Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиВКонтактеИгрыЗнакомстваНовостиПоискОблакоComboВсе проекты

В конце октября посольство Великобритании и «Теории и практики» провели онлайн-фестиваль о культуре современной Великобритании Different Ever After, где выступили британские и российские ученые, эксперты, журналисты и представители культуры.

На лекции «По следам COVID-19» биолог и биоинформатик Томас Коннор, исследующий геномы возбудителей болезней, рассказал о результатах исследований генома SARS-CoV-2 в рамках масштабной программы национального сотрудничества Великобритании — она объединила более 70 университетов, научных центров и организаций из сферы здравоохранения.

Коротко о главном.

Был ли COVID-19 создан человеком? Существует много теорий заговора, много разной информации о COVID -19. Для начала давайте проясним некоторые моменты.

Во-первых, мы много работали над геномикой этого организма, и было высказано предположение, что вирус создан человеком. Из геномных данных мы можем довольно четко сказать, что вирус не был создан человеком — скорее, это очень похоже на преодоление видового барьера, когда вирус был у другого вида, а потом перешел на организм человека. Существует множество историй о болезнях, которые способны на такое, и поэтому нам в целом очевидно, что SARS-CoV-2 не является искусственно созданным.

Сколько штаммов вируса передаются человеку? Мы будем говорить о вариациях, об изменениях в популяции вируса, но важно подчеркнуть, что существует только один штамм SARS-CoV-2, и этот штамм появился у людей где-то между октябрем и декабрем прошлого года. Этот вирус мутирует, но в абсолютном выражении по сравнению с другими вирусами он все еще очень похож на тот исходный штамм, который преодолел видовой барьер.

Становится ли вирус более опасным? В новостях много говорят о том, что чем дольше вирус будет существовать и распространяться среди людей, тем менее опасным он будет становиться. Я лишь хочу сказать, что нет никакой уверенности в том, что вирус продолжит развиваться при передаче, и в том, будет ли он приводить к тяжелому или легкому ходу болезни, — но это почти не имеет значения. Ключевым моментом для вируса является возможность передавать себя.

Даже если вирус меняется, с точки зрения его распространения по-настоящему важна популяция людей, сеть контактов, то, как люди взаимодействуют и ведут себя. Большинство патогенов, особенно респираторных, как COVID-19, процветают благодаря поведению и взаимодействию людей. Мы видим это и в случае с COVID-19.

Пока мы ищем возможные способы лечения, мы можем прибегнуть к геномике, чтобы выяснить, окажется ли вирус устойчивым к тем или иным препаратам, повлияют ли изменения в вирусе на производимые вакцины, и мы можем использовать эти мутации, чтобы отслеживать новые вспышки и разрабатывать ответные меры.

Зачем изучать геномы вирусов.

Геном — это, по сути, план, содержащий все инструкции, которые вам потребуются для создания организма и управления им. Практически каждая клетка, каждая вирусная частица, каждая бактерия в мире содержит план, и этот план записан в молекулах, называемых РНК или ДНК. Этот план содержит всю информацию о том, как построить ячейку, в которой он находится, и содержит операционную систему для этой ячейки, которая сообщает, как ей работать. Поэтому в основе геномики лежит идея, что, изучив этот план, мы можем понять, как функционирует сам организм.

Я работаю в Национальной службе здравоохранения Уэльса и в Университете Кардиффа. Наша работа заключается в том, что мы секвенируем все доступные в Уэльсе случаи COVID-19, а затем ищем важные изменения. Мы отслеживаем распространение вируса и наблюдаем за вспышками.

Во многом наша работа похожа на работу детектива: мы смотрим на информацию, полученную благодаря секвенированию генома, а затем соединяем ее с другими источниками информации, чтобы ответить на конкретные вопросы о вирусе, который нас интересуют. Поначалу наш главный вопрос заключался в том, как именно COVID-19 попал в Великобританию, затем — становится ли вирус более заразным, происходят ли в нем изменения, которые требуют нашего внимания. А потом, когда число случаев заражения снижается, ключевой вопрос — как нам использовать полученные данные, чтобы бороться с местными вспышками и способствовать сдерживанию вируса. Я приведу пример, который касается всех трех вопросов.

Важно помнить, что во время пандемии в стране никогда не бывает нулевого пациента.

Как вирус попал в Великобританию? У нас есть популяция с некоторым количеством зараженных людей. Каждый из случаев заражения является частью так называемой цепи передачи: все они заразились от кого-то еще. На этом этапе нам важно узнать, откуда взялись эти случаи. Используя геномику, мы можем классифицировать эти образцы, а затем проанализировать геномные последовательности со всего мира и начать выяснять, откуда конкретный случай пришел изначально, откуда взялись первые носители. Так мы начинаем понимать, как и откуда в нашу популяцию попали вирусы.

По сути, мы создаем семейное древо вирусов. Мы берем образцы вирусов у зараженных людей и используем данные о геномных последовательностях, чтобы создать семейное древо вируса. Таким образом мы можем вернуться назад, чтобы найти общего предка группы образцов, а затем понять, откуда мог прийти конкретный случай или кластер случаев. Важно помнить, что во время пандемии в стране никогда не бывает нулевого пациента, и почти наверняка вирус попадает в страну через множество носителей. А затем начинаются локальные вспышки и локальное распространение. Поэтому одна из задач, которую нам нужно решить, — это выяснить все перечисленное с помощью имеющихся данных и суметь понять, откуда взялись эти случаи.

Нам удалось сделать это в Великобритании и оценить число семейств вируса внутри страны. Так мы смогли примерно понять, сколько раз вирус был принесен извне, и отследить, насколько большими оказались эти кластеры. Мы обнаружили, что можем выделить более 1000 случаев, когда вирус был принесен в Великобританию извне, и сказать, что все они произошли до введения карантина в марте. Они породили гораздо более крупные семейства, гораздо более крупные кластеры случаев, чем более поздние вариации. Это важная деталь, потому что так мы понимаем, что меры по контролю распространения вируса эффективны, что карантин помогает остановить передачу вируса.

Возникает вопрос: хорошо, если у нас есть тысяча случаев, когда вирус был принесен извне, откуда они взялись? Мы смогли сопоставить информацию о международных рейсах и данные о геномных последовательностях из других стран, чтобы выяснить, что в первую волну Испания и Франция стали источником множества случаев заболевания в Великобритании. Это любопытно, потому что в Великобритании пресса проявляла немалый интерес к Италии, но наш анализ показал, что в Великобритании большинство случаев заражения оказались из Испании и Франции и произошли немного позднее. Это дает нам материал для дальнейших исследований вопроса о том, почему вирус был принесен именно из этих мест, какой была эта динамика, и помогает нам в будущем планировании, например, в построении моделей худших сценариев.

Так что это лишь малый пример того, как мы можем использовать геномику, чтобы определять, откуда к нам попали разные случаи заражения. Но возникает и другой вопрос — почему в Европе все так плохо и может ли вирус изменяться.

«Почему в Европе все так плохо?».

Наверное, теперь уже все знакомы с изображением коронавируса с красными структурами на поверхности. Их форма (они похожи на маленькие короны) — вот откуда произошло название «коронавирус». Этот белок очень важен для того, чтобы вирус проникал в клетки и вызывал заболевание. Было замечено, что примерно в январе [2020] в шиповидном белке произошло изменение — мутация, которая примерно в течение трех-четырех месяцев полностью заменила или почти полностью заменила исходный вариант, исходную аминокислоту в этом положении. Это мутация под названием D614G. Один из ключевых возникших вопросов — повлияла ли эта единственная мутация на способность вируса вызывать заболевание, а значит, повысила вероятность его передачи, сделала вирус более заразным и, следовательно, могла стать одной из причин того, почему пандемия настолько сильно ударила в марте по Европе, но не по местам вроде Китая.

Лаборатория — это не популяция, а животные, на которых вы проводите тесты, — не люди.

Чтобы ответить на этот вопрос, мы изучили наши данные о последовательности коронавируса панголинов (GD Pangolin-CoV) и узнали две вещи. Мы смогли продемонстрировать, что новая вариация G действительно передавалась лучше, чем вариация D, — для этого провели исследование, которое показало, что в лаборатории вариация G в 10−100 раз более заразна.

Но лаборатория — это не популяция, а животные, на которых вы проводите тесты, — не люди. То есть данные о последовательности генома, которые мы сгенерировали, позволяют нам фактически оценить разницу между двумя типами вариаций в их способности приводить к заболеванию. Мы действительно видим повышенную способность G приводить к заболеванию по сравнению с D. Это, безусловно, одна из вещей, которые следует учитывать в будущем.

В то же время возникает много вопросов о том, оказалась ли эта новая вариация G более опасной [для людей] или приводила ли она к более серьезным последствиям по сравнению с D. Мы снова смогли изучить это, используя наши данные о последовательности генома, и, хотя G передается активнее, разницы в тяжести последствий мы не обнаружили. То есть независимо от того, получили ли вы D или G, вероятность тяжелого исхода в целом одинаковая.

Это очень широкий диапазон: данные получены на основе примерно 25 000 случаев в Великобритании, поэтому разброс велик. Но так мы можем узнать о вирусе несколько фундаментальных вещей, которые крайне важны для будущего планирования и для лучшего понимания этого организма.

Как геномика помогает останавливать вспышки коронавируса в больницах.

Примерно в апреле мы поняли, что почти на всей территории Уэльса число случаев заражения падает, однако в одном районе — в северном Уэльсе — ситуация обстоит иначе. Показатели оставались высокими, и мы очень хотели понять, почему это происходит и можно ли с этим что-то сделать.

Поэтому мы стали смотреть на так называемые родственные линии вирусов и увидели, что примерно 60−70% случаев, которые мы секвенировали, попадали всего в пять-шесть разных линий, отдельных семейных древ. Это показывает, что речь, возможно, идет не о широком распространении вируса внутри сообщества, а о вспышках. Эти числа относятся к сравнительно небольшому числу потенциальных случаев передачи. Мы выяснили, что многие из этих линий были новыми, то есть раньше их не встречали, они появились примерно после того, как карантин начали смягчать. Это позволяет предположить, что их ввозят обратно в Уэльс, после чего появляются новые случаи заражения.

Пять главных новостей о пандемии коронавируса. 2 ноября «Нет доверия к человеку в белом халате»: педиатр Анна Левадная — о второй волне COVID-19 и отношении к врачам.

Я расскажу подробнее об одной из этих линий, внутри которой моя команда обнаружила наборы интересных кластеров. Затем мы побеседовали с нашими коллегами в северном Уэльсе, которые работали над происходившими там вспышками. Оказалось, что случаи из кластеров, которые мы уже изучали, исследовали также наши коллеги в северном Уэльсе в рамках мер по борьбе с пандемией. Посмотрев на все случаи в рамках этой вспышки, мы выяснили, что 19 случаев из примерно 39 приходятся на одну больницу.

Так мы выяснили, что в северном Уэльсе произошел рост числа случаев заражения внутри определенной группы, а затем обнаружили, что все эти случаи произошли в одном госпитале и были распределены по нескольким больничным палатам. Это очень ценная информация, потому что ее можно использовать для предотвращения распространения инфекции внутри больницы и контроля вспышки заболевания.

Кроме того, мы секвенируем образцы, собранные со всего сообщества. Мы заметили, что была одна конкретная группа, которая часто встречалась в больнице скорой медицинской помощи и изредка — в больнице общего профиля, тогда как другие древа в больнице скорой медицинской помощи почти не попадались. Это характерный признак того, что вирус передается именно внутри больницы — а не люди, заразившиеся внутри одного сообщества, оказываются в одном госпитале. Так у нас появился очень полезный способ быстро выяснять, есть ли в больнице случаи, которые требуют дальнейшего расследования.

Перевод Натальи Балабанцевой.

Рейтинг Forbes: миллиардеры химики и металлурги потратили на борьбу с коронавирусом 36,6 млрд рублей Владимир Потанин.

Источник средств: ГМК «Норильский никель».

Основные статьи расходов: обеспечение антивирусной безопасности на производстве, поддержка сотрудников, помощь медучреждениям и предприятиям малого и среднего бизнеса в регионах присутствия.

Цитата: «Нужно снять часть головной боли с государства. Поскольку мы в хорошей форме, то мы должны позаботиться о своих работниках, всячески их защитить как с медицинской точки зрения, так и с социальной. Это первое. А второе — посмотреть вокруг себя и помочь муниципальным образованиям, городам, особенно моногородам, в которых мы находимся».

Детали:

«Норильский никель» работает в Красноярском крае, Мурманской области и Забайкальском крае. Здесь было закуплено более 460 000 тестов на коронавирусную инфекцию и более 250 000 экспресс-тестов на антитела, две стационарные, семь мобильных и 15 мини-лабораторий, 5 реанимобилей, около 400 тепловизоров, средства индивидуальной защиты, в том числе более 10 млн масок, более 350 аппаратов ИВЛ (стационарные и мобильные). В Норильске предприятиям малого и среднего бизнеса были предоставлены субсидии на доставку грузов (на 61 млн рублей), для 27 некоммерческих организаций — на коммунальные услуги. Местных предпринимателей обеспечили средствами индивидуальной защиты на сумму около 100 млн рублей и продуктовыми наборами. Дошкольным учреждениям и организациям дополнительного образования были поставлены бактерицидные лампы и дозаторы для антисептика. ​ Для обеспечения всех прилетающих в Норильск бесплатными ПЦР-тестами в аэропорт Алыкель было закуплено 12 000 таких тестов. В Норильский государственный индустриальный институт (НГИИ) доставлено 100 000 медицинских масок, инфракрасные термометры и бактерицидные облучатели. Сулейман Керимов с семьей.

Источники средств: ПАО «Полюс» (77,15% акций принадлежит Саиду Керимову, сыну Сулеймана Керимова) — 4,1 млрд рублей (по данным консолидированной отчетности «Полюса» за I полугодие 2020 года), личные средства сенатора Сулеймана Керимова — 1,5 млрд рублей.

Основные статьи расходов: обеспечение мер безопасности на производстве, повышенная зарплата сотрудникам за удлиненный рабочий день, покупка медицинского оборудования, тестов, финансирование ремонтов медучреждений.

Детали:

Золотодобывающая компания «Полюс» одной из первых в металлургическом секторе ввела всеобщее массовое тестирование сотрудников на COVID-19. «Полюс» совместно с Фондом развития Дальнего Востока создал целевой фонд финансирования мероприятий по борьбе с COVID-19 объемом 1 млрд рублей. Первый транш — 250 млн рублей — был направлен на закупку средств индивидуальной защиты и оборудования для медучреждений Магаданской области и Республики Саха (Якутия). На эти же цели были выделены средства региональным фондам и медучреждениям в Красноярском крае и Иркутской области. На помощь медицинским организациям в регионах присутствия компания потратила более 400 млн рублей. На эти деньги были куплены 65 аппаратов ИВЛ, средства индивидуальной защиты (маски, респираторы, костюмы «Каспер», дезинфицирующие средства), приборы для проведения ПЦР, компьютерные томографы и многое другое. «Полюс» профинансировал капитальный ремонт лечебно-диагностического комплекса районной больницы поселка Бодайбо в Якутии, оборудовал три госпиталя в Бодайбо и Мамакане. Школам Бодайбинского района компания подарила рециркуляторы воздуха. Красноярской краевой больнице достались четыре транспортировочных бокса для эвакуации пациентов санитарной авиацией и портативный газоанализатор для экспресс-диагностики критических состояний. В городе Ачинск компания профинансировала приобретение оборудования и расходных материалов для новой лаборатории бактериологических и молекулярно-генетических исследований. Выделенные лично Сулейманом Керимовым средства пошли на помощь врачам Дагестана, на закупку аппаратов ИВЛ, тепловизоров и другого оборудования из списка, предоставленного сенатору Минздравом республики. Алишер Усманов.

Источники средств: «Металлоинвест» — почти 3 млрд рублей, «Байкальская горная компания» (БГК) — 303 млн рублей и личные средства акционеров USM — 2 млрд рублей.

Основные статьи расходов: Дополнительные выплаты сотрудникам, обеспечение мер безопасности на производстве, покупка оборудования для защиты и дезинфекции цехов, покупка высокотехнологичного медицинского оборудования, специализированного автотранспорта, средств индивидуальной защиты.

Цитата: «Безусловно, пандемия коронавируса влияет на бизнес, как, к сожалению, и на всю мировую экономику. У предпринимателей есть не только активы, но и обязательства».

Детали:

Из 3 млрд рублей, выделенных «Металлоинвестом» на борьбу с коронавирусом, 2 млрд рублей пошли на помощь медицинским учреждениям Старого Оскола, Губкина (Белгородская область), Железногорска (Курская область) и Новотроицка (Оренбургская область), а также областных центров и близлежащих городов (Курска, Белгорода, Оренбурга и Орска). Остальные были потрачены на мероприятия по борьбе с коронавирусом внутри компании. В частности, каждому сотруднику было выдано по 10 000 рублей материальной помощи на покупку средств защиты. Были куплены компьютерные томографы, аппараты ИВЛ, газоанализаторы крови, кислородные концентраторы, специализированный автотранспорт. В Железногорской городской больнице появилось 60 новых коек, три автомобиля неотложной помощи и новое оборудование для реанимации. Часть средств пошла на создание клинико-диагностических лабораторий для обследований на COVID-19 и другие виды вирусных инфекций при поддержке Федерального медико-биологического агентства (ФМБА). Куплено диагностическое оборудование для Федерального медицинского биофизического центра имени Бурназяна. Выделенные «Байкальской горной компанией» 302,5 млн рублей расходовались так: 50 млн рублей пошло на реализацию благотворительной программы помощи регионам Дальневосточного федерального округа по профилактике и минимизации распространения COVID-19. В 35 млн рублей обошлось строительство инфекционного модуля с лабораторией и жилья для медицинских работников в Каларском районе Забайкальского края. Там же было потрачено еще 216 млн рублей на противодействие распространению вируса. Оставшиеся 1,5 млн рублей пошли на создание обсерватора в Чите. Личные средства Алишера Усманова и его партнеров по USM были направлены на закупку средств защиты медицинских работников и волонтеров, на обеспечение их транспортом, на материальную поддержку медицинского персонала, занятого лечением пострадавших от коронавируса. Олег Дерипаска.

Источник средств: Фонд «Вольное дело» — 200 млн рублей, UC RUSAL (Олег Дерипаска не является контролирующим акционером, решение о выделении средств принималось самой компанией) — 4 млрд рублей.

Основные статьи расходов: обеспечение мер безопасности внутри компании, строительство медицинских центров в регионах присутствия, помощь ветеранам «Русала».

Детали:

3,5 млрд рублей из общей суммы затрат «Русал» направил на строительство 7 медицинских центров для пациентов с внебольничной пневмонией в регионах присутствия: Краснотурьинск, Ачинск, Богучаны, Шелехов, Саяногорск, Братск и Тайшет. Центры будут полностью оснащены современным оборудованием. «Русал» направил более 42 млн рублей на помощь ветеранам компании старше 70 лет — им развозили продуктовые наборы для поддержки в период самоизоляции. Такую помощь получили более 10 тыс. человек. Оставшаяся часть суммы пошла на закупку средств индивидуальной защиты и профилактики для сотрудников «Русала» (этими средствами они были и будут обеспечены в полном объеме в течение всего времени борьбы с коронавирусом). Средства индивидуальной защиты покупали и для больниц, детских садов и школ. «Русал» передавал СИЗ в местные администрации, которые распределяли их по социальным учреждениям, а потом сам развозил их по названным адресам. Фонд «Вольное дело» потратил 200 млн рублей на строительство поликлиники в Тулуне, на покупку в регионы 16 машин скорой помощи, на медицинское оборудование для больниц и СИЗы (в том числе специальную экипировку для врачей) и на поддержку МГУ. Леонид Михельсон.

Источники средств: «Сибур» — 2,3 млрд рублей (на конец августа 2020 года) и «Новатэк» — около 1 млрд рублей (учтены только благотворительные проекты, затраты на борьбу с коронавирусом внутри компании «Новатэк» не раскрывает).

Основные статьи расходов: Обеспечение антивирусной безопасности на производстве (в «Сибуре»), создание лабораторий, покупка машин скорой помощи и средств защиты.

Детали:

«Сибур» передал медицинским учреждениям в регионах присутствия около 80 000 масок и более 40 000 защитных костюмов, 45 единиц специализированной аппаратуры, оплатил покупку нескольких машин скорой помощи, отремонтировал и развернул госпиталь, оснащенный компьютерным томографом, аппаратами биохимической и инструментальной диагностики. В филиале Свободненской больницы в Амурской области была создана ПЦР-лаборатория. Компания оказала финансовую поддержку благотворительной программе Фонда развития Дальнего Востока (ФРДВ). «Новатэк» купил для больниц ЯНАО 2 млн медицинских масок и 60 000 защитных костюмов. 80 000 единиц различных защитных средств на сумму 26 млн рублей: перчатки, бахилы, одноразовые костюмы, маски, респираторы с повышенной степенью защиты и очки, были поставлены в Кострому. 25 аппаратов ИВЛ, защитные противоэпидемические костюмы, маски и термометры получили медицинские организации ЯНАО, Мурманской, Челябинской, Костромской областей и Камчатского края. «Новатэк» отремонтировал и провел установку кислородного оборудования в Мурманской областной клинической больнице им. П. А. Баяндина, поставил лабораторное оборудование и расходные материалы для оснащения новых лабораторий и обеспечения работы линий ПЦР-исследований, оплатил оборудование для лаборатории Таркосалинской больницы Пуровского района на Ямале. Андрей Гурьев.

Источник средств: «ФосАгро».

Основные статьи расходов: оборудование лабораторий, машины скорой помощи, медоборудование, тесты, помощь пожилым и малоимущим.

Цитата: «Борьба с коронавирусом сплотила коллективы наших предприятий, их руководство, менеджмент компании. Результатом стал рост объемов производства на 7%, в целом по компании по итогам первого полугодия 2020 года. Это победа, но мы не расслабляемся. Вирус не отступил, мы должны сохранять все профилактические меры, чтобы сберечь здоровье наших сотрудников, членов их семей, жителей наших городов».

Детали:

В общей сложности города присутствия получили от «ФосАгро» более 213 000 респираторов, свыше 8,9 млн защитных масок, 55 000 защитных костюмов, 35 аппаратов ИВЛ, тысячи экспресс-тестов, сотни облучателей-рециркуляторов, транспортировочные изолирующие боксы, кислородные концентраторы, мониторы с функцией капнографии, инфузоматы, моечно-дезинфицирующие, паровые и низкотемпературные плазменные стерилизаторы, анализаторы крови. Компания выделила 100 млн рублей на строительство современного инфекционного центра в Саратове. Для Апатитско-Кировской центральной городской больницы «ФосАгро» закупила цифровую рентгенографическую установку и манипуляционные столики, мультиспиральный компьютерный томограф, два автомобиля скорой помощи, оборудованных ИВЛ, 14 аппаратов ИВЛ, три анализатора крови и четыре дeфибриллятора. Компания оборудовала две ПЦР-лаборатории в Кировске и Балакове, и еще одну — в кировском оздоровительном комплексе «Тирвас», закупила потоковые тепловизоры для больниц Балакова и Череповца и для череповецкого железнодорожного вокзала. С апреля «ФосАгро» обеспечивает горячим питанием медицинский персонал инфекционного отделения больницы в Кировске, специалистов городских поликлиник, которые занимаются отбором проб для тестирования COVID-19 и врачей моногоспиталя в Череповце. Алексей Мордашов.

Источник средств: «Северсталь».

Основные статьи расходов: покупка медицинского оборудования, средств индивидуальной защиты, дополнительные выплаты сотрудникам, бесплатные онлайн курсы для школьников.

Цитата: «В это непростое время для системы здравоохранения мы оказывали и будем оказывать помощь медицинскому сообществу и населению городов присутствия. Важно не только предпринимать максимум усилий по борьбе с распространением коронавирусной инфекции, но и обеспечить эффективное лечение больных».

Детали:

<–>

Подпишитесь на нас