Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
3 февраля 2016, источник: Om1.ru

Сергей Костарев: Из-за плохой экологии омичи ежедневно гибнут от онкозаболеваний

Эколог, преподаватель ОмГУПС Сергей Костарев рассказал, какое на самом деле занимает Омск в экологических рейтингах, сколько горожан каждый день умирают от онкологических заболеваний и почему уничтожаются зеленые уголки комфорта.

— По последним данным рейтингов, Омск входит в десятку лучших городов России по экологии. Мы, как журналисты, писали и про черный снег, который в городе иногда выпадает, и про ядовитые отходы, и заводской дым. Получается, что глазам своим можно не всегда верить?

 — Рейтинги бывают очень разные. И последний рейтинг, по которому мы сейчас впереди многих городов, это только отчетность министерства природных ресурсов Омской области. Если мы правильно и вовремя отчитались, мы победители. Например, в 2013 году мы были последние по этому же рейтингу, после этого министра заменили. Экопоказатели указывают не на экологию, а на то, как организована система управления. Есть показатель, который часто используют — источник загрязнения атмосферы. На него всегда ссылаются, что раньше в Омске был 14-й уровень, а теперь четвертый. И всем очень нравится. Но, на мой взгляд, это тоже лукавство. И это все профессионалы знают, мы не выдерживаем требований регламентирующих документов. Если там написано, что для Омска должно быть 20 постов, где измеряется загрязнения, а у нас их 8. К тому же измеряется только половина положенных показателей. Органы власти стараются приукрасить ситуацию. Это стремление понятно, но не очень полезно для омичей. Потому что так мы многие федеральные программы от себя отталкиваем.

 — Существуют ли альтернативные исследования?

 — Сейчас нет, это очень дорого. Нужны десятки миллионов рублей.

 — На каком месте, на ваш взгляд, сейчас действительно находится город?

 — Лидер по плохой ситуации. И это не только моя точка зрения. Если мы возьмем санитарно-медицинские показатели, такие как онкологические, аномалия развития плода, цифры будут показательными. В 95−96 году Омск по онкологии занимал 1 место. Сейчас ситуация немного улучшилась, если можно так сказать. Цифр нет в общем доступе. Но где-то 13 человек каждый день в городе умирают от онкозаболеваний. И это напрямую связано с экологической ситуацией в городе.

 — Город-сад, о котором мы все много говорим, — это только ностальгическое воспоминание или вполне достижимая мечта?

 — Концепцию «город-сад» придумали больше ста лет назад в Англии. Она подразумевает, что люди живут как на природе. В России по такой концепции строился Барнаул. В Омске тоже была сплошная зеленая зона — непрерывная система парков и скверов, которая была разорвана. Мы с городской администрацией очень сильно расходимся во мнении, что такое парк. Они считают, что современный парк возможен в одном виде — ровные гранитные дорожки, какие-то увеселительные заведения, побольше систем питания, и, главное, чтобы «все просматривалось».

— Чтобы не было укромных мест, где могли бы развернуться криминальные элементы?

 — Возможно, но природа не может жить, когда ее полностью расчистят. Поэтому и в советских парках всегда были уголки, куда людям ходить не надо. Там никто не резал траву — это было запрещено. Даже в Лувре есть такой уголок. Идеально выстриженные аллеи, скульптуры, а в нескольких шагах — настоящая чаща. Парк — это не клумба, а сложная экологическая система. Природу можно содержать в идеальной чистоте, но это будет очень дорого. На улице Валиханова даже елки сейчас засыхают — кругом гранит и бетон. Сама по себе эта улица, может быть, и красивая. Но сейчас похожа на одну большую проходную дорогу. Где нет тени, а, значит, летом будет жарко. И мало остается уголков комфорта — с лужайками и липовыми аллеями, где люди могут выйти и посидеть после работы. И это противоречит подходу к современному зеленому строительству в городах.

 — Недавно завершился экспертный совет премии «Народный герой», который окончательно утвердил тех, кто может претендовать на это звание. Трудно ли было сделать свой выбор?

 — По некоторым номинациям было очень сложно. «Благотворительность» и «Самоотверженность» были очень непростыми. Как оценить, что более самоотверженно — спасти человека или вырастить шестерых детей? В экспертный совет вошли очень разные люди, но, как ни странно, мы сошлись во мнениях. Никто не возмущался, что в финал вышел тот или иной. Эксперты в данном случае сыграли роль «упрощения». Конечно, омичам голосовать за более чем 200 претендентов было бы нереально. Даже за 50 сложно. Но срок позволяет, хорошо, что организаторы дали время подумать. По крайней мере, я так делаю: сначала голосую за человека в одной номинации, потом подумаю, все взвешу и перехожу к следующей номинации. Это позволяет погрузиться пространство замечательных людей и поступков.

 — Были ли истории, которые вас поразили?

 — Два человека. Это многодетные отцы, которые одни воспитывают детей. Может быть, это и обыденное сейчас явление, но мы об этом не знаем.

 — А одинокие многодетные мамы вас не удивляют?

 — Удивляют. Их я тоже выдвигал. И замечательно, что Марина Корабаева туда попала. Я знаю эту семью и знаю, как они борются за свою семью и своих детей. Но к таким мамам мы уже привыкли, а вот история многодетных отцов, может быть, послужит опорой тем, кто оказался в такой же ситуации.

Дарья Федосеева.