Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
16 марта 2010, источник: АиФ Санкт-Петербург, (новости источника)

Пять километров и восемь веков

День выдался солнечным, хотя прогноз обещал дожди и облачность. Начало октября: еще зеленело по обочинам и в глуби бегущей мимо стены леса, но желтым застило практически все

День выдался солнечным, хотя прогноз обещал дожди и облачность. Начало октября: еще зеленело по обочинам и в глуби бегущей мимо стены леса, но желтым застило практически все

Темно-зеленая «девятка» наматывает километры по Вологодскому шоссе. В машине двое – водитель и штурман.

Главный Штурман готов останавливаться на каждом повороте. Мелькнет ли церквушка, необычный дом с резными наличниками, пейзаж, а то просто красивые облака – все бы запечатлел в памяти и в фотоаппарате.

Главный Водитель останавливаться не любит, разве что по необходимости, на заправках. Гонит и гонит размеренно свои 70 км/ч, как шаман в трансе. Церквушки-домики для него – лишняя, отвлекающая от дороги информация.

Так и едут – в единстве противоположностей.

На исходе третьего часа пути, глянув карту, Главный Штурман заводит песнь Краеведа: «А вот через километр будет поворот на монастырь. Сколько раз уж собирались заехать да посмотреть, и все мимо…»

Для Главного Водителя песнь та постыла и отговорка наготове: «Давай на обратном пути».

«На обратном пути тем более не заедем, – гнет свое Главный Штурман. – Сколько лет ездим – и все “на обратном пути”, и все мимо… Вон друзья – Света с Костей – месяц назад первый раз тут ехали к своим родственникам – и в монастырь заехали, и там побывали, и туда заскочили. Весь вечер рассказывали… Тут всего-то пять километров». Песня у Главного Штурмана звучит все неубедительнее: знает: на ходу Главного Водителя тяжело пронять – как того шамана в том трансе.

А тут уже и указатель впереди…

И вдруг – о, чудо! – Главный Водитель говорит: «Ну, ладно… Время есть. Давай заедем», и «девятка» закатывает с шоссе на проселок, оставляя за собой указатель «Антониево-Дымский монастырь. Красный Броневик. 5 км»

За Главного Водителя у нас Оля, я – за Главного Штурмана.

Поездка в отчий дом за 400 километров в глухой угол на самом краю Ленинградской области каждый раз превращается в настоящую экспедицию. «Зело красна земля та и богата на чудеса и иное…» Лето, разобранное на экспедиции и командировки, проскакивает коротко, одним махом. В деревню едем в начале осени, на несколько дней. Хорошо там в любое время года. Потому стараемся выбраться еще хоть на немножко, до снега и холода. Эта октябрьская вылазка – последняя до следующего года. Получается, сделали себе подарок…

Дорога накатана и не разбита: вскоре подъезжаем к воротам красного кирпича. Справа небольшая площадка – стоянка для автомобилей. Пусто и тихо. Выходим, минуем ворота, прочитав у входа просьбы вести себя пристойно.
Подходим к двум домам, сходящимся углом на нас. Везде признаки запустения и безжизненности. Вроде, как живут – в каких-то окнах занавески, и ни души не видно окрест. Огибаем дома и оказываемся перед церковью. Внизу за деревьями белеет еще одна. Идем к той, что ближе. В глаза бросаются необычные шпили и свежая кирпичная кладка.

Подходим ближе – почти на каждом кирпиче намалевано чье-то имя: «Зоя… Олег… Елена…» Первые эмоции: вот же вандалы, ничего святого, только б геростратову память о себе оставить… Но тут видим целую стопку кирпичей и тоже – все подписанные. Оля догадывается первой: «Это так можно купить кирпич и со своим именем отдать его храму». Действительно, видим на подоконнике ящик – «для пожертвований на строительство Храма». Опускаем туда несколько купюр. Заходим в собор. Прямо у входа кладка новых кирпичей, банка с краской и кисточки. Оля пишет свое имя. Откуда-то из недр храма появляется мужчина строительного вида. Здороваемся, и Оля смущенно ему поясняет, что мы деньги в ящик опустили. «Конечно, конечно», – благодушно говорит строитель, берет доску и опять скрывается в недрах. Пишу свое имя и я.

Потом мы осматриваем храм. Внизу нет даже пола – просто земля, голые стены, полумрак, свет сквозь оконца… По лесенке поднимаемся на колокольню. Сверху все выглядит пасторально-возвышенно: дали под голубым небом, поля, леса, окрашенные осенним золотисто-оранжевым. И, по-прежнему пустынно.

Из храма идем к белеющей справа церкви. Тут встречаются первые люди – парнишка, подметающий двор, двое монахов, пилящие дрова. Один из них, видя, как мы остановились перед входом, спрашивает издали: «Хотите в церковь зайти?». Мы киваем. Он, не спеша, подходит, открывает.

Церковь невелика. На входе покупаем свечи и открытку. Осматриваем иконы и иконостас.

«Обязательно сходите на озеро, – советуют нам. – Если хотите, вот бутылка – наберете святой воды. Тут еще Александр Невский купался и тем суставы лечил. Вот по той дорожке выйдете на берег…»

Озеро как озеро – немалое на вид, берега в осоке. Направо уходит узкая дорога, идем по ней вдоль берега и вскоре видим вроде как детскую беседку, ярко раскрашенную желтым и зеленым. Подойдя ближе, понимаем, что это такой необычной формы часовня. Спуск к воде перед ней оборудован – ступеньки и поручни. Рядом в кустах будочка с надписью «Для переодевания». Солнце висит над дальним берегом, и мы не сразу замечаем в сотне метров крест, возвышающийся прямо из воды…

Покидаем монастырь в умиротворенном настроении. Главный Водитель благодарит Главного Штурмана.

Единственно жаль, что наше неведение некому было рассеять: почему крест в воде, отчего часовня столь необычных форм, с крышей, похожей на шляпу?

Обо всем этом мы узнаем только по возвращении домой…

«Антониево-Дымский монастырь – один из древнейших монастырей Северной Руси. Его история насчитывает почти восемь веков, в течение которых были и нашествия иноплеменников, и периоды разорения и запустения, и периоды расцвета и славы. Три раза монастырь закрывался, три раза был полностью разрушен, три раза чудесно восставал из праха и пепла», – сообщило нам издание Леушинского подворья «Преподобный Антоний Дымский. Житие, подвиги, чудеса, история монастыря, обретение мощей. Служба и Акафист». (Сост. священник Г. Беловолов, Санкт-Петербург – Тихвин, 2002. Здесь и далее использованы сведения из данного издания).

Преподобный Антоний Дымский родился примерно в 1206 г. в Великом Новгороде. Иноческое призвание, к которому он тяготел с раннего возраста, привело юношу в Хутынскую обитель к преподобному Варлааму, от которого Антоний и принял постриг в 1224 г.

Перед кончиной Варлаам указал своим преемником Антония, и с 1243 г. тот стал игуменом Хутынской обители. Прочно утвердив монастырь, отец Антоний начал тяготиться своим постом и людской славой и тайно покинул обитель в поисках уединения для отшельнической жизни.

Долго обходил он пустынные места и глухие дебри русского севера. И однажды вышел на берег озера, лежавшего среди дремучих тихвинских лесов в дальнем краю Обонежской пятины Великого Новгорода. Момент избрания места для будущего монастыря замечательно изобразил духовный писатель середины XIX века Башуцкий: «Скитаясь по лесной пустыне, Антоний вышел на эту поляну, взошел на возвышающуюся холмом середину ее, и взором, просветленным от света внутреннего, взглянул кругом на необозримую глубину бегущих во все стороны лесов, как бы соединяющихся на горизонте с небом: на спокойно улегшуюся в этом безлюдном месте вышину поляны, пологий откос, который ласкают тихо плещущиеся об него волны пустынного, темного, спокойного озера, отражающего в себе лишь тот же лес с тем же куполом неба, когда Антоний заслышал эту тишь, не нарушаемую никаким гулом человеческих забот, – он не мог не избрать этого места, превосходно отделенного своим положением и природою от всякой молвы, попечений и печалей века».

На холме, на северном берегу озера, именуемого Дымским, отшельник поставил себе шалаш, а к зиме выкопал пещеру. На следующий год срубил келью. В воде недалеко от берега отшельник обнаружил большой камень-валун, едва выступающий из-под зеркала озера. Когда воды поднимались, камень исчезал под ними, когда опускались – вновь показывался. Антоний приплывал на лодке и подолгу молился один, стоя на камне среди глади вод, от которых, подобно ладану, поднималась утренняя озерная дымка. Так необычно, с камня на озере, начался Дымский монастырь. Преподобный Антоний исполнил уникальный в Православной Церкви подвиг «столпничества на водах», поэтому камень по праву стал почитаться святыней Дымского монастыря. Еще стал Антоний известен тем, что ежедневно носил на голове 3-килограммовую железную шляпу, поля которой гвоздями были прибиты к тулье.

Долгое время хутынские монахи ничего не ведали о местонахождении своего настоятеля. Однако почитатели иноческого житья постепенно стекались на Дыми, прося благословения отшельника и поселяясь вокруг. Вскоре образовалась небольшая община, которая с общего согласия решила просить князя Александра Невского, чтобы тот пожаловал грамоту на создание монастыря и, получив ее, приступила к постройке храмов.

Первым был деревянный двухуровневый в честь преподобного Антония Великого (IV в.) с приделами – внизу во имя Покрова Божией Матери, а наверху в честь Николая Чудотворца. Тогда же были выстроены первые кельи, а немного спустя – вторая, уже теплая (то есть отапливаемая) церковка в честь Рождества Иоанна Предтечи. Так прошло немало лет до кончины чудотворца, которая последовала 24 июня 1273 г. на 67 году его жизни. На берегах Дымского озера преподобный Антоний провел более тридцати лет.

После упокоения Антония Дымского возник обычай плавать вокруг камня, на котором он молился. По преданию, много больных исцелялось этим купанием, и еще при жизни Антония сам Александр Невский приезжал в обитель, купался в озере и избавился от ревматизма.

Первое разорение монастыря случилось в 1409 г., во время набега татар под предводительством хана Едигея на новгородские волости. Во избежание надругательства монахи раку с мощами старца спрятали под спуд, накрыв сверху каменной плитой, засыпали землей, а всю церковную утварь, колокола и железную шляпу преподобного опустили на дно озера. Монастырь татаро-монгольское полчище разграбило и сожгло дотла. Однако святыни были спасены и впоследствии обретены в водах Святого озера. Братья же в ту годину оставили обитель на продолжительное время. Дата возобновления монашеской жизни в Антониево-Дымском монастыре после разорения 1409 г. неизвестна.
Новые сведения появляются в 1578 г., когда в Дымском монастыре нашли прибежище насельники Валаамского монастыря, которые после шведского разорения Валаама переселились в «монастырь у Антонья Великого на Дымех». Так соединились истории двух великих обителей севера Руси. В Смутное время в 1611 г. монастырь пережил второе опустошительное разорение – от шведов. Войска графа Делагарди не смогли взять осадой Тихвинский Успенский монастырь и обрушили свой удар на Дыми. Неукрепленная обитель не смогла оказать сопротивления. Храмы и кельи были сожжены, монахи разбежались по окрестным лесам, святое место опустело на много лет.

В 1626 году первый государь дома Романовых Михаил Федорович повелел возобновить «монастырь на Дымях». А уже в царствование Алексея Михайловича в 1655 г. в Дымском монастыре был построен первый каменный храм – соборная церковь во имя Антония Великого с приделами в честь иконы Казанской Богоматери и святого Николая Чудотворца.
Временем расцвета Дымского монастыря стал XIX век. Вместо вечнозеленых сосново-еловых лесов, окружавших обитель в XVII-XVIII веках, в XIX веке окрестности заполонили огороды, пашни и луга. За это столетие обитель была отстроена фактически заново – полностью в камне, чему способствовала ежегодная Антониевская «ярмарка», проходившая в течение четырех дней с 24 июня на праздник св. Иоанна Предтечи.

В 1806 г. настоятелем Герасимом был закончен верхний ярус собора, начатый еще в предыдущем столетии. В феврале там были освящены престолы: левый – во имя Антония Дымского и правый – Живоначальной Троицы. Пятикупольный четырехпрестольный собор с двухъярусной колокольней стал украшением обители. В 1839 г. трудами настоятеля Амфилохия вокруг монастыря была возведена каменная ограда с четырьмя башнями по углам и Святыми вратами, на западном фронтоне которых помещалось изображение Святой Троицы.

В 1840 г. был построен одноэтажный каменный братский корпус, в 1846 г. – двухэтажный корпус для настоятеля и размещения в нем братской трапезной и кухни, в 1849 г. – двухэтажный корпус для работников монастыря и паломников (сохранился до сего дня), а в 1850 г. достроены хозяйственные постройки (ледники и квасоварня).

Накануне революционного 1917 года Дымский монастырь насчитывал 55 насельников. После Октябрьского переворота монастырь пережил третье закрытие и разорение за свою историю. В 1919 году монастырь был упразднен: из Тихвина новая власть прислала броневик, с которого солдаты объявили о закрытии обители. Место «подвига» броневого отряда «увековечили» переименованием в поселок «Красный броневик». В 1921 г. уездный собес разместил в монастырских помещениях «Приют для калек и престарелых». В 1929-м здесь образовали коммуну по производству кирпича. «Производство» свели к разборке монастырских стен и башен на кирпичи для дальнейшей продажи. В результате «производства кирпича» были постепенно разобраны практически все монастырские строения.
 

После войны в единственном оставшемся келейном корпусе и гостинице была организована школа трактористов. Позже в монастыре расположилась психиатрическая лечебница. Потом остатки монастыря были переданы бокситогорскому комбинату «Глинозем», и в бывшем странноприимном доме разместили заводской санаторий-профилакторий, а главный собор использовался под склад. В конце 1950-х годов он был окончательно разобран.
Приют для престарелых, кирпичный завод, школа трактористов, психиатрическая лечебница, санаторий-профилакторий, склад… Воистину, люди не ведают, что творят… В конце XX века Дымский монастырь представлял из себя жалкое зрелище: ни храмов, ни ворот, ни стен. На холме одиноко высился остов некогда четырехъярусной колокольни с зияющими проемами, пустующие двухэтажные корпуса келейного и странноприимного домов, несколько деревянных хозяйственных построек. Древнейший монастырь, проживший восемь веков, был разрушен практически до основания.

Казалось, что никаких сил нет и не будет вдохнуть жизнь в эти руины.

Но летом 1994 года на средства Петропавловской церкви села Сомино, что в нескольких десятках километров от монастыря по Вологодскому шоссе, был изготовлен 4-метровый деревянный крест. Установка памятного креста на Дымском озере была приурочена к 770-летию со дня преставления Преподобного Антония (1224-1994).
А 27 января 1997 г. было подписано решение о передаче строений Дымского монастыря Церкви. И через три дня, в день памяти Преподобного Антония, представители все еще владеющего профилакторием комбината «Глинозем» передали иеромонаху Тихвинского монастыря ключи от единственного сохранившегося в эксплуатационном состоянии здания – бывшего странноприимного корпуса. 30 октября того же года монастырь был возобновлен как скит Тихвинского монастыря.

В 2000 г. началось восстановление главного собора монастыря. Через год к празднику «летнего Антония» над колокольней собора поднялся шпиль с крестом. Тогда же трудами монаха Варфоломея был построен новый трапезный храм. 2001 год в истории монастыря стал годом третьего обретения мощей Преподобного Антония, которые ныне находятся в Успенском соборе Большого Тихвинского монастыря.

В последние годы продолжается строительство собора монастыря, на берегу Дымского озера возведена деревянная часовня Преподобного Антония. 7 июля и 30 января ежегодно сюда стекаются паломники. Возрождается обычай купаться у святого камня на озере.

Может, в истории Дымского монастыря и есть ответ, почему Русь, как ее не ломай, не жги, не приватизируй, всегда восстает из руин и пепла?..

Как добраться:

Дымский монастырь находится в 238 км от Петербурга. Добраться сюда можно по Мурманскому шоссе (М18), с поворотом направо после моста через Волхов и далее по Вологодскому шоссе (А114). За Тихвином примерно в 15-20 км с правой стороны сразу после съезда с виадука через железную дорогу – большой указатель на грунтовую дорогу, по которой 5 км до монастыря. Маршрутов общественного транспорта нет.

По тексту журнала «ЭКС» № 60

SPB.AIF.RU благодарит редакцию журнала за предоставленный материал.