Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
12 февраля 2017, источник: Фонтанка, (новости источника)

Хоровод как ответ на крестный ход

Кучки «маргиналов и провокаторов», как называют противников передачи Исаакиевского РЦП в партии власти, оказалось достаточно, чтобы обступить собор тройным живым кольцом.

От полутора до трёх тысяч человек: так оценивают массовость акции против передачи Исаакиевского собора в руки РПЦ сами участники мероприятия.

Во второй половине дня в воскресенье, 12 февраля, возле Исаакиевского собора исчезли организованные хоругвеносцы, ходившие здесь крестным ходом с утра. Их сменили люди с голубыми ленточками.

Мимо Исаакия быстрым шагом шли в сторону «Англетера» двое молодых мужчин в ярких спортивных костюмах.

— А это что такое? — остановился один и показал пальцем на растущую толпу в сквере.

— Да против РПЦ собрались, против передачи Исаакия, — потянул его за рукав второй.

— Давай тоже пойдём? — предложил первый.

— Ой, да там и без нас народу хватит, — отмахнулся второй.

Народу было и вправду немало. Хотя до начала мероприятия оставалось с четверть часа.

«Своих» опознавали по голубым ленточкам, приколотым к курткам, шапкам, сумкам, коляскам, косичкам — куда получится. 

Интеллигентного вида старушка, подвыпившая тётка в сноубордистской куртке, дамочка с той-терьером, дедуля со значком «Коммунисты России», молодые пары с рюкзачками — по скверу ходили люди с очень разными лицами, но с одинаковыми синими ленточками.

Немолодая женщина держала папку с бумагами. В ответ на просьбу рассказать, что это у неё, охотно сняла варежки и вынула репродукцию.

— Это «Апостол Пётр», мозаика по оригиналу Басина из Исаакиевского собора, — объяснила. — В создании этих мозаик принимал участие мой дед, он в 1895 году окончи санкт-петербургскую Императорскую академию художеств и до самой смерти был художником-мозаичистом. И я категорически против того, чтобы собор достался церкви. Как они всё это будут сохранять? Сейчас в музее есть большой штат людей, только этим и занятых. И что, церковь будет платить им за работу? Церковь у нас богатая только для себя.

Рядом молодая женщина что-то объясняла подруге, кивая на Исаакий.

— Я уже особо не рассчитываю, что мы что-то сможем изменить, — вздохнула она. — Но мы пришли, чтобы показать: есть люди, которые против того, чтобы Исаакиевский собор отдавали церкви. Я понимаю, что решение наверняка уже принято, но… Пусть они видят, что люди, которые любят свой город, существуют. Мы же совершенно не против того, чтобы РПЦ проводила там свои службы. Да они и так их проводят, они и так держат там свою лавку, никто им никогда не мешал. Но зачем им храм отдавать? Я читала у вас на «Фонтанке», что музей не брал у города денег, что он сам зарабатывал на реставрацию. Это очень сложное сооружение. Запустить туда РПЦ — и мы останемся без Исаакиевского собора.

Пожилой и спортивный мужчина признался, что сам он — человек верующий, в церкви рядом с домом бывает регулярно. Но теперь тоже пришёл на площадь.

— Исаакий — символ мировой культуры, это вообще символ города, — пустился он объяснять. — Собор никогда не принадлежал церкви, он всегда принадлежал государству. А РПЦ ведёт себя некрасиво.

Тем временем началось мероприятие. Чтобы его не назвали несанкционированным митингом, организаторы объявили всё это встречей депутатов с избирателями — их коллеги из партии власти собираются закрыть и эту лазейку, но еще не успели. Депутатов, активно встречавшихся с избирателями, было двое: Борис Вишневский и Максим Резник.

Ровно в час дня они забрались на скамейку в сквере перед Исаакием, аккуратно подстелив под ноги картонку. Их обступила толпа народу. Говорили они о том, что будут защищать собор и дальше, что информации о происходящем с Исаакием мало — они запустят газету, для чего объявят сбор средств со всех неравнодушных.

— Мы можем заставить власти отступить, — взывал к согражданам депутат Вишневский. — Но очень мало информации. По федеральным каналам вы не узнаете ничего о том, что происходит с Исаакиевским собором.

Только о том, что кучка маргиналов и провокаторов выступают против исполнения федерального закона.

Поэтому мы организовали «Яндекс-кошелёк», завтра объявим его реквизиты и попросим вас хотя бы небольшие деньги пожертвовать на организацию кампании. Нужно будет выпустить газету, надо будет готовить акции….

— Какой кошелёк, где кошелёк? — кричала депутату из толпы старушка в вязаной шапочке.

— В Интернете, — отвечал ей Вишневский.

— Ох, я в Интернете-то вашем не умею, — всплёскивала руками бабушка. — Сына надо будет попросить….

Кроме того, депутаты планируют добиваться в Петербурге референдума, и первый вопрос будет о согласии или несогласии горожан на передачу Исаакиевского собора в руки РПЦ, а второй — о доверии или недоверии губернатору Полтавченко. Правда, до сих пор оппозиционным депутатам не удавалось устроить в Петербурге референдума. Но надежды они не теряют.

— Цветы сквозь асфальт всё равно прорастают! — кричал со скамеечки-трибуны депутат Резник. — Мы сделаем всё, что от нас зависит, но фундамент — это вы!

Пожилая женщина в платке хватала депутата за рукав.

— Они что, поменялись ролями с коммунистами? — спрашивала она. — Те громили церкви, а эти громят музеи? Я — блокадница. Всю жизнь занималась архитектурой Петербурга. Мне больно смотреть на это безобразие!

В четверть второго люди с синими ленточками начали перемещаться из сквера к Исаакию. Шли организованно по «зебре». Людей было много, переход они занимали долго. В половине второго вокруг собора выстроилась цепь. Сначала выяснилось, что «кучки маргиналов и провокаторов» достаточно, чтобы обступить Исаакий плотным живым кольцом. Потом колец стало два. Потом замкнулось третье.

— Исходя из периметра собора, можно предположить, что здесь тысячи полторы человек, — прикинул депутат Вишневский.

Женщина, стоявшая в цепочке, рассказала, что она тут с утра. И крестный ход, устроенный сторонниками передачи храма, тоже видела.

— Один мужчина подошёл и говорит: у них в Выборгском районе мало церквей, поэтому Исаакий надо передать РПЦ, — усмехнулась она. — А я у него спрашиваю: и что, надо Исаакий к вам в Выборгский район перетащить?

Молодая пара стояла рядом с собором, мужчина с голубой ленточкой держал коляску, женщина — маленькую девочку, которой ленточку привязали к шапке.

— Ей десять месяцев, — сообщила с гордостью мама. — Мы посмотрели, не будет ли здесь опасно, потом решили подойти ближе. Мы не хотим, чтобы дочка в школе учила религию.

— Мы вообще-то сами православные, — добавил папа. — Но РПЦ и православие — это разные вещи.

В три кольца поместились не все люди с ленточками, оставшиеся бродили за «периметром». Когда хоровод двинулся по часовой стрелке вокруг собора, они тоже пошли рядом. Кто-то ещё оставался в сквере, кто-то пошёл греться в музей, купив билет за 250 рублей. Потом выяснилось, что пройти можно и без билета. Через вход, которым обычно пользуются верующие, когда в соборе проходят службы. Видимо, в этот день оттуда некоторое время не прогоняли всех людей с голубыми ленточками — верующих и неверующих.

— Тысячи три-то будет, — мужчина в очках и меховой ушанке стоял на ступеньках собора и оценивал «картинку».

По собору шла, держась за руки, совсем юная пара. Артём живёт в Ленобласти, Рита приехала к нему из Москвы и собирается в Петербурге поступать в университет.

— Мы просто в Исаакий пришли, не знали об этой акции, но увидели её и решили поддержать, — рассказал Артём. — Исаакий — одно из самых красивых сооружений в мире. Если РПЦ не хватает церквей, так я сам видел, сколько храмов гниёт в Подмосковье. Они тоже очень красивые, но РПЦ их не поддерживает и не финансирует.

— Я как раз часто езжу в Подмосковье, там никто не реставрирует очень красивые церкви, они просто загнивают, — кивнула Рита. — Очень обидно.

Акция на морозе закончилась. А группа людей с ленточками стояла и стояла возле собора: они хотели попасть в храм именно на экскурсию и именно всем составом, а им отказывал уже третий экскурсовод. Музейщики не хотели угодить в телеобъективы. Наверное, помнили, что такая «экскурсия» активиста Идрисова две недели назад закончилась обвинениями в нападках на чувства верующих. Но потом к синеленточникам всё-таки вышла сотрудница музея.

— Как славно, — улыбнулась она. — Я веду экскурсию для тех, с кем только что бок о бок стояла на улице.

Она действительно рассказала соратникам об экспозиции Исаакия, о деревянных макетах и о маятнике Фуко. И о том, что верующих на службы собирается полтора десятка человек — не больше.

До службы как раз оставалось четверть часа. Обогатившись знаниями об Исаакии, люди с ленточками выстроились в круг напротив алтаря. В руках у них были листы бумаги с буквами. «Музей — городу!» — получалось из этих букв. Когда появилась полиция, якобы вызванная самими музейщиками, организатор стояния с буквами исчез вместе с несколькими единомышленниками. «Музей» — осталось стоять под куполом Исаакия.

Ирина Тумакова, Ксения Клочкова