Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
12 января, источник: "Российская газета"

В Башкирии начали применять новый вид наказания осужденных

Башкортостан вошел в число 11 пилотных регионов, где с 2017 года заработали первые в стране исправительные центры.

Для какой категории осужденных они предназначены, как будет строиться их работа, сколько человек готовы принять — на «деловом завтраке» рассказал временно исполняющий полномочия начальника Управления федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан Михаил Капустин.

Михаил Львович, получается, что новый вид наказания заменит более строгую меру — лишение свободы? Но ведь те, кого приговорили к труду, должны все же жить на территории центра?

Михаил Капустин: Действительно, принудительные работы будут применяться как альтернатива лишению свободы за совершение преступления небольшой или средней тяжести. Также суд может направить в исправительный центр и совершившего тяжкое преступление впервые. Максимальный срок такого наказания составляет пять лет.

В исправительных центрах осужденные работают без охраны, но над ними осуществляется надзор. Они имеют право свободно передвигаться по городу, но проживать обязаны в центре. При этом после отбытия одной трети срока с разрешения администрации учреждения могут проживать дома, если, конечно, он находится поблизости.

А центр пришлось специально строить или приспособили какое-то готовое здание?

Михаил Капустин: Отдельный участок исправительного центра был создан на базе колонии-поселения N6 в Стерлитамаке. Обошлось это в 16 миллионов рублей. Средства были потрачены на ремонт и перепрофилирование здания, покупку мебели, бытовой техники.

Принудительные работы будут применяться как альтернатива лишению свободы за совершение преступления небольшой или средней тяжести

Проживать осужденные будут в помещениях кубричного типа, рассчитанных на 6−8 человек. Установленная норма на одного человека составляет не менее четырех квадратных метров жилой площади. В целом центр рассчитан на сто человек: 64 мужчин и 36 женщин.

Какой работой вы готовы их обеспечить?

Михаил Капустин: В самом центре мы сможем трудоустроить до 60 человек. Часть из них — в уже работающий в колонии-поселении N6 цех по переработке овощей. Здесь налажен выпуск соленых помидоров и огурцов, квашеной капусты, маринадов. В прошлом году в цеху переработано 387 тонн овощей.

Для другой части осужденных найдется работа на предприятиях Стерлитамака, есть предварительная договоренность о трудоустройстве 70 человек. Даже если исправцентр будет полностью заполнен, без дела никто не останется.

Работают ведь не только осужденные к труду, но и другие заключенные, если у них есть желание. Сколько удалось получить доходов в прошлом году в целом по всем учреждениям УФСИН республики?

Михаил Капустин: Цифра чуть меньше, чем в 2015 году, — один миллиард рублей. Экономический кризис и, как следствие, снижение заказов на нас также сказались. Но администрации подведомственных учреждений постоянно работают над тем, чтобы заключенные были трудоустроены. Это не только возможность заработать, главное для нас — подготовить человека к жизни после освобождения, чтобы он вышел на свободу, имея профессию. Есть такие, кто успевает за несколько лет заключения получить 5−6 специальностей.

В основном заключенные работают на производстве продукции из металла или дерева. База, станки сохранились еще с советских времен. Теперь вот планируем осваивать сельское хозяйство. У нас сейчас две колонии с сельскохозяйственным уклоном: КП-6 в Стерлитамаке и КП-5 в Уфе. У них есть земельные наделы, тепличное хозяйство, маленький консервный завод по производству овощей.

Есть еще один вид более мягкого по сравнению с заключением под стражу наказания — домашний арест. Много у нас носителей электронных браслетов? Пытаются они как-то обмануть эту систему?

Михаил Капустин: Около 200 человек таких. Конечно, попытки свободно передвигаться они предпринимают. И ломают, и топят браслеты, пробуют заизолировать, обмотать, чтобы сигнал не проходил. Даже кипятят. Все эти попытки мы пресекаем.

А что можете сказать об условиях содержания заключенных? Одно время поступало много жалоб из следственных изоляторов: люди вынуждены были спать по очереди, мест не хватало…

Михаил Капустин: Да, была такая проблема в следственных изоляторах, за что нас справедливо наказывали органы прокуратуры. Сейчас ситуацию удалось поменять, наполняемость изоляторов в пределах 85 процентов от нормы. Пока есть проблема с колонией особого режима и колонией для бывших сотрудников правоохранительных органов. Там сейчас примерно на 200 человек больше, чем должно быть.

В 2015 году одна за другой башкирские колонии поднимали бунты, прошлый год был в этом отношении спокойным. Пошли навстречу осужденным, выполнили их требования или, наоборот, усилили дисциплину?

Михаил Капустин: Жалобы, которые предъявляли заключенные, были надуманные. Кто-то говорил, что плохо кормят, другие — плохо обеспечивают вещевым имуществом. Надо сказать, что только обуви каждому заключенному выдается пять пар, я уже не говорю про одежду, которая включает с десяток наименований. В целом, содержание одного осужденного вместе с питанием обходится государству почти в 144 тысячи рублей в год.

У нас тогда побывали и правозащитники, и блогеры, и уполномоченный по правам человека, и различные надзорные органы. Они признали, что только в ИК-2 в Салавате были некоторые нарушения, а именно: администрация часть контрольных функций переложила на осужденных. Все другие жалобы не соответствовали действительности.

Кому-то просто захотелось послабления режима, жить по своим правилам.

В Башкирии есть, скажем так, известные заключенные, осужденные по резонансным делам?

Михаил Капустин: Пожалуй, нет. Был у нас директор пермского клуба «Хромая лошадь». В свое время история с обстоятельствами его осуждения нашумела на всю страну. Сейчас он этапирован в другой регион. Известный всей Башкирии педофил Валеткин также отбывает свой пожизненный срок не здесь. У нас нет колоний для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы.

Что касается так называемых «воров в законе», последний из сидевших у нас вышел на свободу в прошлом году.

Помимо исправцентра, какие новшества ждут в этом году систему наказания Башкирии?

Михаил Капустин: Мы вошли в целевую федеральную программу и начинаем строительство нового следственного изолятора на 500 мест в Иглино. Также по федеральной программе открываем лабораторию по выявлению ВИЧ-инфекции среди заключенных. Это важно для нас, так как контингент специфический и некоторые поступают сразу с целым букетом неизлечимых или плохо поддающихся лечению заболеваний.

Справка «РГ».

В состав УФСИН РБ входит: девять исправительных колоний, две колонии-поселения, пять следственных изоляторов, воспитательная колония, лечебно-исправительное и лечебно-профилактическое учреждения.

Всего в учреждениях и на учетах в уголовно-исполнительных инспекциях состоит более 27 тысяч человек. Из них в СИЗО свыше 2,5 тысячи подследственных, обвиняемых и подозреваемых. В исправительных колониях около 11 тысяч осужденных. Отбывают наказание, не связанное с лишением свободы, почти 14 тысяч человек.

Пока ни одного комментария, будьте первым!
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
, вы можете комментировать еще  дней
, вы можете комментировать еще  дней
31 деньподписки за59рублей
Оплатите подписку, чтобы читать все комментарии и участвовать в обсуждении новостей