Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискСмотриComboВсе проекты
Расстроены — метните топор Метнуть топор и снять стресс. Иорданцы нашли способ снять психологическое напряжение
Источник: Фотоархив ИД «Коммерсантъ»

Судья Конституционного суда Константин Арановский назвал Советский Союз «незаконно созданным государством» и заявил, что Российская Федерация не должна считаться правопреемником «репрессивно-террористических деяний» советской власти. По его мнению, Россия должна обладать конституционным статусом государства, «непричастного к тоталитарным преступлениям». Такие заявления содержатся в мнении судьи по одному из свежих решений КС. Господин Арановский подчеркнул, что современное российское государство было создано не как преемник Советского Союза, а «вместо и против» него. При этом судья уверен, что Россия должна возмещать вред, причиненный СССР, — но не как наследник государства-виновника, а «с верой в правду, из положительной ответственности и по милосердию».

Свое мнение судья Конституционного суда РФ Константин Арановский высказал в дополнение к декабрьскому постановлению КС (.pdf) о возмещении жилья, отнятого в ходе советских репрессий. «Ъ» много писал об этом деле: три заявительницы родились в высылке или спецпоселении, куда были отправлены их родители. Они хотят получить жилье в Москве, где их семьи проживали до репрессий, однако столичное законодательство не давало им такой возможности. Суд встал на сторону женщин; господин Арановский подчеркивает, что согласен с этим решением, но считает необходимым дополнительно высказаться по вопросу правовой ответственности России за преступления, совершенные советской властью.

«Российская Федерация не продолжает собою в праве, а заменяет на своей территории государство, незаконно однажды созданное, что и обязывает ее считаться с последствиями его деятельности, включая политические репрессии», — уверен он.

Судья Арановский указывает, что реабилитацию жертв репрессий, которую предусматривает действующий закон, нельзя рассматривать как возмещение вреда виновником. «Уже это одно делает спорным правопреемство с перенесением на Россию обязательств коммуно-советской власти из ее репрессивно-террористических деяний», — считает судья КС. Он подчеркивает, что «вина, бесспорно, присутствует в составе многолетнего злодеяния» советской власти, — но уверен, что нельзя «переместить вину, тем более столь безмерную и непростительную, с одного субъекта на другой, как меняют членство в Совете безопасности ООН».

«Даже в условном юридическом смысле России незачем навлекать на свою государственную личность вину в советских репрессиях и замещать собою государство победоносного и павшего затем социализма, — говорит судья.— Это невозможно уже потому, что его вина в репрессиях и других непростительных злодеяниях, начиная со свержения законной власти Учредительного собрания, безмерна и в буквальном смысле невыносима.

С такой виной государственность не вправе и не в состоянии правомерно существовать, оскорбляя собой справедливость, свободу и человечность».

Он называет советскую власть «незаконными партийно-государственными властеобразованиями», которые нельзя считать «правопредшественниками конституционной государственной власти». «Та власть потому и была иной, что репрессировала множество пострадавших и лишь условно, в приступах слабости, временами реабилитировала часть жертв, оставляя их, однако, “меченными” неясной какой-то виной, — убежден судья.— На себя вину эта власть не брала и вреда своим жертвам не возмещала, ни в чем сама не каялась, и не ей быть правопредшественницей правовой демократии».

По его мнению, Российская Федерация должна обладать конституционным статусом государства, «непричастного к тоталитарным преступлениям ни “лично”, ни в правопреемстве». «Идеализировать российскую государственность не обязательно, но и вязать ее правопреемством с тоталитарным режимом нет оснований», — заключает он, добавляя, что «…российское государство учреждено не в продолжение коммунистической власти, а в реконструкции суверенной государственности с ее возрождением на конституционных началах; оно воссоздано против тоталитарного режима и вместо него».

«Не нужно быть преемником и последователем, например, пиромана, чтобы тушить пожары и спасать погорельцев с их имуществом, — заключает судья КС.— Наследовать коммунизму тоже не обязательно, чтобы исправлять последствия тоталитарного зла.

Восстанавливать справедливость можно не только по вине, но и просто ради права с верой в правду, из положительной ответственности и по милосердию».

Любопытно, что в поддержку своей позиции Константин Арановский ссылается на слова писателя Захара Прилепина. Цитируя его фразы «Мой Советский Союз не оживить, он умер, я знаю место захоронения» и «То, что вы растерзали, что вытащили из гроба и снова нарядили, вот это все — не моя Родина», судья приходит к выводу, что «российскую преемственность Советам отрицают даже те, кто исповедует им верность».

Он указывает, что Россия — не единственная страна, которая движется от государственного социализма к правовому государству. Но при этом считает, что РФ «не с кого брать назидательные примеры, ибо народы-жертвы держат свой путь на разных скоростях, при неодинаковых издержках и обстоятельствах». Впрочем, он считает, что «ориентирные вехи» такого пути «довольно ясны», и приводит в пример Германию, законодательно осудившую «преступления антиправового режима Социалистической единой партии Германии», и Чехию, принявшую «Акт о незаконности коммунистического режима». «Такие констатации и решения даются иной раз не без колебаний, что вполне понятно, но было бы странно, если бы Россия определяла себя принципиально иначе, — заключает судья КС.— На подобные решения уходит время, как, например, на доказательство известного геноцида, который век спустя признают уже во многих странах, хотя и не везде. Но если решения эти и откладывать, то не так, чтобы в будущем что-то их осложняло и мешало на них настаивать».

При этом Константин Арановский отдельно оговаривает, что сказанное им «не отменяет важные аспекты в частных случаях правопреемства (…) в соглашениях, в признании членства в международных институциях, а также в силу удержания территорий, предметов и комплексов, юрисдикций, доставшихся России от прежних публичных образований ввиду исчерпания их прав на эти объекты или же с их упразднением».

Отметим, что неизвестно, было ли мнение судьи высказано до или после заявления президента Владимира Путина о необходимости конституционной реформы. Традиционно «особые мнения» судей добавляются в постановления КС уже после их вынесения и без какого-то отдельного объявления. Первыми на высказывание Константина Арановского обратили внимание «Адвокатская газета» и портал «Закон.ру» в конце января.

«О законности и незаконности создания СССР в российском праве сегодня ничего не говорится. И естественно, что в юридической плоскости это сегодня не обсуждается», — заявил «Ъ» представитель правительства РФ в Конституционном и Верховном судах РФ Михаил Барщевский (отметим, что в процессе по делу репрессированных женщин он поддержал их позицию). Юрист рассказал, что существует два вида правопреемства. Сингулярное — частичное, — когда в некоторых вопросах страна становится правопреемником, а в некоторых нет. Либо универсальное — когда принимаются на себя все права и обязательства, которые были у предшественника. «И Российская Федерация выступила универсальным правопреемником СССР, со всеми плюсами, со всеми минусами, — напомнил он.— В 1990 году была принята Декларация о суверенитете Российской Федерации, где было написано, что на территории РФ действуют советские законы в той части, в какой они не противоречат российским. Потом постепенно советское право замещалось российским, но даже сегодня еще действуют нормативные акты СССР». Он напомнил, что Россия признает международные договоры и обязательства СССР, а также политические декларации — например, Хельсинкские соглашения.

«При строительстве новой России, когда в 1991 году произошла демократическая революция, действительно не было сделано то, что надо было сделать. А именно — четко и внятно признать то, что Россия разрывает с СССР как с государством террористическим, тоталитарным и преступным, — сказал “Ъ” председатель совета ПЦ “Мемориал” Олег Орлов.— Ничего не было сделано, это очень печально, и отсюда многие проблемы, которые сейчас в России резко обострились. Другое дело, что ответственность — не вину, а ответственность — за политические преступления СССР Россия должна признать. Любая страна, которая возникла на территории бывшего СССР, должна признавать эту ответственность».

Александр Черных, Наталья Глухова.

Читайте также
Путин: Россия исполняет даже неправовые решения ЕСПЧ
Во время загрузки произошла ошибка.
17 февраля© Ньюстюб
Подпишитесь на нас
Подпишись на Новости Mail.ru