Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
2 апреля 2010, источник: Фонтанка

Антитеррор по-израильски

После последнего теракта комментаторы и политики часто упоминают израильский опыт борьбы с террором и так или иначе пытаются найти в нем ответы на те вызовы, которые ставит исламский терроризм в сегодняшней России. Как человек, проживший 10 лет в Израиле, я хочу рассказать, как и что делается и делалось на Земле Обетованной в плане безопасности и какую цену за нее платит израильское общество.

После последнего теракта комментаторы и политики часто упоминают израильский опыт борьбы с террором и так или иначе пытаются найти в нем ответы на те вызовы, которые ставит исламский терроризм в сегодняшней России.  Как человек, проживший 10 лет в Израиле, я хочу рассказать, как и что делается и делалось на Земле Обетованной в плане безопасности и какую цену за нее платит израильское общество.

Борьбу с террористами внутри страны ведут армия, полиция, общая служба безопасности (ШАБАК) и частные охранные службы. Начнем с армии. Теракты начались не год, и не десять лет назад. Кто-то скажет, что это началось в 1929 году, кто-то — с 1948 года, с провозглашением Независимости. В любом случае, в то время война шла везде, тыла как такового не было, и с Войны за Независимость солдаты приезжали в отпуск домой с личным оружием и с боевыми патронами.

Всегда и везде  вокруг присутствуют вооруженные люди, готовые дать отпор, открыть огонь из боевого оружия. Туристы  шокированы  видом солдат в автобусах, спящих в обнимку с М16, и израильскими девушками в военной форме с автоматами на плече. Многие террористы были обезврежены именно вооруженными военнослужащими, находившимися в отпуске. Оказавшись поблизости, они открывали огонь, обезвреживали террористов, и количество жертв было меньше, чем могло бы быть.

Примеров тому масса, вот из последних: террорист ворвался в религиозную школу и открыл огонь по детям. Услышав выстрелы, офицер, находившийся в отпуске дома, вбежал в помещение, где слышались выстрелы и уничтожил террориста. Через несколько дней палестинец угнал бульдозер, и начал крушить все подряд на заполненной машинами улице. Запрыгнувший на заднее колесо солдат застрелил его, правда, только после того как террорист уже успел раздавить несколько автомобилей.

Таких примеров масса. Следует отметить, что в обращении с оружием у израильтян техника безопасности доведена до культа. Я помню, как с первого выхода на стрельбище нам вдалбливали правила обращения с оружием, не уставая повторять: «Все эти правила написаны кровью!!!». По прошествии многих лет у меня палец никогда не ляжет просто так на курок даже игрушечного пистолета, а на любом стрельбище, перед тем как поставить оружие на предохранитель, я дважды проверяю, что в стволе нет патрона.

Я никогда не слышал, чтобы кто-то использовал армейское оружие в отпуске для сведения личных счетов, или просто спьяну палил даже в небо. Армия регулярно проводит точечные вылазки, арестовывает, или уничтожает, террористов. Рейды проводятся в палестинских деревнях, куда выдвигаются по агентурным данным, и, как правило, по ночам.  Тем не менее, даже такая тактика не позволяет избежать гибели мирных людей.  Пример – группа захвата ночью, в полной тишине, подходит к дому террориста. Сосед, увидев среди ночи тени людей рядом со своим автомобилем, прихватив охотничье ружье и старшего сына выходит на крыльцо, ну а дальше – два выстрела, два трупа. Или когда вертолет по точному указанию выходит на цель – машину с руководителем боевиков, выпускает ракету, осколками или взрывной волной часто бывают задеты и невинные люди. CNN и все мировые телеканалы после этого крутят картинку окровавленных палестинских детей и женщин.

Можно вспомнить и о специальных подразделениях «мистаравим», в которых служат люди, свободно владеющие арабским языком, способные слиться с толпой демонстрантов, раствориться незамеченными среди бросающих камни и зажигательные бутылки. Используя фактор неожиданности, они могут обезвредить зачинщиков и организаторов.

На полицию возложена роль в обеспечении безопасности в городах, на общественных мероприятиях и на дорогах внутри страны. Борьба с террором является наивысшим приоритетом,  и  на это списываются неудачи и провалы в борьбе криминалом. В последние годы число квартирных краж, насильственных преступлений многократно возросло по сравнению с тем, что я видел 20 лет назад. При этом всегда готов ответ – у нас недостаточно сил и средств для борьбы с уголовной преступностью, все брошено на борьбу с террором.

Некоторое время тому назад в России началась дискуссия, нужно ли возрождать народные дружины. И многие высказывались против, дескать, безопасность — это удел профессионалов. В Израиле есть добровольные подразделения «Мишмар Эзрахи» — гражданской охраны. Жители городка или района приходят после работы в местный полицейский участок, получают оружие (как правило устаревшие винтовки М1), светоотражающие жилеты и на время дежурства получают полные права полицейского. В одну из волн террора, когда впервые смертники взорвали три автобуса подряд, в такое подразделение записался и я.  Ведь речь шла о безопасности городка, в котором я жил! Мы на полицейской машине объезжали улицы, проверяли школы, детсады, а в случае «горячих» оперативных данных об угрозе проникновения террористов, устраивали блокпосты.

Теперь об охранных фирмах и агентствах. В них работают, как правило, люди, закончившие военную службу и имеющие хороший опыт владения огнестрельным оружием. Практически все охранники вооружены. Где и что они охраняют?  Да практически все госучреждения, банки, школы, торговые центры, подземные парковки. После 2001 года  в обеспечении безопасности был сделан качественный скачок. Например, все выходы в торговые центры были законопачены, оставлен один, перекрытый заграждениями и охраняемый двумя вооруженными охранниками с металлодетекторами.

В последний приезд, меня позабавил вид IKEA. Все точно так же, как во всех странах, как и в России, но только на входе охранник с «Мини-Узи» и «подкова», знакомая большинству людей в мире только по аэропортам. Впрочем, вещи  на входе проверяли всегда на моей памяти, поэтому когда в других странах я наблюдал людей, предъявляющих обескураженным охранникам на входе в магазины свои открытые сумки, я безошибочно угадывал в них израильтян. Именно охранники попросят вас открыть багажник на въезде на подземную парковку, проверят вещи при входе, а теперь еще и проверят ручным детектором. На центральных автобусных станциях стоят все те же подковы. Все школы, детские сады обнесены высокими металлическими заборами, а на входе все те же секьюрити.

В момент обострения террора, они стояли и на входе во все рестораны. Все это, естественно, ложиться дополнительными расходами на страну, и за все это приходиться платить. В последние годы была построена бетонная стена, отделяющая «территории» от собственно государства Израиля.

Ну и, наконец, ШАБАК. Это организация довольно закрытая, какие-то 15 лет назад даже имя ее руководителя держалось в секрете. Методы, штаты и какая либо другая информация полностью отсутствует. Сор из избы не выноситься никогда. Работают в полном взаимодействии с армией и полицией. Упор четко сделан на агентуру.  Несмотря на смертельный риск, осведомители сообщают обо всем, что происходит в арабских городах и деревнях. Риск действительно смертельный – в случае провала их ждет ужасная расправа. Есть, конечно, работающие за идею, но большинство завербовано всеми классическими методами, ничего общего не имеющими с либеральными ценностями и демократическими идеалами. Шантаж, компромат, деньги. Я встречал таких на территориях, при проверке документов они украдкой показывали удостоверение выданное ШАБАКом. Впечатление  они производили слегка жалкое и вызывали чувство отвращения.

Израиль называют единственной демократией на Ближнем Востоке. При этом все знают, что  62 года своего существования он ведет отчаянную борьбу с террором. Террор не только уносит жизни, но и требует огромных усилий, денежных средств и часто отступлений от общепринятых либеральных ценностей, как то равенство всех граждан и отсутствие дискриминации по национальному и религиозному признаку. Все туристы надолго запоминают кропотливый изнуряющий допрос в аэропорту и, наверное, обращают внимание, что это совсем не касается евреев, обладателей израильских паспортов, с отметкой о службе в армии.  Мало кому из арабских граждан Израиля удается уехать без личного досмотра и полного осмотра чемоданов. 

Есть и дискриминация, скрытая от глаз туриста. Нельзя  увидеть араба в армии, в том же ШАБАКе,  в полиции. Да даже вооруженным охранником в магазине! Ну и дальше – можно ли доверять арабу проектировать мост?  Систему водоснабжения? И эта невидимая черта проходит через все общество. Практически нет смешанных районов, всегда арабские кварталы отделены от еврейских. Евреям это кажется обыденным и естественным. Я помню, у самого вызвало улыбку имя Мухаммед, на бейджике секьюрити в аэропорту Монреаля, производившего предполетный контроль.

Дискриминация, жертвы среди населения, дают невольную подпитку террору, позволяют его организаторам вербовать новых членов. Вот такая у меня получилась картинка. Некоторые  предложат войну с  террором до конца, но за эти годы его так и не видно. Кто-то переговоры с террористами, но на смену тем «вменяемым», с которыми ведутся переговоры, приходят другие еще более безбашенные. И война и террор продолжаются, то затихая, то полыхая вновь. Надеюсь, что теперь читателям «Фонтанки» будет чуть более понятны те ссылки на израильский опыт борьбы с терроризмом, и что за этим стоит.

Виктор Поляков, специально для «Фонтанки.ру»