Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
17 марта 2010, источник: Росбалт - Петербург

Семья Рантала: В тихом финском омуте..

Между социальными службами Финляндии и семьей Инги, Вилли-Пекка и 7-летнего Роберта Рантала объявлено временное перемирие. Мальчика обещают насильно не возвращать в приют до суда. Между тем выясняется, что не все в этом деле так просто.

На совместной встрече представителей органов опеки города Турку и уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ Павла Астахова, который накануне специально приехал в Финляндию, было принято важное решение. Как сообщил Павел Астахов, договоренность в результате долгого общения с соцработниками была достигнута: Роберт останется дома по крайней мере до суда, предварительное заседание которого назначено на 19 марта. За это время с мальчиком, находящимся в стрессовом состоянии, поработают психологи, педагоги и врачи, но главное — он будет находиться дома с родителями.

Павел Астахов в день отъезда в Турку сообщил «Росбалту», что готов защищать интересы Роберта Рантала не только как омбудсмен, но и как юрист. При этом адвокат подчеркнул, что до подробного ознакомления со всеми материалами «дела Рантала» никаких комментариев относительно действий супругов и правомочности столь резких действий соцработников он давать не может. Сегодня Астахов, находясь в Финляндии, заявил журналистам, что в деле Рантала «не все так просто».

Астахов встретился с руководством министерства социального обеспечения и здравоохранения Финляндии, с уполномоченным по правам ребенка в Финляндии, а также с руководителем управления социальной защиты города Турку Ритой Кюслю.

«Есть довольно пухлое досье с 2006 года, которое вот-вот будет озвучено в суде», — сообщил Астахов журналистам. — В этой семье все не так идеально, как казалось".

Напомним, 15 марта социальные педагоги впервые после многодневного пребывания мальчика в приюте позволили ему посетить школу. Оттуда Роберт моментально сбежал домой, который находится от школы на расстоянии буквально нескольких десятков метров.

«Мы держим оборону и ведем переговоры с финскими социальными службами, — рассказала “Росбалту” Инга Рантала. — Ребенок сам прибежал вчера к нам с просьбой о помощи, он плакал и говорил, что не хочет обратно в приют, что ему там плохо, что его обижают и он хочет остаться с мамой и папой. Он кричал: “Мамочка, любимая, спаси!” Как я могу его предать и вернуть обратно?»

Как рассказала «Росбалту» Инга, если их ситуация не разрешится в положительную для них сторону — то есть если Роберта не вернут в семью и не прекратятся попытки лишить родителей их прав, — то они будут просить и требовать Россию вывезти всю семью в РФ, чьими гражданами являются Инга и Роберт, имеющий двойное гражданство.

Между тем «дело Рантала» пухнет с каждым днем. Постепенно выясняется, в битве за младенца, как водится, едва его самого с водой не выплеснули. Оказывается, что перестарались, мягко говоря, тут абсолютно все участники драмы…

Блогеры, комментируя информацию о деле Рантала, сообщают весьма любопытные факты относительно возможного развития событий этого громкого дела. Если то, что пишут пользователи сети — правда, то становится понятным молчание финских социальных служб, упорно не желающих озвучивать и комментировать причины, по которым было принято такое исключительное решение — изъятие ребенка из семьи и лишение родителей их прав.

Так, один из блогеров Валерий, знающий финский язык и регулярно читающий и слушающий финские СМИ, сообщает, что социальным службам пришлось вмешаться в дело Рантала после того, как супруги слишком бурно отмечали Рождество. Как сообщается, оба супруга выпили, мать якобы за что-то ударила ребенка, муж за это выставил ее на улицу, где нетрезвую женщину подобрала полиция. В полиции супруги начали жаловаться друг на друга, при этом Вилли-Пекка подчеркивал, что мать «шлепает» сына не первый раз, а Инга, в свою очередь, якобы обвиняла супруга в пьянстве. По словам блогера, для обоих супругов визиты в полицию отнюдь не внове. Кроме того, Валерий утверждает, что они оба — безработные, живут на пособие, и у них долг за квартиру.
 
Примечательно, что сама Инга Рантала частично подобное подтвердила «Росбалту»: она признала, что в данный момент действительно не работает — правда, по другой причине. Якобы ее супруг достаточно хорошо зарабатывает для того, чтобы она могла не работать. Инга сообщила, что никакими пособиями семья не пользуется, а факты совместных пьянок и избиений отрицает, при этом сообщая, что мелкие семейные конфликты все-таки не могут стать причиной для лишения родительских прав и передачи ребенка в другую семью. В некоторых СМИ она заявляла примерно следующее: «Если отбирать ребенка за выпивку, то в Финляндии это надо делать с каждым вторым».

Павел Астахов, проведя предварительное «следствие», считает, что семье Рантала все-таки нужно дать еще один шанс, поскольку очевидно, что мальчик рвется именно в родную семью. Он считает, что в семье Рантала еще не все потеряно, она готова восстановиться и избавиться от проблем. Насильное возвращение в приют или передача в чужую семью будет безусловно более серьезной травмой для ребенка. Кроме того, Астахов заявил, что готов быть поручителем того, что больше никакого нарушения прав мальчика допущено не будет.

«Как сверхзадачу я ставлю перед собой: либо отложить это судебное заседание, которое назначено на 19 марта, либо найти несудебный путь решения проблемы», — сказал Астахов.

Однако очевидно, что история семьи Рантала отнюдь не исключение. Только в одном небольшом Турку проживают 53 русских женщины, в семейные отношения которых органам соцопеки также приходилось вынужденно вмешиваться и чьи дети были изъяты из семей. Сейчас, как сообщила «Росбалту» Инга Рантала, все эти женщины ждут и надеются на помощь Павла Астахова, так как они считают, что финские органы опеки «чересчур усердствуют» именно в отношении иностранок. Между тем в целом за 2009 год в Финляндии из семей изъяты 11 тысяч детей, что, по мнению Астахова, достаточно серьезная цифра для страны с населением в 5 млн человек.

Трудно поверить, что абсолютно все эти семьи асоциальны и опасны для детей. Также очевидно, что финские органы опеки чересчур усердствуют в своем желании сделать как лучше. Потому что зачастую получается как хуже.

По мнению Астахова, финские социальные работники не предприняли всех необходимых мер, прежде чем забирать ребенка из семьи. «Они должны были предложить передать мальчика родственникам или семье, близкой к этой, предложить социальную помощь родителям, — отметил он. — Этого сделано не было». Следует напомнить, что у Роберта и в Финляндии, и в России живут родные бабушки и дедушки.

Кроме того, соцработники забирали Роберта из семьи, мотивируя это тем, что ребенку опасно там оставаться. При этом уже через несколько дней пребывания в приюте мальчик получил там травму (напомним, старший воспитанник приюта бросил в ребенка кусок льда, в итоге с травмой виска, брови и глаза Роберта пришлось отвезти в больницу), а также, по его словам, неоднократно подвергался словесному и физическому насилию со стороны других воспитанников приюта.

Способ, избранный опекунами в целях обезопасить 7-летнего мальчика, тоже вызывает большие вопросы: ребенка просто фактически заперли в четырех стенах, лишив не только родителей, возможности ходить в школу, но даже прогулок. При этом «охрана» дала сбой в первые же минуты послабления режима: маленький ребенок смог сбежать от нескольких десятков взрослых. Хорошо хоть, что домой и что «в бегах» с ним ничего не случилось…

В любом случае у русских женщин, живущих за границей, сейчас появится возможность не столько пожаловаться на свои проблемы, сколько все-таки поднять вопрос о необходимости создания какого-то действенного правового механизма, регулирующего отношения межнациональных семей, и создания специального режима защиты российских граждан как в конкретной Финляндии, так и за границей в целом. Слишком тяжело в первую очередь для детей обходятся взрослые разборки.

Марина Бойцова