Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Источник: AP 2019

Представьте себе, что любая тарелка с едой может стать для вас последней. Что завтрак, обед или ужин потенциально смертельны. Но вам все равно придется их съесть.

Во время Второй мировой войны для группы молодых женщин в Третьем рейхе это было ежедневной рутиной на протяжении двух с половиной лет.

Фюрер требовал, чтобы настоящие, чистокровные немки пробовали каждое блюдо, опасаясь, что внешние враги или кто-то из своих подмешал туда яд. Обязанность девушек рассматривалась как почетная, как способ служить вождю.

Об удивительной истории этих молодых женщин мир узнал только в 2013 году, когда 95-летняя Марго Вёльк, единственная уцелевшая из них, рассказала об этом журналу «Шпигель».

И вот теперь Мишель Холос Брукс в своей пьесе «Дегустаторы Гитлера» пытается показать, как это было и что чувствовали те, кого смерть могла ожидать в любой момент после еды.

Спектакль уже прошел в разных театрах США, а теперь его в течение месяца играют на подмостках крупнейшего в мире фестиваля искусств, эдинбургского «Фринджа».

Актеры — только женщины. В пьесе их четверо (хотя на самом деле было 15, работавших сменяя друг друга), они живут в здании школы рядом с «Волчьим логовом», главной ставкой Гитлера, спрятанной в лесу недалеко от города Растенбург (Восточная Пруссия, ныне территория Польши).

Брукс узнала о «дегустаторах Гитлера» совершенно случайно — один из ее соавторов походя упомянул об этой истории, когда они пытались убить время в ожидании посадки на самолет.

«Я тогда сказала: ты будешь писать об этом? Если нет, то я напишу», — вспоминает она.

Тема показалась Брукс богатой. «В ней есть всё, о чем я задумываюсь, что меня беспокоит: как относятся к молодым женщинам, как эксплуатируют детей во время войны, как непросто вообще быть девушкой, политические манипуляции…».

Всё это звучит очень серьезно, но пьеса на самом деле — комедия, хотя юмор в ней, конечно, черный.

Брукс помещает своих героинь в рамки конкретного исторического момента и в то же время представляет оказавшихся в потенциально смертельной ловушке девушек как современных нам тинейджеров.

Они танцуют под поп-музыку, позируют для селфи — правда, сплетничают все-таки о Фрэнке Синатре, Кларке Гейбле и, конечно, о самом Гитлере.

Они болтают как юные калифорнийки, называя друг друга «подруга» или «лузер». И вдруг (снова отсыл в прошлое Германии) разражаются словами ненависти по отношению к евреям.

«Я наблюдала за молодыми женщинами, моими современницами, пытающимися найти для селфи позу получше, и меня осенило: ведь это те же самые девушки, только в другом времени», — объясняет Брукс свое решение создать такую двойственную перспективу.

«Мне не хотелось, чтобы героини выглядели как на старой фотографии, как кто-то из далекой истории».

Автор пьесы использует эту необычную главу из истории Второй мировой войны, чтобы исследовать, каково это — быть взрослеющей женщиной. И для этого помещает героинь в исключительные условия, где ставки высоки.

И тут надо понимать одну вещь: хотя в жизни этих девушек каждый кусочек съеденной пищи таил в себе опасность, в остальном она была невероятно обыденна и скучна.

Конечно, если вспомнить, что переживали в военное время другие люди (в той же Германии многие тогда, в 1944-м, просто голодали), то образ жизни «дегустаторов Гитлера» может показаться роскошным — три приема пищи в день, и какой пищи!

Правда, это были вегетарианские блюда (известно, что Гитлер избегал мяса), но, как вспоминала Вёльк, они регулярно ели овощи, рис, пасту и экзотические фрукты — большая редкость по тем временам.

И хотя еда «была хороша — очень хороша», Вёльк признавалась, что девушки не могли получать от нее удовольствия.

«Некоторые начинали плакать, как только начинали есть — так они боялись», — сказала она в интервью в 2013 году.

«Мы были обязаны все съедать. Потом надо было ждать час, и каждый раз мы боялись, что вот-вот нам станет плохо. И когда оказывалось, что на этот раз пронесло, мы снова рыдали — уже от радости, что уцелели.

Блюда приносили эсэсовцы. После еды они ждали час, чтобы убедиться, что с девушками все в порядке. Только после этого еду несли Гитлеру.

В промежутках между приемами пищи молодым женщинам было абсолютно нечего делать, кроме как сидеть и ждать, умрут ли они.

Как объясняет Брукс, ей хотелось понять, как они проводили время, как боролись со скукой.

«О чем они разговаривают? Мне кажется, что для того чтобы выжить, им надо пытаться оставаться обычными девушками: расчесывать друг другу волосы, хохотать над шутками друг друга — в общем, находить какой-то смысл в безумии, которое творится».

Насколько нам известно, никто из реальных девушек-дегустаторов ни разу не отравился.

По-видимому, Вёльк была единственной из них, кто уцелел — наступающая Красная армия уже была недалеко, когда знакомый лейтенант вермахта помог ей уехать на поезде в Берлин. Есть мнение, что остальных девушек расстреляли советские солдаты, когда захватили «Волчье логово».

Автор пьесы признает: писать комедию о людях в такой ситуации — как идти по канату над пропастью, очень легко скатиться в неверный тон.

Брукс уже не раз спрашивали — можно ли, прилично ли смеяться во время этого спектакля.

«Некоторые просто отказывались смотреть эту пьесу, говоря, что мы смеемся над ужасным, — рассказывает она. — Но если вы были на спектакле, вы знаете, что мы не делаем этого. Мы не в сговоре с Гитлером, нам он вовсе не нравится! Удивительно, что такие вещи надо объяснять».

В «Дегустаторах Гитлера» мы смеемся вместе с этими молодыми, невинными женщинами: смех над самовлюбленными фашистами — это один из способов ослабить их власть.

BBC В данном материале на законных основаниях могут быть размещены дополнительные визуальные элементы. "BBC News Русская служба" не несет ответственности за их содержимое.