Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
20 апреля, источник: Комсомольская правда

В Уфе 102-летнего ветерана двух войн оставили без квартиры

Как уверяет фронтовик, мошенники подделали его подпись на дарственной.

— Я живу в собственной квартире как квартирант, — вздыхает Хамит Вагапов. — Мне уже сто третий год пошел, но пока не добьюсь справедливости — не умру.

Более 11 лет ветеран двух войн — Финской и Великой Отечественной — Хамит Вагапов пытается доказать, что его обманом лишили квартиры.

«Берем вас под опеку».

Свою двушку на Лесном проезде Хамит Вагапов получил более полувека назад — выделили на приборостроительном заводе, где он трудился, как инвалиду войны по зрению: левый глаз ослеп совсем, правый видел процентов на 40. А после войны пришлось, конечно, помаяться: мыкался с семьей по квартирам, около шести лет жили на птичьих правах в санатории.

Так бы и доживал герой-фронтовик свой век под сенью берез в парковой зоне, да в 2003 году скончалась супруга, и домашний уклад Хамита покатился в тартарары.

— Мне тогда 88 лет было, здоровье уже не то. Да и сложно одному: в магазин сходить тяжело, прибраться вообще никак — глаза-то не видят ничего почти. В общем, жил кое-как, — вздыхает фронтовик.

И вдруг в 2005 году к Хамиту нагрянули давние знакомые — соседи по садовому участку: внучка Юля, женщина Дина и бабушка Джамиля — видимо, прознали, что супруга деда скончалась. Как увидели паутину в доме дедушки, встрепенулись: дескать, да как же вы тут в одиночестве пропадаете! Берем вас под опеку.

Завертелись три хозяйки: что ни день, радуют старика то пловом, то пирогами, то бешбармаком.

— Мы тебя не оставим в таком виде, ты же нам, дедуля, как родной, — щебетали женщины.

Дедушка расцвел и даже вес набрал.

— Я ему звоню, а он соловьем заливается: какие хорошие люди, так меня любят, — рассказывает племянница старика Назия.

Сюрприз.

Хорошие люди приезжали к дедуле аж из самой Демы. Но вскоре задор пошел на убыль, и стали опекунши деда обрабатывать — мол, продавай квартиру, перебирайся к нам в Дему. Дескать, и район экологически чистый, и под боком у нас будешь, и нам не мотаться лишний раз.

Тянуть не стали: дедушкину двушку продали чуть не за два дня. Треть суммы от продажи Хамит отдал родной внучке как наследство, всю остальную сумму благодетели забрали на покупку дешевенькой однушки на Левитана. Деда хозяйки определили жить к себе, а в однушке затеяли капитальный ремонт.

Счастье длилось недолго: в 2007 году у Юли родился ребенок, чужой дед стал страшно мешать, и Хамита отселили в однушку.

Дед погоревал, да деваться некуда — стал обустраиваться. Правда, пришлось всю мебель покупать с нуля: меблировку ветерана «опекуны» свезли чохом к себе на дачу.

Ждал деда еще один сюрприз: в квитанции на коммуналку он обнаружил, что собственником квартиры значился не 92-летний защитник Родины Хамит Вагапов, а та самая Юлия.

А воз и ныне там.

Ошеломленный пенсионер глотнул нитроглицерина, и пошел разбираться с опекунами.

— Ему прямо в глаза и заявили, дескать, по доверенности твою квартиру продали. Денег твоих на покупку мало было — мы своих еще половину вложили — в Деме же жутко дорого! А оформить на тебя, дед, не смогли, потому что ты в госпитале лежал, — ужасается вероломству Назия. — Дедушка божится, что ни одной бумаги не подписывал, да и на дарственной каракуля нарисована совсем не его.

Вагапов написал заявление в полицию. Там покивали головами, но ни графологической экспертизы, ни тем более каких-то следственных телодвижений фронтовик так и не дождался. В прокуратуре пенсионера тоже завернули: поговаривали, что у предприимчивых женщин там прихваты имеются.

— Я ведь никому ничего не должен — наоборот, всю жизнь помогаю людям, две войны прошел, удивляется фронтовик. — Меня вот что поражает: всю свою жизнь я всего добивался сам, был за правду и справедливость. И с таким обманом столкнулся. Но самое удивительное, что никаких мер принять никто так и не хочет. Их ведь и искать не нужно — живут в соседнем доме!

Минувшей осенью Вагапов добился приема помощника президента республики, пожаловался на свою беду. Но чуда не произошло, разбираться с проблемами ветерана пока никто не торопится. Может, и правда, считают, что источник неудобств не вечный.

ЗВОНОК В ПОЛИЦИЮ.

Все подписал добровольно.

— Действительно, в 2012 году Вагапов обратился с заявлением, — пояснили в МВД Башкирии. — В ходе следствия суд назначил психиатрическую экспертизу — определить, мог ли он контролировать свои действия и отвечать за поступки. Экспертиза показала, что Вагапов находился в здравом уме, понимал, какие документы подписывает, и совершил сделку с опекунами по договоренности. В связи с этим состава преступления не выявили. В 2015 году Вагапов обратился повторно, заявление рассмотрели и решение оставили без изменений.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА.

— Чтобы доказать, что подпись поддельная, нужно обратиться в экспертное бюро, стоимость экспертизы порядка пяти тысяч рублей, — говорит адвокат Роман Петров. — Если подпись поддельная, с заключением экспертов нужно обращаться в прокуратуру. К слову, 10 лет — это срок привлечения к уголовной ответственности за мошенничество. Если срок вышел, мало что удастся доказать. Если же мужчину вынудили поставить подпись на дарственной, или добились этого обманом, то сделку можно обжаловать и доказать, что она совершалась под давлением. Если доказательств этих не добыто, то шансов нет.