Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
10 сентября 2014, источник: Rolling Stone

Джерард Уэй: «Я всегда чувствовал себя космическим пришельцем»

Экс-лидер My Chemical Romance о последних годах группы, брит-попе и своем сольном дебюте

Источник: Rolling Stone

Еще пару лет назад казалось, что у группы My Chemical Romance дела идут как нельзя лучше. Стадионные шоу, хэдлайн-выступления на фестивалях, отличные продажи пластинок «The Black Parade» и «Danger Days: The True Lives Of The Fabulous Killjoys». Однако, как оказалось, фронтмен коллектива Джерард Уэй был на грани последние четыре года – музыканту надоел материал MCR, необходимость постоянно идти на компромисс с музыкальной индустрией и вообще игра в рок-н-ролл по-крупному. В итоге в 2013 году Уэй распустил My Chemical Romance, и ничуть об этом не жалеет. 30 сентября выходит дебютная сольная пластинка музыканта «Hesistant Alien», на которой Джерард ударяется в обожаемый им брит-поп. «У меня есть куча пластинок различного брит-попа и шугейза, — объясняет Уэй. — Но по радио я не слышу ни одной новой песни в этих стилях. Пора поменять американский музыкальный пейзаж». Что и говорить, задача не из легких, однако Джерард готов к трудностям.

Что тебя всегда привлекало в брит-попе?

О, там много всего замечательного! Особенно мне близка энергетика стиля – она по уровню напоминает гранж в его лучшие времена. Мне кажется, что с появлением брит-попа британская музыка освободилась от оков синти-попа, Duran Duran и прочей ерунды. Я тащусь от названий британских групп и обложек их альбомов. Например, есть такая лондонская контора Stylorouge, которая занималась оформлением продукции Blur, Siouxsie & The Banshees, а также сделала весь дизайн для рекламной кампании фильма «На игле» — это же просто потрясающе выглядит. И еще в юности, помню, мне попал в руки журнал Select с Дэймоном Албарном на обложке, одетым, как какой-то школьник. Я уже тогда подумал, что это то, что надо.

Не сказать, что влияние брит-попа сильно ощущается в работах My Chemical Romance. Откуда он появился на твоем «Hesitant Alien»?

Во время учебы в школе я жутко фанател от брит-попа. Но после выпускного я оказался в жуткой депрессии, был очень подавлен. Мне хотелось какого-то нового звучания, и я создал его вместе с моими друзьями в My Chemical Romance. Я, кстати, очень горжусь тем, что мы сделали – это и мне пошло на пользу, и мир в тот момент нуждался в чем-то подобном. Я доверился своему внутреннему художнику, и все получилось. А теперь, спустя 13 лет, я снова юнец из художественной школы, и вернулся к брит-попу.

Можно ли сказать, что причиной распада My Chemical Romance стало время?

Не знаю, но в целом это был самый подходящий для финала момент. Люди ожидали от нас чего-то вроде альбома «Danger Days», и это, признаться, меня не очень радовало. Меня не покидало ощущение, будто я делаю какой-то глобальный художественный проект, а не занимаюсь музыкой. Причем это началось именно с этой пластинки.

То есть «Hesistant Alien» стал этаким экспериментом по освобождению самого себя?

Да, так и есть. Но эта пластинка оказалась очень сложным опытом. Мы записывались то у Роба Кавалло на студии Lightning Sound, то в старой студии My Chem, но большая часть альбома была сделана на Sonic Ranch в Техасе. Мы засели там на целый месяц – я старался сделать все идеально, при этом не выбиться из бюджета, и записать все именно так, как мне хочется.

Что ты вкладываешь в понятие «как мне хочется»?

Да практически все (смеется). Например, еще в 15 лет я купил себе свою первую гитарную примочку – это был Russian Big Muff, который контора Sovtek делала в Саратове. Я постоянно пытался пихнуть его куда-нибудь в My Chemical Romance, но до него дело так ни разу и не дошло. Ну и при записи сольного альбома я, конечно, с него и начал. Потом подключил перегруз Fender Blender, потом еще фузз Watson, и получил невероятный арсенал звуков. Кроме того, я решил использовать в записи только гитары Fender – на альбоме звучат Telecaster и Jazzmaster, потому что на них играют Грэм Коксон и Supergrass.

Кроме того, я не стесняюсь быть на кого-то похожим. На альбоме есть вещи вроде «Drugstore Perfume» — это моя американская «Common People», или «Bureau», на которую меня вдохновила «Station To Station» Боуи. «How It Going To Be» написана после прослушивания Венди Карлос, а «Zero Zero» очень похожа на «Song 2» Blur.

Замечу, что ты не назвал ни одного современного трека или группы.

Ну да, поэтому и альбом так называется. Я слишком много времени провел, пытаясь вместе с My Chemical Romance вписаться в нужные всем рамки и быть на виду. И вот сейчас я, наконец, могу от этого избавиться. Ну и в целом я всегда чувствовал себя каким-то космическим пришельцем. Помню, мы выступали на канале TRL, одетые и разукрашенные по полной программе, словно вампиры. И в какой-то момент мне показалось, будто я впервые оказался на Земле, на каком-то безумном телешоу, вокруг орут и беснуются фанаты, а мне до всего этого нет никакого дела. Забавно было.

Какие надежды ты возлагаешь на свой дебютный альбом?

Пока моя основная цель – мощно его презентовать и отыграть первый концерт. А затем продолжать писать песни. У меня это снова отлично получается, и я счастлив. Для меня сейчас главное – постоянно творить, а не заниматься каким-то проектом по три года, изучая пожелания аудитории и подстраивая его под общественные стандарты. Я хочу запустить новую машину: сыграть кучу концертов, встретить множество интересных людей и скинуть, наконец, маску.