Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
22 марта, источник: Коммерсантъ, (новости источника)

Вход через коктейль

Как американцы полюбили русскую водку.

Источник: Reuters

Своей популярностью в Америке водка обязана Второй мировой войне, голливудским звездам и коктейлю «Московский мул». Но главное, что помогло ей стать любимым спиртным напитком американцев, это, конечно, случай.

Пятая колонна Советов

В июне 1950 года по нью-йоркской Пятой авеню прошествовала не совсем обычная для Америки демонстрация. Бармены вышли на улицы бороться против пятой колонны Советов. Они требовали запретить «Московского мула». Так назывался незамысловатый коктейль на основе русской водки.

Работники баров, не разбиравшиеся в перипетиях истории России, считали водку Smirnoff советской. Поскольку тогда уже шла холодная война, они требовали запретить коктейль и, естественно, саму водку, при помощи которой, по их мнению, Москва подрывает основы американской демократии.

Об антиводочной демонстрации изданию Hartford Times в 1964 году рассказал бизнесмен Джон Мартин, имевший прямое отношение к завоеванию русской водкой Америки: «Они несли большой баннер с надписью: «Долой «Московского мула»! Нам не нужна водка Smirnoff!».

По словам Мартина, акция полностью провалилась. Видя лозунги с требованием запретить «Московского мула», ньюйоркцы заходили в ближайший бар и заказывали «запретный» коктейль. Большинство удивленно пожимали плечами, потому что коктейль всем нравился…

О русской водке американцы впервые узнали чуть больше полутора столетий назад. В 1859 году неизвестный путешественник, побывавший в России и попробовавший водку, написал о ней в New York Herald. Особенно много внимания он уделил пьянству в России. Автор утверждал, что русских невозможно отучить от водки никакими наказаниями и штрафами.

До конца XIX века водка оставалась в Америке диковинкой. Достаточно сказать, что автор статьи в Vermont Watchman and State Journal (1871) назвал ее кукурузным бренди. Отношение к водке менялось по мере того, как США все больше превращались в страну иммигрантов.

В 1907 году Morning Astorian (Астория, Орегон) напечатала статью под названием «Вкусы и привычки, попадающие к нам из-за границы». Речь шла об иммигрантах, которые привозят с собой в числе прочего и свои напитки со странными названиями и еще более странным действием. Естественно, автор не прошел мимо русской водки.

Тысячи русских, которые в последние несколько лет приехали в Соединенные Штаты, не признают ничего, кроме своей водки.
Из статьи «Вкусы и привычки, попадающие к нам из-за границы», Morning Astorian

По мнению автора, водка была причиной всех бед «страны царей» — революции, анархии и хаоса…

Автора статьи в Morning Astorian с некоторой натяжкой можно считать пророком. Водка постепенно переставала быть для американцев заморской диковинкой, но их настоящее знакомство с русским национальным напитком и его интернационализация состоялись во многом благодаря той самой революции, о которой он писал.

Авантюра Мартина

Конечно, русская водка появилась в Америке задолго до демонстрации 1950 года. Смирновку наверняка знали, например, посетители выставки в Филадельфии в 1876 году по случаю столетия образования США и Всемирной выставки в Чикаго в 1893-м, на которые русский водочный король Петр Арсеньевич Смирнов привозил свою продукцию. В Америке так же, как и везде, русская водка произвела фурор и даже получила «Медаль высшей награды» в Филадельфии и золотую медаль в Чикаго.

До Великой Октябрьской социалистической революции водка «Смирновъ» была в России национальным напитком. Ее пили все, в том числе и при царском дворе. Известно, к примеру, что для коронации Николая II и Александры Федоровны водку заказали Петру Смирнову, гордо именовавшему себя «поставщиком Двора Его Императорского Величества».

Поставщиком двора он стал в 1877 году. В 1886-м, после того как его водка очень понравилась на ярмарке в Нижнем Новгороде Александру III, он стал единственным поставщиком при дворе.

Кроме этого, Петр Смирнов и его потомки были также поставщиками дворов короля Швеции Оскара II и великого князя Сергея Александровича.

Владимир, третий из пяти сыновей водочного короля, сыграл важную роль в завоевании водкой Америки. Ему, единственному представителю династии Смирновых, удалось после революции бежать из России. Вдоволь поездив по Европе, он попал во Францию.

Повсюду, куда ни забрасывала его судьба, он открывал небольшие водочные заводы. Однако похвастаться особыми успехами нигде не мог. Ничего не вышло и из затеи приучить к смирновке, ставшей тогда уже на французский лад водкой Smirnoff, жителей родины шампанского и коньяка.

В Париже Владимир Смирнов встретился с Рудольфом П. Кунеттом. До бегства из России (но не в Константинополь, как Смирнов, а в США) он был Рудольфом Семеновичем Кунетским и жил на Украине. Отец его был крупнейшим производителем спирта и поставлял его на заводы сначала «Товарищества Петра Арсеньевича Смирнова», а затем ТД «Петр, Николай и Владимир Петровичи Смирновы». В Нью-Йорк Рудольф приехал в 1920 году совсем без денег. Прежде чем вернуться к отцовскому бизнесу и заняться водкой, он успел поработать в нефтяной компании Standard Oil и косметической фирме Helena Rubinstein Inc.

Положение Владимира Смирнова было отчаянным. Он бедствовал, потому что французы водку не жаловали. Не удивительно, что Смирнов согласился на предложение Кунетта и продал ему 21 августа 1933 года, т. е. за год до смерти, за 54 тыс. франков (около $50 тыс. в сегодняшних ценах) эксклюзивное право изготавливать и продавать водку Smirnoff в США, Канаде и Мексике.

Причины, побудившие Рудольфа Кунетта пойти на эту рискованную сделку, неизвестны. Возможно, он вспомнил роскошную жизнь на Украине до революции и надеялся обогатиться. Рудольф считал, что после скорой отмены действовавшего в Америке с 1920 года сухого закона измученные жаждой американцы бросятся в бары и будут сметать с прилавков все спиртные напитки, в том числе и русскую водку.

В одном Кунетт оказался прав: сухой закон отменили 5 декабря 1933 года. Однако ждать «светлого будущего», на которое он так надеялся, пришлось еще долго. В годы ожидания Рудольф Кунетт наверняка не раз жалел, что пошел на такую авантюру.

В марте 1934-го Кунетт снял в Бетеле, штат Коннектикут, второй этаж небольшого здания и открыл первый в Америке завод по изготовлению русской водки. Дела не заладились с самого начала. Американцы не пили водку. Название, которое было известно в России практически всем, включая детей и стариков, им мало что говорило. После 13-летнего запрета поклонников Бахуса больше интересовали старые проверенные напитки типа виски, джина и пива.

В первый год Рудольфу Кунетту удалось продать лишь 1200 ящиков водки, причем львиную долю купили русские и польские мигранты, жившие на северо-востоке Америки. Поляки, кстати, предлагали переименовать водку в популярную в Польше «Зубровку», но понимания у Кунетта не нашли.

Дела шли настолько плохо, что денег не хватало даже на оплату аренды. В результате, как нетрудно догадаться, Рудольф Кунетт стал банкротом. В 1938 году он попытался продать завод за $50 тыс. продуктовой компании G. F. Heublein & Bros. из Хартфорда, которая выпускала и спиртные напитки, включая коктейли. Дела Heublein шли неважно, поэтому $50 тыс., крупной по тем временам суммы, у нее не было.

Джон Мартин, возглавивший Heublein в 1937 году после смерти своего деда, основателя фирмы Джильберта Ф. Хублейна, предложил $14 тыс. (четверть миллиона в сегодняшних ценах) за права на водку и оборудование. Он также предложил Кунетту остаться во главе фирмы Pierre Smirnoff, которая стала «дочкой» Heublein, и по 5% с каждой проданной бутылки Smirnoff.

Рудольф П. Кунетт, конечно, согласился. Увы, надежды разбогатеть вновь не сбылись, потому что от смены владельцев покупать теперь уже американо-русскую водку, которую делали не из мытищинской воды и не по рецептам Петра Арсеньевича Смирнова, американцы охотнее не стали.

В годы сухого закона компания Heublein с трудом держалась на плаву при помощи своего главного продукта — мясного соуса A1 Steak Sauce. Не удивительно, что покупка водочного бренда и заводика встретила в правлении Heublein нешуточное сопротивление и даже едва не стоила Мартину места председателя правления. Сотрудники компании назвали водочную диверсификацию «авантюра Мартина».

Сам Джон Мартин, кстати, до конца своих дней не мог ответить на вопрос, что заставило его предложить Кунетту сделку. Скорее всего, надежды разбогатеть, потому что себестоимость водки, смеси спирта из зерна, смешанной с водой и профильтрованной через древесный уголь, была низкой.

Ни цвета, ни вкуса, ни запаха

Поначалу казалось, что скептики правы и что Джон Мартин выбросил деньги на ветер. Продажи Smirnoff, мягко говоря, не радовали. Мартин и Кунетт день и ночь ломали головы, как заставить американцев пить водку.

Помог случай. От внимания Джона Мартина не укрылись странные заказы из Колумбии, столицы штата Южная Каролина: сначала 10 ящиков водки Smirnoff, затем 50 и наконец 500! Оказалось, что, когда на заводе в Бетеле закончились водочные пробки, Рудольф Кунетт заменил их пробками из-под виски.

Получив заказ, торговец из Колумбии покрутил в руках бутылку с незнакомым напитком, открыл ее, понюхал и… придумал удачный слоган: «Smirnoff, белый виски без цвета, запаха и вкуса».

История русской водки в Америке — очередное доказательство силы рекламы. Заинтригованные колумбийцы начали покупать водку. Однако они не пили ее неразбавленной, а смешивали со всем, начиная от молока и заканчивая кока-колой.

Главным плюсом водки оказалось почти полное отсутствие вкуса и запаха, что сделало ее незаменимым ингредиентом коктейлей. Отсутствие запаха позволило позднее придумать убойный рекламный слоган: «От этой водки у вас захватит дух!».

Американцы предпочитали «цветные» (коричневые) крепкие спиртные напитки (виски и бренди). Они пили их неразбавленными, а вот к белым, главным образом джину, относились как к напиткам, которые следует разбавлять. В те годы как раз набирали популярность коктейли, так что водка оказалась как нельзя кстати.

Перечислять коктейли на основе русской водки можно очень долго. В «Отвертке», к примеру, компанию ей составляет апельсиновый сок, в «Кровавой Мэри» — томатный, а в «Ледорубе» — чай и немного лимонного сока. Неожиданно водка оказалась незаменимой составной частью многочисленных коктейлей, в том числе и довольно экзотических. Чего стоит, например, сейчас забытый коктейль Bull Shot, состоящий из водки и говяжьего бульона!

Водка,
Имбирный эль,
Сахарный сироп,
Лайм,
Мята​​​​​​​,
Сахарная пудра.
Из чего состоит коктейль «Московский мулл»

Самый популярный из множества водочных коктейлей — уже известный нам «Московский мул», заставивший нью-йоркских барменов выйти на улицы. Его рецепт прост: 45 мл водки, 120 мл имбирного эля, 5 мл сока лайма и ломтики лайма с завитком из кожуры цитрусового фрукта.

Что касается названия, то, как утверждал Джон Мартин, оно ничего особенно не значило, просто показалось притягательным. Первое слово в нем, скорее всего, связано с родиной русской водки, а второе подразумевает крепость напитка, который валит с ног, как удар копыта мула.

Относительно места и даты рождения «Московского мула» существует несколько версий. Согласно одной, он родился в 1940 году в лос-анджелесском баре-ресторане Cock’n Bull на бульваре Сансет. Так получилось, что владелец бара и президент компании Cock’n Bull Products Джек Морган изготовил много имбирного пива и не знал, что с ним делать. Американцы предпочитали имбирный эль, и ящики с пивом, так же, кстати, как и ящики с плохо продававшейся водкой Smirnoff, пылились в подвале. У Джека была подруга по имени Озелин Шмит, владелица маленькой фабрики по изготовлению изделий из меди и, в частности, медных кружек, которые тоже не пользовались спросом.

В один из вечеров в баре Cock’n Bull собрались Рудольф Кунетт, Джон Мартин, Озелин Шмит и Джек Морган. Они встретились обсудить, что делать дальше. Судя по всему, эти люди неплохо знали друг друга, хотя и жили на разных побережьях.

В качестве эксперимента компания смешала пиво с водкой. Они выдохнули и осторожно сделали по маленькому глотку. Напиток всем понравился. Результатом вечерних посиделок стал коктейль из имбирного пива и водки Smirnoff. В запатентованном позднее «Московском муле» к ним добавился сок лайма с ломтиками этого фрукта. Нашлось применение и для Озелин Шмит и ее фабрики. Друзья решили, что новый коктейль обязательно следует пить из медных кружек.

Имеется и несколько отличный от этой версии вариант, изложенный в 2007 году Wall Street Journal.

«Московский мул» появился в баре Моргана, но его автором была не четверка друзей, а старший бармен Уэс Прайс. Прайс придумал коктейль, чтобы очистить подвал бара от пива и водки.
Wall Street Journal

Голливудскому актеру Бродерику Кроуфорду, который первым попробовал «Московского мула», коктейль понравился. Кроуфорд, один из немногих актеров, имеющих две звезды на голливудской Аллее славы, рассказал о новом напитке коллегам и тем самым сделал ему отличную рекламу.

По третьей версии, появившейся в одном из номеров газеты New York Herald Tribune за 1948 год, коктейль «Московский мул» родился в конце 1941-го. Его авторами были Морган, Мартин и Кунетт, но придумали они его не в Лос-Анджелесе, а на Манхэттене, в баре гостиницы «Чатэм».

Кроме географии, «манхэттенская» версия отличается от «лос-анджелесской» и отсутствием медных кружек, что делает ее менее убедительной.

Кстати, о кружках. Ученые доказали, что пить из них коктейль «Московский мул» небезопасно. В прошлом году управление по контролю над спиртными напитками штата Айовы посоветовало любителям водочного коктейля сменить посуду. Медь, утверждают ученые, не должна вступать в контакт с продуктами питания, pH которых, как у «Московского мула», ниже 6.

Чтобы избежать отравления медью, которое в особо тяжелых случаях может привести даже к смерти, поклонникам традиций, не желающим отказываться от медных кружек, рекомендуют покрывать их изнутри тонким слоем никеля или, скажем, нержавеющей стали.

Водочные грезы Голливуда

В годы Второй мировой войны Heublein перестал производить водку Smirnoff, потому что зерно требовалось для нужд армии. Тем не менее война, в которой США и СССР были союзниками, способствовала росту популярности русской водки. Наверное, все американские газеты и журналы перепечатали снимки с банкета на Ялтинской конференции, на которых генерал Маршалл пил за сотрудничество с Советским Союзом и победу не виски и не джин, а русскую водку.

Конечно, думали американцы, прославленный военачальник, руководивший почти всеми важными операциями американской армии в годы войны, не станет пить отраву. Представление о водке как о спиртном напитке, сделанном из картошки, один глоток которого свалит с ног, начало постепенно уходить в прошлое.

Сразу после войны Джон Мартин начал агрессивную кампанию по рекламе коктейля «Московский мул». Он ездил по стране, заходил в бары и предлагал «Мула». Поначалу бармены, если верить Мартину, отказывались. «Что это за фигня? — хмурились они.— Русский динамит? Выпил и упал замертво? Нет уж, сэр, премного благодарен!».

Мартин пошел на хитрость. Он собственноручно смешивал коктейль, уговаривал бармена попробовать его из медной кружки и делал фотографию как раз только что появившимся в продаже «Полароидом». Один снимок оставлял бармену, а второй показывал в следующем баре следующему бармену и говорил: «Вот видишь, твой конкурент уже им торгует!» При помощи этой нехитрой уловки Джону Мартину удалось сделать «Московского мула» популярным во всей Америке.

В 1953 году, когда потребление спиртных напитков в Америке выросло на 6%, продажи водки Smirnoff увеличились на 47% главным образом благодаря «Московскому мулу». По словам Рудольфа Кунетта, производство водки на заводе Pierre Smirnoff после 1946 года в течение более чем десяти лет каждый год удваивалось.

«Напиток быстро завоевывает популярность, — писала в 1954 году The New York Times.— Сейчас он занимает одно из первых мест на рынке».

Мартин и Кунетт, конечно, радовались популярности водочного коктейля, но они мечтали о том, что американцы будут пить русскую водку неразбавленной, а не только использовать ее в коктейлях.

Распространению Smirnoff в Америке в немалой степени способствовал Голливуд. На «фабрике грез» для сохранения морально чистого облика на спиртное смотрели косо. По крайней мере, официально. В большинстве контрактов имелся специальный пункт, запрещавший актерам употреблять спиртное во время съемок. Благодаря отсутствию запаха водка оказалась кстати и там. Особенно полюбили Smirnoff, от которой захватывает дух, те, кто не хотел, чтобы их поймали за употреблением спиртного как на работе, так и вне ее.

Например, на известной вечеринке, устроенной в 1947 году Джоан Кроуфорд, гостям подавали только шампанское и водку. В ставших легендарными рекламных кампаниях то и дело мелькали голливудские знаменитости. Водку на все лады расхваливали Граучо Маркс, Вуди Аллен, Жа Жа Габор и другие звезды. Немалый вклад в популяризацию русской водки внес главный тайный агент всех времен и народов Джеймс Бонд, особенно в исполнении Шона Коннери с его любимым коктейлем из водки Smirnoff и мартини и знаменитой фразой: «Взболтать, но не смешивать».

Агент 007 ненавязчиво рекламировал русскую водку сорок лет. Потом, правда, их пути разошлись. В «Умри, но не сейчас» (2002) Бонд, которого играл Пирс Броснан, перешел на другой водочный бренд — Finlandia.

Связь с Голливудом придала водке Smirnoff гламурный блеск. Русская водка быстро наверстывала упущенное и завоевывала популярность на бескрайних просторах Америки. Скоро она уже доминировала на водочном рынке США. Подавляющее большинство американцев знали только водку Smirnoff. Конечно, продавались и другие бренды, но они пользовались куда меньшей популярностью.

Джон Мартин наверняка был на седьмом небе от счастья. Рост популярности был ошеломительным: если в 1950 году в США было продано лишь 40 тыс. ящиков водки, то в 1955-м — уже 4 млн.

К 1975 году водка обошла виски и стала самым продаваемым в Америке спиртным напитком.

Всплеск популярности водки в 60−70-е годы прошлого века, конечно, не случайно совпал с культурной революцией в США и Великобритании («свингующие шестидесятые»). Молодежь была более раскрепощенной и склонной к экспериментам во всем, включая спиртные напитки.

Росту популярности Smirnoff не помешала даже холодная война, провоцировавшая в Америке антисоветские настроения. В стране часто проходили демонстрации протеста против всего советского. Газеты много писали об акциях многочисленных организаций трезвенников, которые выступали против спиртного в целом, но с особенным рвением требовали запрета русских спиртных напитков и в первую очередь, конечно, водки.

Главным средством борьбы с последствиями холодной войны были мощные рекламные кампании, в которых водку Smirnoff представляли не советским продуктом, а «имперским». Производители изо всех сил открещивались от СССР и утверждали, что это не советская, а уже американская водка. Даже самые рьяные патриоты Америки могли пить ее, не опасаясь, что они помогают врагу.

По-прежнему фаворит

К семидесятым годам ХХ века русская водка стала одним из наиболее популярных в Америке крепких спиртных напитков. Достаточно сказать, что в 1975 году в Соединенных Штатах было продано 80,3 млн галлонов водки (304 млн литров). В 1965-м объем продаж был почти в 2,5 раза ниже — 34,7 млн галлонов.

Водка Smirnoff по продажам в 1975 году уступила только виски 7 Crown (6,8 млн ящиков). Русской водки, по данным Barron`s Magazine, было продано 5,3 млн ящиков. Занимавший третье место британский джин Gordon’s сильно отстал — 1,8 млн ящиков.

В 2016 году компания Smirnoff праздновала 75-летие коктейля «Московский мул» | Источник: Reuters

В последующие десятилетия русская водка знала в Америке как взлеты, так и падения, но она и сейчас остается самым продаваемым в Соединенных Штатах крепким спиртным напитком. Несмотря на любовь к коричневым спиртным напиткам, «белая» водка по-прежнему фаворит.

В 2016 году американцы выпили 69,8 млн ящиков водки. Приблизительно каждая третья бутылка (32%), заказанная в барах, была водкой или спиртным напитком на ее основе. Виски значительно отстал — 53 млн ящиков.

Водка сохраняет лидирующие позиции и на глобальном рынке алкоголя. На нее в 2016 году пришлось, по данным известной исследовательской британской группы IWSR, 29% всего рынка. В последние годы из-за проседания водочного рынка в России и Польше продажи водки сократились на 4,3%. Однако это не отразилось на популярности главных брендов — Smirnoff, сейчас принадлежит британской компании Diageo, и Absolut.

Smirnoff сохранила в прошлом году первое место в списке самых продаваемых водок планеты. Наиболее известная русская водка возглавляет топ-10 Best Selling Vodka Brands с большим отрывом.

Продажи русской водки в 2017 году составили 25 млн ящиков, а шведской Absolut (Pernod Ricard) — лишь 11 млн. Третье место у украинской «Хортицы» (Global Spirits) — 7,5 млн ящиков.

В первой десятке самых популярных водок еще два бренда из России: «Пять озер» (Алкогольная сибирская группа) — 7-е место с 4,2 млн проданных ящиков, а также «Беленькая» (Beluga Group) — 10-е место с 3,72 млн ящиков.

Несмотря на некоторый спад, перспективы у водки неплохие. Недавно она, к примеру, обошла виски и стала самым популярным крепким спиртным напитком и в Великобритании. По словам аналитика Спироса Маландракиса из компании Euromonitor, огромный потенциал у водки на миллиардном китайском рынке.

В заключение хотелось бы остановиться на сложных отношениях между «сестрами»: американо-русской Smirnoff и русской смирновкой. В 1992 году два правнука Петра Смирнова — Борис и Андрей начали снова выпускать «Смирновъ» в России. Американцы обратились в суд, но в 2004 году он разрешил продавать в России оба бренда.

Ситуацию осложняло и то обстоятельство, что права на бренд Smirnoff и Мартина 80 лет назад, и Diageo сейчас, как оказалось, под большим вопросом. Владимир Смирнов продал свои права на «Смирновъ» не в 1933 году, а на четверть века раньше. Владимир уступил в конце 1904 года свою долю в семейном бизнесе старшему брату Петру за полмиллиона рублей и ушел из компании. После многочисленных судебных процессов Diageo все же удалось стать единственным обладателем бренда Smirnoff/Смирновъ.

Американцы любят водку, но не в чистом виде, а в составе популярных коктейлей | Источник: Reuters

О Джеке Моргане известно немного: только то, что он умер в 1974 году. Рудольф Кунетт ушел на пенсию в 1963 году, а скончался в 1979-м в Санта-Барбаре на 86 году жизни. Главный популяризатор русской водки в Америке Джон Мартин возглавлял Heublein до 1982 года, когда ее приобрела R.J. Reynolds Industries. Он пережил Кунетта на семь лет и умер в 1986-м в возрасте 80 лет.

В последние годы жизни Мартин часто говорил, что не знает, что заставило его вложить деньги в крошечный коннектикутский водочный заводик. Какой бы ни была причина, он кардинально изменил привычки американцев в культуре потребления спиртных напитков.

«Можно считать это удачей или предвидением, — говорил Мартин.— Это можно называть как угодно, но мы должны благодарить за водку счастливый случай, а не чей-то гений».

Джон Мартин не совсем прав. Больше всего американцы должны благодарить за русскую водку один-единственный коктейль под названием «Московский мул»…

Сергей Мануков