Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
30 марта, источник: Мослента

«Прямо на газоне нашла лимонку с нетронутой чекой»

История девушки, решившей уехать из Москвы.

Озеро Рица | Источник: Svetlana Fedorova / Flickr

Зачем люди переезжают в Москву? Большинство пытается найти здесь свое счастье, реализовать амбиции и найти лучшую жизнь. Куда сложнее другой вопрос: какие причины заставляют человека спустя некоторое время покинуть столицу? Тут вариантов ответов множество. В попытке выяснить это Мослента решила собрать истории тех, кто по той или иной причине так и не прижился в Москве. Сегодня мы публикуем монолог лингвиста Эсмы Голандзиа.

Лежать медузкой на воде

Родилась я в Сухуми — столице Абхазии. Семья? Ну, а что семья? Она у меня самая лучшая, потому что моя, но при этом обыкновенная: мама с папой — инженеры, есть бабушка, старшая сестра…

Мои воспоминания о детстве похожи на цветные стеклышки из калейдоскопа — как ни покрути, складываются в яркий симметричный узор. Вот я ем вкуснейшее лимонное мороженное в кафе на набережной. Вот, щурясь от солнца, медузкой лежу на воде. Вот ловко карабкаюсь на лавровишню во дворе. Или, стоя у зеркала, спорю с сестрой, у кого из нас косы гуще и толще.

Завтра была война

Стеклышки рассыпались в один момент, превратив воспоминания в какие-то рваные мрачные обрывки. Правильную последовательность всех событий грузино-абхазской войны я выстроила уже позже, когда стала старше и соотнесла то, что осталось в моей памяти, с рассказами мамы…

Эсма Голандзиа: «Озеро Рица. Я моя сестра Сария. Когда началась война, кроме пары таких китайских сарафанов мы и не взяли с собой ничего...» | Источник: Предоставлено героем материала

Что было?

Папа ушел на войну сразу же, как она началась, а мы уехали из Сухума и мотались по всей Абхазии. Жили сначала в деревне, потом в Гудауте, затем в Пицунде — там для беженцев приспособили курортные пансионаты.

Именно тут и сосредоточено больше всего моих воспоминаний.

Отчего-то помню, например, как обнаружила в столовском супе муху и отказалась от обеда. Мама тогда поменялась со мной тарелкой и слезно уговаривала поесть, потому что вечером есть будет нечего.

Или как мы с двоюродным братом прямо на газоне у пансионата нашли лимонку с нетронутой чекой. Смутно понимая, для чего эта штука, мы аккуратно положили гранату на платок и, держа за уголки, понесли взрослым.

Но четче всего я помню вот что: однажды мне сказали, что к нам должен ненадолго заглянуть папа — отдохнуть и переодеться. Весь день я маялась в томительном ожидании, ни бегать не хотелось, ни играть, даже купание в море не радовало. Наступил вечер, затем ночь, меня с боем уложили в постель, я долго вертелась, сопротивляясь сну, и вдруг, когда глаза начали слипаться, услышала тихий стук в дверь…

А дальше началась новая жизнь. Семья воссоединилась, только наш большой дом нас не дождался — буквально за несколько дней до конца войны его сожгли. А наш пес, преданно охранявший дом на протяжении всей войны, внезапно ослеп.

Выдерживая взгляды

Несмотря на все послевоенные тяготы и сложности, я не могу назвать последующие годы детства и юности несчастливыми. Будучи студенткой, я вышла замуж. Муж на тот момент работал в Москве — так я и попала в столицу.

Помню, как была ошарашена ее масштабами, шумом, пестротой и бесконечным мельканием лиц. Первое время мне казалось, что все взгляды из толпы обращены на меня. Я робела и терялась, когда спускалась в метро или попадала в места скопления людей. К этому ритму я так до конца и не привыкла, хотя хорошо его изучила. С утра, в будний день, Москва невероятно суетливая и спешащая. К середине дня слегка расслабляется, замедляет темп, чтобы к вечеру снова пуститься в бег, но уже не такой активный, а утомленный, расслабленный и вальяжный.

Источник: Предоставлено героем материала

Жизнь в сумерках

К счастью, мне не довелось столкнуться с враждебной и суровой Москвой, не пришлось бороться за место под московским солнцем — у меня не было каких-то карьерных или финансовых амбиций. Кроме того, помогли оптимизм и легкость на подъем, свойственные молодости, моральная поддержка родственников, а еще природное жизнелюбие и доверие к людям. Так что столица осторожно пустила меня под свое крылышко. Я успешно закончила один из московских вузов, на работу не вышла, решив посвятить все свое время семье. В общем, моя московская жизнь текла весьма мирно.

Но, увы, как человека, привыкшего видеть и ощущать вокруг себя яркие сочные краски — солнце, горы, море и зелень, — меня очень тяготила и изматывала жизнь в бесконечных сумерках. Меня все время тянуло в сквер, в парк, где можно было как-то отстраниться от суеты и побыть на природе. Все одиннадцать лет жизни в Москве мы с дочкой ежедневно выбирались в парк — зимой лепим снеговиков, осенью собираем кленовые листья и плетем из них венки, весной гуляем под промозглым ветром, а летом… А летом наконец-то домой!

На перевале Анчхо (Пыв) | Источник: Предоставлено героем материала

Решение пришло внезапно

Я думаю, что кавказский дух в нашей семье удалось сохранить именно потому, что все эти годы, несмотря на удаленность от родины, мы оставались связаны с ней. А Москву всегда ощущали и рассматривали как нечто чужеродное и временное. Только долго не понимали, когда придет это самое время — время возвращаться домой. Понимание пришло внезапно, когда я была беременна вторым ребенком. А потом, с рождением малыша, укрепилось еще больше.

Тем временем из-за нагрянувшего кризиса муж потерял работу, и попытки найти новое место каждый раз оказывались неудачными. И вот наконец однажды вечером прозвучало: «Давай летом уедем с концами». И я ответила: «Давай!».

Кофе, море и неспешность

Вернувшись в Сухум, я убедилась, что жизнь в неспешном абхазском ритме — это абсолютно мое. Для меня оказались важны не только социально-бытовые условия, но и самоощущение в этих условиях. Небольшие масштабы Абхазии кроме физического дают еще и психологическое преимущество: нет необходимости заранее рассчитывать время на дорогу, все воспринимается как доступное, не требующее усилий.

Ново-Афонский монастырь | Источник: Svetlana Fedorova / Flickr

Я могу пить кофе, а если внезапно захочу увидеть море, осуществлю свое желание в течение пяти минут — ровно столько надо на то, чтобы надеть куртку, кроссовки, взять ключи, прихватить детей и дойти до набережной. Здесь меня не покидает ощущение, что вокруг все свои. Никто не торопится, все охотно вступают в разговор, отвечают, улыбаются. Нет напряженных лиц, размашистых шагов и прочих неприглядных моментов, неизбежно возникающих при спешке и высокой плотности населения. Больше всего здесь я люблю родственные посиделки с долгими задушевными разговорами и вкусной едой.

Время собирать камни

Москва… Нет, в нее мы уже не вернемся. Не могу представить свое утро без чашечки кофе на балконе под ласковыми солнечными лучами. И потом, мой сын поставил себе задачу: собрать все до единой ракушки на Синопском пляже.