Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
11 мая 2010, источник: Росбалт - Петербург

Солдатам снятся девушки в униформе

Полгода назад в армию ушли новобранцы осеннего призыва-2009. «Росбалт» проводил первую сотню "петербургских патриотов" и обещал регулярно узнавать, как служится трем наугад выбранным добровольцам.

Любопытно отслеживать «эволюцию солдата». На призывном пункте мы провожали храбрящихся, но все-таки испуганных мальчишек. Мамы еле сдерживали слезы, подруги и даже жены (напомним, один из наших героев, несмотря на юный возраст, уже имеет 2-летнего сына) держали любимых за руки, а бабушки просто рыдали в голос…

Однако первые месяцы службы оказались приятной неожиданностью: ребята попали служить недалеко от дома. Двое — под Псков, а один и вовсе был переведен из части в Ленинградской области в самый центр родного Петербурга и служит в 10 минутах ходьбы от дома. Новобранцев можно было практически беспрепятственно навещать и подкармливать, на дедовщину они тоже не жаловались.

Тяжелее оказалось зимой: родные всех трех юношей, не сговариваясь, утверждали, что ребятам тяжело физически, что они очень похудели и устали. Плохо стало и с увольнительными: короткие встречи разрешались только на КПП.

Например, добровольно ушедший служить, несмотря на действующую студенческую острочку, Артур уже намекал, что студенческая скамья была бы милее солдатской казармы. А Михаил, служащий в элитной десантной части под Псковом, рассказывал об армейском экстриме: для домашнего 18-летнего мальчика марш-броски и рытье окопов на 32-градусном морозе стало делом нелегким.

Зато весна принесла свои плоды: мамы-папы-жены рассказали «Росбалту», что их мальчики буквально расцвели. Они снова стали мечтать о «стандартных» для их возраста вещах: о любви и девушках.

«Сам помню: когда я служил, мне все время снилась жена, но только в униформе цвета хаки, — рассказывает Николай, отец десантника Михаила. — И сын тоже: говорит только о своей девушке, чуть ли не жениться сразу после армии собирается… Я его отговариваю изо всех сил, прошу подождать: под каблук он всегда успеет попасть. А здесь я вижу, что армия — это его стихия, он там возмужал, чувствует себя увереннее, сильнее. Я бы очень хотел, чтобы он остался в армии на контрактную службу, но у него одни девушки на уме, а вовсе не контракт».

Николай рассказывает, что сын закончил учебку и сейчас работает в штабе, причем, работает, похоже, с удовольствием: даже в майские праздники в увольнение не пошел, потому что надо работу доделать. Что именно он делает, родителям знать не положено. Но кроссы бегает по-прежнему и делает это почти с удовольствием.

«Он похудел, возмужал, стал весь такой собранный, — говорит отец. — Но все равно мечтает о дембеле. Я считаю, что армия ему ближе по духу, чем любая работа на гражданке, но девушка хочет, чтобы он вернулся домой. Я ему говорю: “Одумайся, дурачок, с девушкой пока лучше на расстоянии! Но в армии все иначе воспринимается…”

Отец говорит, что ни в коем случае “давить” на сына не будет, все его идеи — на уровне рекомендаций и советов. “Мне главное, чтобы было хорошо моему сыну”, — мудро говорит Николай.

В мае исполнится 2 года сыну другого нашего солдата Владислава и его гражданской жены Юлии. Влад служит в роте охраны в одной из псковских частей. На майские праздники даже приезжал домой, в Петербург. Зато потом, как в известном фильме, его надо было “доставить” обратно в часть до утренней поверки. “Но мы успели!” — говорит Юля.

Девушка рассказывает, что ее гражданский муж тоже мечтает о дембеле, строит планы на будущее. Он хочет продолжить учебу в техникуме и параллельно работать, чтобы накопить деньги на будущую свадьбу. Ребятам уже известен день, когда Влад выйдет за ворота казармы: 22 октября.

Ирина, мама солдата внутренних войск Артура, говорит, что сын ни на что не жалуется, так что внешне все вроде неплохо. Правда, за последние несколько месяцев парень загадочным способом “теряет” уже третий мобильный телефон, причем последний вариант — новогодний и весьма недешевый подарок бабушки взамен двух пропавших телефонов.

“Но, как я его не пытала, ничего не рассказывает. Говорит, что все нормально, — говорит Ирина. — Возникла небольшая проблема со здоровьем: ребята в части подхватили неприятное, но не страшное кожное заболевание. Я как врач могу сказать, что все — из-за плохой гигиены. Но тут мы бессильны: за полгода в увольнении он был только 2 раза, а как у них там в части со стиркой-мытьем, я проверить, увы, не могу. Правда, ко мне на КПП его отпускают почти всегда, кроме новогодних и майских праздников”.

Мама говорит, что сегодня ее сын и ребята его призыва стали “старичками”: в часть пришли первые “салаги” — ребята весеннего призыва-2010. “Но мой сын молодых не обидит, он не такой”, — говорит мама.

“Розовые очки” с бывшего студента все-таки слетели. Если пару месяцев назад он мечтал попасть на стрельбы и “подержать в руках настоящий автомат”, то теперь — после учений на жгучем морозе и подхваченной там простуды — армейской романтики у парня поубавилось, и даже к оружию он заметно охладел.

“Правда, пока и к учебе тоже интерес пропал: если в первые месяцы он жалел, что пошел служить, и говорил, что лучше бы учился, то теперь просит его „не кантовать“. Думаю, что он просто устал и хочет отдохнуть”, — вздыхает мама.

Мама и бабушка, конечно, ждут-не дождутся, когда их мальчик вернется домой. Произойдет это в середине октября, так что осталось совсем немного.

Марина Бойцова