Воронежский пасечник рассказал, почему гибнут пчелы

Средний возраст пчеловодов давно перешагнул за 50 лет. В этой отрасли, как и во многих других, остро требуется обновление кадров.

Но как привлечь в пчеловодство молодёжь? Работа сложная, невыгодная, подчас неблагодарная. Меж тем в магазинах и на ярмарках правят бал сбытчики суррогата.

О наболевших проблемах отрасли «АиФ-Воронеж» рассказал зампредседателя Общероссийской общественной организации Союз пчеловодов России Владимир Капустин.

На каждый улей.

— Владимир Иванович, говорят, что из-за весенних заморозков погибли не только растения, но и пчёлы. Если это так, можно ожидать ли дефицита мёда?

— Действительно, в этом году мы не получим отдельные сорта мёда. Заморозки повредили многие цветущие растения, в частности, акацию. И что мы видим? При бурном цветении дерева на нём ни одной пчелы! Но в целом количество натурального мёда изменится мало, так как весенний медосбор составляет только часть от общего объёма.

При достаточном наличии корма пчёлы в улье легко переносят суровые зимы. Достаточно часто пчеловоды, имеющие пасеку промышленного масштаба в 300−500 пчелосемей, оставляют её зимой на улице. В улье температура +36°, даже если наружная температура минусовая. Это серьёзная экономия времени, трудозатрат и сохранение здоровья пчеловода. Ведь не секрет, что специфика его тяжёлой работы приводит к повреждению крестово-поясничной зоны позвоночника. А тот факт, что пчёлы легко переносят наши морозы, серьёзно облегчает участь пасечников.

Массовая гибель пчёл в стране и нашем регионе происходит, прежде всего, из-за обработки полей ядохимикатами, в первую очередь, пестицидами первого и второго класса опасности. Пчёлы выступают здесь индикатором, а их массовая гибель предупреждает человека о серьёзной опасности для природы и здоровья.

— Государство обязало всех сельхозживотных, в том числе и пчёл, помечать специальными бирками или чипами. Как считаете, это полезное нововведение либо оно лишь добавит вам хлопот?

— Это острая и непростая тема. Во всяком случае, на сегодня взаимопонимания с чиновниками Минсельхоза РФ у нас нет. Безусловно, учёт нужен. Но есть желающие просто повесить на пчелу бирку, а далее чипировать и оцифровать. Наверное, когда-нибудь появятся технологии, способные учесть 100 тыс. пчёл в одном улье. Сейчас же речь идёт о том, чтобы до сентября 2025 года повесить бирки на каждый улей, то есть посчитать все ульи вне зависимости от того, есть ли там пчёлы или нет.

Однако, главная проблема, что не всё можно учесть. Дело в том, что «её величество пчела» — это особое животное и требует особого учёта нюансов своей жизнедеятельности. Например, рабочая пчела в сезон живёт две-три недели. Поэтому правильно присвоить уникальный номер пасеке как группе пчелосемей, а количество пчелосемей учитывать при обязательном весеннем осмотре пасеки ветеринаром с занесением этого количества в ветеринарно-санитарный паспорт.

Умом не понять.

— Какие ещё проблемы подотрасли вы бы отметили?

— Старение кадров, засилье фальсификата, новые болезни, завозимые импортом пчёл из Узбекистана, химические потравы и др. Средний возраст пчеловодов давно перешагнул за 50 лет. После ликвидации в 1994-м году государственной структуры пчелопрома, зарубежных рынков сбыта, последующей ликвидации профессиональных учебных заведений пчеловодство в другой стране давно бы уже исчезло. Но умом Россию не понять, и вопреки всему оно у нас живо.

— Есть трудности с реализацией продукта?

— Проблема сбыта ключевая в плане развития пчеловодства. От зарубежных рынков Европы и Японии государство «добровольно» отказалось, а внутренний рынок заполонил фальсификат. Его доля постоянно растёт и уже превысила 50% от объёма продукта, предлагаемого покупателю в торговых сетях и даже на ярмарках. Поэтому покупать мёд лучше у знакомого, проверенного пчеловода, по информации отделения Союза пчеловода России или Союза промышленников.

— Почему так много фальсификата? Мёд не проходит обязательную сертификацию?

— Простому пчеловоду фальсификат закрыл дорогу в торговые сети и держит убийственные для подотрасли оптовые закупочные цены. Как это ни парадоксально, но пчеловод в нашей стране мало или никак не влияет на цену мёда. Оптовую цену на мёд уже второй десяток лет формирует переработчик, который зачастую является и фальсификатчиком.

Что касается лабораторных исследований фальсификата, то химики научились подгонять его параметры под требуемые нормы. И не каждая лаборатория способна отличить суррогат от натурального продукта. Это отдельная проблема — оснащение лабораторий современными приборами, реагентами и квалифицированными специалистами. Фальсификатчику это на руку, и он умело этим пользуется.

— В 2020 году правительство Воронежской области обещало разработать комплекс мер, стимулирующих развитие пчеловодства, и создать региональный кооператив пчеловодов. Что-то выполнено?

— Деловые отношения с областным правительством и министерством сельского хозяйства у нас сложились достаточно давно. Каждый год проходит совещание по актуальным вопросам, а в районы спускаются письма о необходимости предупреждения потравы пчёл. Создан и получил материальную поддержку потребительский кооператив, который базируется в Подгоренском районе. Несколько лет подряд пчеловоды получают гранты на развитие пасеки. Но возможности нашего регионального бюджета сильно ограничены, а федеральная поддержка пчеловодства практически отсутствует.

Естественный антибиотик.

— Как можно системно поддержать пчеловодство?

— Прежде всего, нужно переоценить роль пчеловодства на государственном уровне и в общественном сознании населения. Ведь мёд — это маленькая толика того, что даёт нам пчела. Чиновники и аграрии в своих планах часто не учитывают возможность повышения урожайности сельхозкультур без инвестиций, а ведь это можно сделать путём грамотного опыления с помощью пчёл. Поэтому смена вектора развития сельского хозяйства на производство органической продукции помогла бы развитию отрасли. Воронежская область по этому направлению как раз входит в число пилотных регионов.

Нужно менять менталитет потребителя, ведь жители нашей страны отдают предпочтение сахару, потребляя на душу населения до 60 килограммов в год. Отсюда диабет, ожирение и масса других болячек. При этом потребление мёда составляет всего около 400 граммов на человека в год.

Очень важна в этом отношении роль СМИ. Простая переориентация сознания человека на потребление натуральных продуктов пчеловодства сохранит здоровье и долголетие. Моему деду, вернувшемуся с Великой Отечественной войны, врачи поставили первую группу инвалидности и дали прогноз — один год жизни. Однако благодаря пчёлам он не только восстановился, но и прожил ещё 42 года. У меня был случай, когда традиционная медицина оказалась бессильна, а помог лучший в мире естественный антибиотик — прополис. Поэтому я считаю себя должником пчёл, так как они продлили жизнь близкого мне человека и сохранили мою. Плачỳ тем, что уже более 10 лет отдаю себя работе в общественных организациях пчеловодов на региональном и федеральном уровне, а также движению «Пчёлы и дети за жизнь на планете».

Я с детства помогал деду, сначала на домашней пасеке, а потом на промышленной, колхозной. Это и была моя школа. Переезд в город, учёба в университете, работа в Москве и за границей не позволяли заниматься пчеловодством. Сейчас я возрождаю семейные традиции и свою пасеку.

Досье.

Владимир Капустин родился 30 мая 1949 года в Россошанском районе в семье пчеловода. Окончил ВГУ по специальности «физик» и Ростовский социально-политический институт по специальности «политолог». С 2013 по 2021 гг. руководил Союзом пчеловодов Воронежской области, с 2021 года — зампредседателя Союза пчеловодов России.