Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
2 апреля 2010, источник: АиФ Прикамье, (новости источника)

Ветеран Галина Вотинова — Мы знали, что спасали Ленинград

Среди пермских энергетиков немало ветеранов, не понаслышке знающих, что такое война.

Они сражались на фронтах, несли трудовую вахту в тылу, детьми трудились у станков и в колхозах. В преддверии Дня победы мы начинаем цикл публикаций, посвящённый великому подвигу людей, приближавших конец Великой Отечественной.

Тягот военного лихолетья сполна хлебнули и дети. Такая судьба выпала в подростковом возрасте и на долю ветерана «Пермэнерго» Галины Ивановны ВОТИНОВОЙ. Более двух десятилетий она проработала на предприятии техником группы спецрежимов центральной диспетчерской службы, инженером, старшим экономистом отдела материально-технического снабжения.  
 

Вот что рассказывает Галина Ивановна о своём, пусть по-детски небольшом, но тоже бесценном вкладе в разгром фашизма.   

- До войны наша семья жила под Ленинградом, на станции Жихарево, что между Мгой и Волховом. В июне 1941-го мне было двенадцать лет, но то время помню как один день. Лето было ужасным: постоянные налёты немецких самолётов, обстрелы и бомбёжки, кругом — пожары, всё рушится. Мы, мирные жители, оказались посреди двух фронтов — Ленинградского и Волховского. Снаряды дальнобойных орудий летали над нашими головами. Было очень страшно, спасались кто как мог.
Позднее нас вывезли в лес, к партизанам, где мы ютились в землянках. Так наступила глубокая осень, а за ней — суровая зима. Бомбёжки стали реже, и многие вернулись в свои жилища.
Волховский фронт отодвинулся. Ладожское озеро покрылось льдом. Появилась возможность подвозить продовольствие для жителей осаждённого Ленинграда.

Мы услышали, что от Жихарево через озеро будет проходить до Ленинграда трасса, ставшая потом известной всему миру как  «Дорога жизни». Вскоре по ней в город на Неве пошли вереницы машин с продуктами, а обратно — с эвакуируемыми и ранеными. Их переправляли в населённый пункт Лаврово, оттуда грузовыми машинами и автобусами через Подолье и Васильково или Сассары — к нам, на станцию Жихарево, где размещали в Доме культуры. Замечу, по тем временам это был хороший Дом культуры.
Отправлять сразу ленинградцев, вывезенных из осады в тыл, было невозможно, настолько они были слабы от голода. Их подкармливали, подлечивали и, едва окрепших, везли на Урал и в Сибирь.

Все силы жителей нашего посёлка были направлены на уход за эвакуированными блокадниками. Поскольку школы не работали, то мы, дети, не учились. И в меру своих сил тоже ухаживали за спасёнными ленинградцами.
Зимой наши мамы работали на расчистке «Дороги жизни» от снежных заносов. Без техники, лопатами, работали с раннего утра до темноты, получая только 600 граммов хлеба.

Подростки 12-14 лет трудились наравне со взрослыми, но хлеба не получали. Мы работали по желанию и сколько могли, так как у каждого кто-то из младших был на попечении. У меня — маленькая, четырёхлетняя сестрёнка Инна, которую я нередко старалась «подкинуть» старушке Лукинишне, а сама бежала с ребятами на трассу.

По ней везли много продовольствия, и мы радовались, что Ленинград будет спасён. Хотя сами тоже голодали: в первые месяцы войны нам не выдавали пайков, питались тем, что сохранилось в хозяйствах после бомбёжек. Пекли лепёшки из картофельных очисток и жмыха. Летом делали их из лебеды и других трав.

«Дорога жизни» спасла и город, и его жителей, проявивших стойкость и мужество. А я, повзрослев, после окончания войны училась в Ленинграде в техникуме. Затем была направлена на работу в Молотов (Пермь).

Здесь, в Перми, я проработала 42 года, 26 из них — в системе «Пермэнерго». В молодости всякий раз, когда бывала в командировках в Ленинграде, обязательно посещала Пискарёвское кладбище, где в братских могилах покоится прах и моих родных. На этом кладбище есть плита с надписью «Вечная память героям Перми, погибшим в боях за Ленинград».