Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Папы дочерей поощряют сексизм. И я тожеОтец Андрей Бородкин приходит к выводу, что именно идеальный папа может стать самым страшным угнетателем
15 марта 2017, источник: PrimaMedia.ru, (новости источника)

Охранники брата мэра Владивостока приняли камеру у журналиста за электрошокер

Они признались, что своим телом оградили шефа от посягательств «подозрительного мужчины», но не били и не толкали его.

Владивосток, 15 марта, PrimaMedia.

Охранники предприятий брата мэра Владивостока Андрея Пушкарева, обвиняемые в воспрепятствовании профессиональной деятельности журналиста Павла Брыкина, на допросе в судебном заседании пояснили, что обеспечивали безопасность своего руководителя, но физических действий к сотруднику СМИ не применяли. А маленькую камеру первоначально приняли за электрошокер, передает корр. ИА PrimaMedia.

Сейчас дело вышло на финишную прямую. Во вторник, 14 марта, в суде допрашивали подсудимых.

Олег Фецыч является сотрудником управления безопасности «Востокцемента» с 2011 года. В его обязанности, в том числе входила физическая охрана первых лиц предприятия и членов их семей. Потому 7 июня прошлого года он не удивился, когда ему поступил телефонный звонок от заместителя гендиректора по безопасности Константина Ломакина: У здания УФСБ какой-то неизвестный мужик пристает к шефу. Возьми с собой кого-нибудь, проследуйте на место. Надо обеспечить безопасность Андрея Сергеевича при выходе из здания и посадке его в машину.

Свободным в тот момент был лишь Антон Таюрский. Парень пришел на «Владивостокский бутощебеночный завод» в 2010 году. Две недели отработал помощником машиниста экскаватора, а потом резко поднялся по карьерной лестнице — его назначили замом главного энергетика. Спустя какое-то время перевелся на пост замначальника службы охраны ВБЩЗ, занимался бумажной работой и координировал охранников на территории завода.

Ждали Пушкарева, допрашиваемого в тот день по уголовному делу его брата, около часа. Потом Ломакин набрал Фецыча, предупредил, что шеф выходит. И тот быстрым шагом поспешил к центральному входу. Пушкарев вышел вместе с адвокатом и стремительно направился к белой легковушке, припаркованной на Алеутской. В районе ограды Фецыч краем глаза заметил, что подозрительный мужчина двинулся в сторону Пушкарева, параллельно вытаскивая из кармана что-то темное и цилиндрической формы.

«Я повернулся к этому мужчине лицом, развел свои руки по сторонам, чтобы Андрей Сергеевич смог сесть в машину. Честно, подумал, что из кармана он вытаскивает электрошокер, а никак не видеокамеру. Он стал напирать на меня, толкать, чтобы подойти к шефу, пытался обойти меня справа и слева. Но я его за одежду не хватал, не удерживал силой. Если и был физический контакт, то с его стороны. И это видно на видеозаписях с камер видеонаблюдения», — рассказал Олег Фецыч.

Антон Таюрский не смог так быстро подбежать, так как у него на тот момент была травма ноги. Но к финалу «встречи» он все же подоспел и встал между Пушкаревым и обошедшим Фецыча журналистом. Просто встал у дороги. До Брыкина было порядка метра.

«Пушкарев уехал и неизвестный нам на тот момент мужчина прекратил потуги прорваться. О том, что в руках у него камера, я понял только, когда он отвернул боковой экран. Надписей на ней, свидетельствующих, что он журналист ни на ней, ни на одежде не было. Фамилию свою он не называл, о том, что он журналист, не говорил. Я его несколько раз спрашивал: “Кто вы такой?”. А он отвечал вопросом на вопрос: “А ты кто?”. Я ему предложил пройти в здание УМВД, чтобы разобраться, кто есть кто. А он махнул на ФСБ, мол, давайте сюда. Потом обозвал нас владивостокскими гопниками и показал средний палец, — отметил Фецыч. — Поведение его было хамским и ненормальным. Ни я, ни мой коллега его не оскорбляли, не тыкали ему, угрозы не высказывали, снимать или выпускать программу не запрещали, так как вообще не знали, что он журналист. Удары не наносили, да и сам он не падал и не ударялся. Наши действия были направлены на обеспечение безопасности выхода Андрея Пушкарева из здания и посадки его в машину. Все».

На следующий день они столкнулись с уже знакомым им — благодаря поисковику — Павлом Брыкиным, на сей раз в коридоре здания Следственного комитета по Фрунзенскому району Владивостока. Причем, по мнению подсудимых, пострадавший вновь вел себя неподобающе, тыкая телефон прямо в лицо и снимая Фецыча, Таюрского и их адвокатов. Те, в свою очередь, начали снимать в ответ. Кстати, эти кадры суд счел не касающимися рассматриваемых событий, и отклонил ходатайство о приобщении их, как характеризующими личность Павла Брыкина, к материалам уголовного дела.

Фецыч и Таюрский признали, что физически они внешне выглядят слабее, чем Брыкин. Навыков рукопашного боя не имеют, активно спортом не занимаются, разве что мяч погонять и в бадминтон поиграть, права на ношение оружия не имеют, даже шокеры не носят и не применяют. Говорят, что если бы мужчина представился должным образом, сказал, что является журналистом, то вопрос можно было решить дипломатическим путем. Да и, в принципе, ничего страшного, по мнению охранников, они не сделали и в данном случае.

После допроса Фецыча и Таюрского сторона гособвинения попросила приобщить к материалам уголовного дела протоколы очной ставки.

Учитывая, что 21 марта истекает срок домашнего ареста обвиняемых, суд рассмотрел и этот вопрос.

Защита ходатайствовала об изменении меры пресечения на подписку о невыезде, ведь за 10 месяцев их поверенные активно сотрудничали с судом и следствием, являлись по первому требованию, нарушений порядка содержания под домашним арестом не допускали. Но прокуратура настояла, что основания для домашнего ареста не пропали, так как обвиняются Фецыч и Таюрский по тяжкой статье, предусматривающей наказание до 6 лет лишения свободы, могут скрыться от суда или иным способом повлиять на приговор.

Суд согласился с гособвинением и продлил срок содержания под домашним арестом до 21 июня. Кстати, приговор по резонансному делу охранников предприятий брата мэра Владивостока Андрея Пушкарева должны вынести 24 марта.