Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты

Оленеводы выходного дня — новая профессия, которую «Огонек» обнаружил в тундре.

Хасово Лаптандер живет в поселке под Салехардом и работает пожарным под своим вторым именем — Юра. У него есть квартира, машина, жена из городских ненцев и аккаунты в социальных сетях. Но почти каждый месяц Хасово берет отпуск (регулярный или несколько дней за свой счет) и отправляется помогать родителям с хозяйством. Дело для России вроде бы обычное, только вот у родителей Хасово не дача, где надо копать огород, а оленье стадо.

У животных есть разные отметки — клейма, ошейники, фигурная обрезка ушей. Но ненцы знают каждого оленя «в лицо» | Источник: Фотоархив ИД «Коммерсантъ»

Старшие Лаптандеры — работники оленеводческого колхоза. У отца в трудовой книжке написано «пастух», у матери — «работница чума». А в паспортах в графе «регистрация» значится просто «тундра». Под их началом порядка 4 тысяч голов. Точных цифр тут избегают. Ненцы говорят так: «Олень счета не любит».

У Лаптандеров шесть сыновей, из которых Хасово старший, и одна дочка. Все, кроме самых маленьких, работают и учатся в поселках. Но отпуска и каникулы проводят в тундре и помогают родителям во время авральных работ. А это, в частности, кочевье, или по-местному «каслание».

В семье Лапландеров к традиционному быту привыкают с детства. Старшие Лапландеры — работники оленеводческого колхоза. У отца в трудовой книжке написано «пастух», у матери — «работница чума» | Источник: Фотоархив ИД «Коммерсантъ»

Ненцы стоят на одном месте от двух недель до трех месяцев. Зимой подольше, летом поменьше. А после этого оленям и людям пора перебираться на новое пастбище. Когда снимались эти кадры, в ямальской тундре недолгое лето шло к закату. Сейчас все засыпано снегом, но работа почти не изменилась. Олень — основа традиционного жизненного уклада, который не меняют никакие современные технологии.

Несмотря на наличие снегоходов и прочей техники, кочуют оленеводы на нартах. Летом тоже — выехать стараются по ночной росе, чтобы полозья лучше скользили по траве. За сутки делают до 10 километров и через 1−3 дня становятся на новое место.

Олени снова в упряжке | Источник: Фотоархив ИД «Коммерсантъ»

Все маршруты кочевий сейчас разрабатывает колхозное начальство. И ненцев это не всегда устраивает. Так, по старинной традиции, если на какой-то стоянке умирал человек, это место старались несколько лет обходить стороной. А с утвержденным маршрутом приходится снова и снова становиться лагерем у свежих могил родственников.

Но особого выбора нет: оленьи пастбища неуклонно сокращаются. Нефтегазовые месторождения и дороги отгрызают у кочевников все новые куски тундры. Впрочем, и оленеводов становится все меньше. Когда старики уходят на покой, их дети зачастую не хотят расставаться с городским комфортом.

Яляни со своей авкой — этим словом ненцы называют домашних оленей. Их держат в чуме, как питомцев и никогда не убивают на мясо | Источник: Фотоархив ИД «Коммерсантъ»

Но к Лаптандерам это не относится. В большой семье найдется кому принять эстафету. А значит, традиционная жизнь в тундре продлится еще, по крайней мере, на одно поколение.

Фото: Станислава Новгородцева

Текст: Никита Аронов