востоку Украины и вынужденным переселенцам. И через одну только нашу организацию уже прошли тысячи человек.