Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
23 апреля 2010, источник: РИА Новости, (новости источника)

Театр жеста: как разбить стеклянную «банку»

Созданный в 2006 году московский театр «Синематографъ», в котором играют слабослышащие актеры, остался без помещения. До этого репетиционная база и основная сцена театра базировались в ГСИИ — Государственном специализированном институте искусств, где учатся студенты с нарушениями слуха.

Созданный в 2006 году московский театр «Синематографъ», в котором играют слабослышащие актеры, остался без помещения. До этого репетиционная база и основная сцена театра базировались в ГСИИ — Государственном специализированном институте искусств, где учатся студенты с нарушениями слуха.

Анастасия Несчастнова утром – сурдопереводчик на факультете актерского мастерства в ГСИИ, по вечерам — актриса театра слабослышащих «Синематографъ».

«В нашей труппе, состоящей в основном из выпускников ГСИИ, – альтруисты. На зарплату актера не проживешь даже при аншлагах. Но это любимое дело, которое приносит огромное удовлетворение», — говорит Анастасия.

Анастасия уверяет, что актерам «Синематографа» повезло: «Есть возможность работать по профессии, в отличие от большинства слабослышащих студентов ГСИИ».

Последний раз в этом театральном сезоне Анастасия  выходила на сцену московского дома-музея  В. С. Высоцкого в постановке «Пошли мне, Господь, второго…».

Спектакль «Пошли мне, Господь, второго» был поставлен театром неслышащих актеров  к 70-летию Владимира Высоцкого. Премьера его  состоялась 19 января 2008 года в Театре на Таганке.

Неслышащие и слабослышащие актеры театра «Синематографъ» играют постановку по произведениям Высоцкого на языке жестов уже два года. В камерном зале музея на Таганке  зрителей около ста человек – больше мест нет. О реальном количестве поклонников  жестового искусства можно судить хотя бы по тому, что один из первых роликов, который был выложен в Интернет, набрал миллион просмотров.

Репетиции под лестницей

Спектакль длится полтора часа, но рабочий день «Синематографа» не заканчивается, когда расходятся зрители. Актеры выходят из образа и возвращаются " в реальность". Нужно быстро разобрать декорации и отнести их в грузовик: водитель ждет. Дом-музей Высоцкого – площадка гостеприимная, но все же это временное пристанище для «Синематографа».

«Нам позвонили из дома-музея Высоцкого, у них люди отказались от спектаклей, — рассказывает директор театра “Синематографъ” Ирина Кучеренко. – И они предложили нам играть. Так что в этом полугодии мы себе позволили три спектакля».

Чтобы исполнять Высоцкого в жестовой аранжировке, актерам нужно было решить проблему авторских прав. Театр «Синематографъ» обратился к сыну поэта, и тот одобрил их творческий проект.

Что будет с театром дальше, директор не знает. Своей крыши над головой у «Синематографа» нет. Декорации пока хранятся в здании ГСИИ. Раньше театру слабослышащих и глухих актеров разрешали проводить репетиции в институте, но ректоры в нем часто меняются. За 20 лет существования ГСИИ им поочередно руководили шесть человек. Последняя смена руководства произошла в декабре прошлого года.

«В этом году новый ректор института Андрей Шатский при первой же нашей встрече объявил, что театр должен оплачивать аренду за репетиции, хранение декораций и спектакли наравне с коммерческими организациями», — рассказывает Ирина Кучеренко.

«Меняется ректор, и нас просто просят “на выход”. Главная причина – актеры “Синематографа” уже не студенты вуза, а выпускники. Поэтому обязательств у учебного заведения перед театром нет», — добавляет она.

Директор «Синематографа» говорит, что за время, пока театр «скитается», она обращалась во всевозможные инстанции.

«Писала в Министерство культуры, потом ходила туда лично. После звонка “сверху” ректор позволил хранить в ГСИИ хотя бы декорации, — говорит женщина. Репетировать и играть спектакли “Синематографу” по-прежнему  негде».

Правда, советник ректора Алексей Панов считает, что ситуация еще может измениться. «Возможно, через какое-то время мы снова будем сотрудничать с этим театром», — говорит Панов.

По словам театрального директора Ирины Кучеренко, «Синематографъ» сейчас рассчитывает получить финансовую поддержку Департамента социальной защиты. Однако даже с этими деньгами аренда помещения в Москве будет не по карману молодому коллективу, существующему исключительно благодаря энтузиазму самих актеров и грантам.

Сила и парадокс жеста

Несмотря на бытовые трудности, театру с 2006 года удается держаться на плаву и ставить новые спектакли. В репертуаре пока три постановки: «Пошли мне, Господь, второго» по Высоцкому, мюзикл «Petit cafe» и «Записки сумасшедшего» по Гоголю.

Все спектакли ставили разные режиссеры. Первую серьезную работу, спектакль по песням и стихотворениям  Высоцкого, недавние выпускники актерского факультета ГСИИ создавали под руководством молодого режиссера Ильи Казанкова, студента ВГИКа — такого же поклонника творчества Владимира Семеновича, как и актеры «Синематографа». Перенести произведения Высоцкого на жесты молодым и дерзким художникам не помешал ни языковой барьер, ни отсутствие опыта работы в театре у кинорежиссера Ильи Казанкова. «Пошли мне, Господь, второго» публика приняла на ура. Последующие постановки тоже были хорошо приняты зрителями.

«Парадокс жеста заключается в том, — объясняет Андрей Назаренко, режиссер спектакля “Записки сумасшедшего”, — что, хотя неслышащие люди разговаривают на языке, незнакомом обычным людям, со сцены артисты неожиданно доносят идею автора очень просто и понятно. Жест становится достоянием любой нации, любого народа. “Записки сумасшедшего” смотрела немецкая публика, и эта история была им абсолютно понятна — не благодаря языку Гоголя, а именно благодаря языку жестов, на который он был переведен. Жест – это то, что мы понимаем, чем мы пользуемся в обычной жизни, но не обращаем на это никакого внимания. Ты можешь миллион раз говорить женщине “Я тебя люблю”, но жест это может сказать гораздо ярче».

Театр уже выезжал на гастроли – их организовали своими силами поклонники из Петербурга. А в мае «Синематографъ» выходит на международный уровень: его пригласили принять участие в Биеннале театра «Эжен Ионеско» в Кишиневе. «Мы вообще отказываемся принимать участие в фестивалях особых театров, – поясняет Ирина Кучеренко. — У нас такая установка: мы – профессионалы, и относитесь к нам как к профессионалам. Ни в каких любительских фестивалях мы участвовать не будем. Вообще, существует несколько предвзятое отношение к театру: “А! Ну, инвалиды…” Поэтому нам придется отстаивать свое право на жизнь, право на то, чтобы стать театром».

От станковой живописи к станку

Великолепная четверка «Синематографа»: Алексей Знаменский, Максим Тиунов, Ольга Мельникова и Анастасия Несчастнова – выпускники актерского факультета ГСИИ 2006 года. Факультет существует с момента основания института – 1991 года.  ГСИИ – единственный не только в России, но и в мире институт, где людей с ограниченными физическими возможностями обучают творческим специальностям.

Помимо актерского мастерства в институте есть еще два направления: изобразительное искусство и музыка. Слабослышащих и глухих студентов здесь обучают преподаватели Щукинского и Строгановки. Молодые специалисты получают дипломы, подтверждающие их высокую квалификацию – и точно так же, как их сверстники с «неограниченными» возможностями, сталкиваются с проблемой поиска работы. Трудоустройством своих выпускников ГСИИ, как и большинство российских вузов, не занимается.

Тем, кто окончил факультет ИЗО, устроиться на работу проще. Им помогают вступить в Союз художников, содействуют в организации выставок. Кроме того, несколько лет назад на факультете открылась кафедра дизайна. Дизайнеры, как известно, сейчас востребованы, однако даже им тоже приходится нелегко на рынке труда, не говоря уже о «театралах».

Согласно статье 4 Федерального закона «О занятости населения в Российской Федерации» подходящей считается такая работа, которая соответствует профессиональной пригодности работника. На деле часто получается, что выпускники актерского факультета ГСИИ, профессионально пригодные к игре на сцене, вынуждены работать по специальностям, не имеющим к их образованию никакого отношения – вернее, не имеющим отношения к образованию в принципе. К примеру, их очень охотно берут в сетевые магазины на должности мерчендайзеров и грузчиков, а также на заводы.

Представители Всероссийского общества глухих (ВОГ) ссылаются на «Театр-студию мимики и жестов» как на одно из основных своих учреждений, которое «поддерживает творческую и социальную активность членов ВОГ». Однако молодежь не спешит влиться в коллектив театра: за годы постсоветского существования он буквально превратился в арендную площадку. В репертуаре его исключительно детские спектакли и лекции о политике и сельском хозяйстве. Словом, никакого простора для творчества. Поэтому дипломированные актеры предпочитают зарабатывать на жизнь, переставляя баночки с полки на полку в супермаркете, а искусством заниматься в свободное от работы время. 

«Существует еще один коллектив, — рассказывает Андрей Назаренко, – это театр “Недослов”, который был создан лет 10-12 назад на базе института. Там собираются выпускники разных лет, им помогают педагоги. И он никак не может выйти на профессиональный уровень. Несмотря на то, что все ребята имеют профессиональные дипломы, профессиональные навыки, он всегда остается немножко студенческим — потому что у театра нет ни своего помещения, ни своего финансирования».

«Здесь должно помочь государство, – уверена Елена Григорьевна Болотских, доцент кафедры живописи ГСИИ. — А мы гарантируем, что, конкурируя со здоровыми студентами, наши студенты будут лучше, потому что точно так же, как они отдают себя учебе, они будут весь свой талант отдавать работе».

Насколько увлечены студенты ГСИИ учебой, понятно хотя бы по тому, что ректору, желающему навести порядок в институте, пришлось издать указ, запрещающий студентам находиться в здании после 22 часов.

Жизнь в стеклянной банке

Существование ГСИИ перестало казаться стабильным в условиях сокращения «лишних» вузов в рамках реализации программы оптимизации сети подведомственных образовательных учреждений. Пока никаких официальных решений о судьбе института не принято, но преподаватели волнуются, что очередь может дойти и до них. Советник ректора Алексей Панов считает, что небольшой институт вскоре вполне могут разбить по факультетам и слить с другими, более масштабными вузами. Правда, он считает, что возможен и другой путь – расширяться. Но для этого нужны средства.

Творческую реализацию инвалидов, в том числе и по слуху, поддерживают в основном на любительском уровне.

Под ведомством Департамента семейной и молодежной политики города Москвы работает, к примеру, Городской информационно-методический центр «Россия» для молодежи с ограниченными возможностями здоровья. В «России» проводятся мероприятия по интеграции инвалидов.

В центре «Россия» открыты курсы жестового пения. Их посещают и настоящие профессионалы, студенты ГСИИ, и инвалиды по слуху, которым хочется петь, и даже слышащие любители жестовой песни.

В мае стартует организованный центром фестиваль творчества молодежи «Звездная карусель», в котором примут участие ребята как с ограниченными, так и с неограниченными возможностями здоровья. Однако пока что подобных центров в стране очень мало.

В основном же для людей с физическими ограничениями создают особые театры, особые фестивали и особые выставки. Андрей Назаренко называет такое положение вещей жизнью внутри стеклянной банки: «Человек видит окружающий мир, но выйти куда-то из этой стеклянной банки он не может».

Оказывается, что изменить ситуацию можно не только сверху, но и снизу. Пока наверху размышляют о том, как создать для инвалидов, и в том числе для инвалидов по слуху, достойные рабочие места, в театре «Синематографъ» разработали свой проект. Суть его в том, чтобы создать на территории промзоны открытую театральную площадку (по аналогии с центром современного искусства «Винзавод»), которая на конкурсной основе будет предоставляться различным молодым театральным коллективам. Так «Синематографъ» пытается решить проблему равных возможностей. Не только для неслышащих – для всех. Проект подробно расписали и направили на рассмотрение в Департамент семейной и молодежной политики. Теперь «Синематографъ» и поклонники этого театра ждут ответа.