Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Ужасно великий: чем Стивен Кинг запугал все человечествоПопулярность писателя у публики огромна, но академический литературный мир не может решить, причислять ли его к большим писателям
30 сентября 2014, источник: Rolling Stone

Билли Айдол: «После тура “Rebel Yell” я продолжал жить на всю катушку»

RS публикует отрывки из автобиографии музыканта «Dancing With Myself».

Не секрет, что когда музыканты приходят к возрасту, в котором самое время писать мемуары, большинство из них пользуется услугами литературных рабов, которые облекают бессвязные воспоминания артистов в приемлемую для чтения форму. Однако Билли Айдол решил быть честным со своими поклонниками и рассказать историю своей жизни и карьеры самостоятельно. 7 октября на прилавках магазинов появится автобиография музыканта под названием «Dancing With Myself», в которой Билли рассказывает, как из обычного панка и фаната Sex Pistols он превратился в лидера собственной группы Generation X и в итоге стал героем MTV. Перед выходом книги RS публикует отрывки из ее 29 главы, повествующей о том, как одновременно с пришедшей славой жизнь Айдола начинает разваливаться из-за наркотиков и гастрольных буйств. А 21 октября свет увидит десятый альбом Билли Айдола «Kings And Queens Of The Underground», который можно предзаказать на официальном сайте музыканта.

Автобиография Билли Айдола «Dancing With Myself»

Возвращение Билли Айдола с песней «Can't Break Me Down» и новым диском

Глава 29. Вершина мира, мам.

После моего возвращения в Нью-Йорк мы с Перри (Перри Листер, британская актриса и танцовщица, бывшая подружкой Айдола в 80-х — прим. RS) переехали сначала на Джонс-стрит, а после того, как фанаты пронюхали про этот адрес и день и ночь толклись у подъезда, — на Барроу-стрит, что рядом с шоссе Вест-Сайд-Хайвей. Это у черта на рогах, поэтому нам никто не докучал. У меня тогда завелись кое-какие деньги, и я решил впервые в жизни украсить свое жилище — конечно же, первым делом я купил роскошный черный диван, постелил на пол черный же ковер, а окна завесил тяжеленными красными шторами, которые отлично контрастировали с кипельно белыми стенами. Черный ковер оказался весьма забавной штукой: иногда я ронял на него черную футболку, забывал об этом и неделю мог сокрушаться, что потерял ее. Потом я открывал шторы, чтобы проветрить комнату, и обнаруживал ее на полу, абсолютно слившейся с этим чертовым ковром.

К сожалению, наше счастье в этой квартире на Барроу-стрит длилось недолго. В один из серых и промозглых дней зимы 1986 года Перри послала меня к черту и съехала, оставив меня с разбитым сердцем и в жуткой депрессии. Я был сам виноват в нашем разрыве, и сам оттолкнул Перри своим поведением. После тура «Rebel Yell» я никак не мог тормознуть и продолжал жить на всю катушку, руководствуясь только лишь своими желаниями и не пропуская ни одной юбки. И все это вместо того, чтобы проводить больше времени с любовью всей моей жизни.

Но, как бы то ни было, я все же готовил свой третий сольный альбом, который назвал «Whiplash Smile». Все песни на нем проникнуты тоской после разлуки с Перри. Когда я переслушиваю эту пластинку сейчас, каждая нота напоминает мне об одиночестве той поры.

В итоге, конечно, мое расставание с Перри и грусть по этому поводу сослужили мне хорошую службу. Я пытался взывать к великим духам 50-х, которые умели обратить собственные страдания себе же на пользу: Элвиса, Джина Винсента, и великого Джонни Рэя. Мой кавер на вещь Букера Ти-Джонса «I Forgot To Be Your Lover», который стал первым синглом с альбома, в полной мере отражает мое тогдашнее тягостное одиночество.

Я впервые услышал «To Be A Lover» на пластинке Джорджа Фэйта со старыми соул-хитами, который заиграл новыми красками после вмешательства знаменитого рэгги-продюсера Ли «Скрэтча» Перри, в 1977 году выпустившего его ремикс. Я решил заменить грув рэгги на рокабилли, ускорил композицию в два раза, и в итоге у меня получился довольно оптимистичный танцевальный трек. Стив Стивенс позже придумал убийственный рифф для «To Be A Lover» и сделал отличный ремикс на композицию.

После выхода «To Be A Lover» в качестве сингла мы сыграли его на вечеринке, устроенной братом Дэна Эйркройда Питером. После концерта ко мне подошел какой-то патлатый парень и начал восторгаться нашей версией песни. Оказалось, что это Стив Кроппер, легендарный гитарист, который участвовал еще в записи оригинала «To Be A Lover». Он был для всех нас настоящим героем, поэтому его слова значили для меня очень много.

А вот за песней «Sweet Sixteen» стоит реальная история. Во время работы над «Rebel Yell» я где-то прочитал историю о Коралловом замке во Флориде, который построил эксцентричный латыш Эдвард Лидскалнин. Его в свое время бросила 16-летняя невеста по имени Агнес, после чего убитый горем Эд отправился путешествовать сначала в Европу, а потом через Канаду перебрался в Америку и осел во Флориде, где и начал строить впечатляющую конструкцию из громадных известняковых плит — причем до сих пор не ясно, как он умудрился создать все это в одиночку. Чего стоят одни только девятитонные ворота в замок, которые можно открыть одним пальцем! По слухам, Эд сумел преодолеть гравитационный эффект и заставить глыбы левитировать, так как работал он всегда один, только по ночам, и тщательно скрывал процесс. К его жилищу приезжал грузовик с каменными плитами, Эд просил водителя отвернуться, а когда тот поворачивался, кузов был уже пуст, а глыбы стояли на подготовленных для этого местах. При этом у Эдварда было всего четыре класса образования. Когда кто-то спросил его, зачем он построил такой причудливый замок, скульптор ответил: «Это для моей Sweet Sixteen», имея в виду свою сбежавшую невесту. А я записал свою «Sweet Sixteen» для Перри.

Изначально в «Whiplash Smile» был заложен большой потенциал. Этот альбом должен был стать достойным преемником «Rebel Yell»: созданный группой музыкантов, которые очень много работают и понимают друг друга с полуслова. Однако я, как истинный панк, решил сделать все по-другому и настоял на том, чтобы на пластинке звучали только мои песни, которые я придумал в одиночку. Мало того, я сделал этот альбом синтезаторным, что могло сработать, будь я в хорошей форме, но в итоге звучало не очень убедительно из-за моей депрессии. Короче говоря, из-за собственного упрямства я просрал все на свете и упустил возможность прогреметь с «Whiplash Smile» на весь мир. В результате получилась довольно беззубая пластинка с низким КПД, что, к тому же, привело меня к отчуждению с моим другом и коллегой Стивом Стивенсом.